999999999 маны. Том 3 (СИ)

И когда я уже почти закрыл обгоревшие веки, моё затуманенное сознание привлек звук, исходящий откуда-то снизу.
Моргнув и силой перекатив голову в нужную сторону я увидел нечто странное:
Пару спокойно поднимающихся вверх по ступенькам силуэтов мужчин в черных куртках. Я не был уверен в том, что происходящее не галлюцинация моего умирающего мозга, да и их слова смешались в одну неразборчивую кашу у меня в голове. Единственное, что удалось запомнить перед смертью, это как надо мной склонился тот из них, что был повыше. Он закачал головой и похлопал своего спутника по плечу.
— Поверить не могу, что нам не врали, Укольцев.
  
Глава 4
 
Холодный металл под спиной. Я чувствую его, не видя.
Затяжной хрип — первый вдох. Жуткий, протяжный.
Мерзкий сладковатый запах, въевшийся в ноздри. Заставляет нос чесаться.
Кожа как будто всё ещё пылает. Как будто — потому что рассудок понимает, что это фантомная боль, последний отголосок пережитого ада. Вот только телу всё равно: оно чувствует боль так же, как если бы та была реальной, и постоянно ждет, когда нахлынет волна жара и кожа начнет плавиться.
Это не заканчивается. Сколько я не пытаюсь себя переубедить — стойкое чувство не исчезает.
Тем не менее, я силой воли заставляю себя переключиться на реальные ощущения тела. Так, металл… если он чувствуется даже через фантомную боль, значит — он первая зацепка. Металл, металл, что ещё…
Кажется, меня покрывает слой плёнки или чего-то в этом роде. Что-то тонкое, прохладное и…
Я открываю глаза, выныривая из тошнотворного полузабытья в реальность.
Простыня. Вот что это такое. Я накрыт простыней с головой. Ох, нехорошее предчувствие…
Скинув простыню, я приподнялся на локтях и осмотрелся.
На мне, разумеется, не было ни нитки — не считая этой самой простыни. Осторожно встав со стола, я закрепил её на бёдрах и, пошатываясь, оглянулся.
Гадать о том, что это за помещение, не приходилось — вид комнаты говорил сам за себя. Металлический стол, на котором я лежал, и соседние такие же — пустые. Открытые двери камер в стенах — в них обычно хранятся трупы. Белый потолок и тусклая, потрескивающая лампа накаливания.
Морг. Раньше бы я сказал, что это последнее место, где мне бы хотелось оказаться, однако сравнивая с тем адом, что пришлось пережить во время побега из небоскреба… скажем так, приятна прохлада даже убаюкивала. Учитывая количество смертей, которые я пережил, даже странно что в морге удалось очутиться только сейчас.
Я пожал плечами. Что-то новенькое.
На стене виднелась печать мортусов. И на противоположной — тоже. Предосторожность на случай, если они нарушат свой же протокол безопасности — эта штука остановит или хотя бы задержит большую часть скверны, что появится здесь.
В остальном же это место было совершенно пустым. Трупов не было, других простыней, либо же каких-то инструментов — тоже. Только я и помещение.
Я встал и направился к двери. Подергав ее, убедился, что она закрыта — как и следовало ожидать. Я замер, пытаясь успокоить свое сердцебиение.
Вот в чём вопрос: меня сюда доставили, зная, кто я такой — или же просто мортусы привезли обычный труп? Судя по тому, что я один в этом зале — они знали и оставили меня здесь намерено.
Из головы не шли те двое, которых я видел перед тем, как потерять сознание. Они привиделись мне? Или и правда существовали в реальности?
Минуты две я стоял возле дверей, слушая стук собственного сердца. А затем услышал кое-что ещё: звук ключей, поворачивающихся в замке.
Открывали не эту дверь, а какую-то другую, находящуюся за ней; поэтому я успел отскочить на три шага и снова сесть на металлический стол. Лечь? Прикинуться трупом? Нет, какой смысл — что за идиот не сможет отличить живого человека от обгоревших угольков? И тем более, повторюсь, на всю эту комнату я один.
Спустя секунду ключ повернулся и во второй двери. Та открылась, и я уставился на силуэты двух мужчин, возникших на пороге.
Очень высокие — это первое, что бросалось в глаза. Одинаковые чёрные куртки и крепкие, рабочие брюки — практичная и немаркая одежда без каких-либо опознавательных знаков. А ещё у одного из них в руках был объемный пакет с логотипом крупной сети супермаркетов.
 
— Отлично. Наконец-то очнулся, — эта фраза была обращена не ко мне; тот из парочки, что без пакетов, обратился ко второму. — Дай одежду.
Второй, ни слова не говоря, развернулся и вышел обратно, а первый оперся рукой о дверной косяк, глядя на меня. Я тоже глядел в ответ — а что ещё было делать? Стоящий отдаленно напоминал мне Фридриха: такие же широкие плечи, массивная фигура атлета, обильная щетина — не борода, а именно прическа человека, которому банально некогда побриться.
— Просто на всякий пожарный, — голос у него был глубокий, добродушный и с едва уловимым восточным акцентом. — Не пытайся сделать какую-нибудь глупость. Факт номер один: и я, и мой напарник можем вырубить тебя за долю секунды.
От их внешнего вида, тона и даже выражения лиц за километр воняло спецслужбами. Что уже говоря о дешевых фразочках… уверен, что я не первый кому они об этом говорят. Впрочем, спецслужбы тоже бывают разные — в том числе и клановские. Вот только акцент наводил на определенные мысли.
— Факт номер два, — продолжил он. — Мы знаем твой секрет. С воскрешением. Это позволит нам не сдерживаться, если что.
Эта фраза ударила по мне не слабее пожара. Наверное, так себя ощущают люди, которым в один прекрасный день на почту приходит видео, где они изменяют своей жене, а следом — вежливая просьба заплатить денег, чтобы больше никому такое письмо в руки не попало. Одним словом — уязвимо.
— И вам добрый день, — я размял плечи и натянуто улыбнулся ему в ответ — Меня, кстати, Марк зовут.
— Ты шутник у нас, значит? — закатил глаза бугай. — Но не переживай. Как я и сказал, это не угроза, а так… предосторожность. На случай, если ты попытаешься, например, напасть.
Если бы хотел, то уже напал бы. Но после произошедшего в телестудии расклад сил мог поменяться самым непредсказуемым образом и было бы неплохо хотя бы немного разобраться в том кто это и что они от меня хотят.
Не успел я сказать ни слова, как второй мужчина вернулся, держа в руках спортивные штаны и водолазку. Он кинул их мне — я машинально поймал.
Не густо. Прошлый наряд мне нравился в разы больше. До сих пор не знаю, почему Сара тогда решила так долго возиться со мной, однако результат того стоил. Интересно, что сейчас с ней?
— Одевайся, — велел первый, — И выходи сюда.
Затем оба вышли, оставив меня в пустом помещении.
Цепляя на себя одежду, я лихорадочно отбрасывал варианты касающиеся того, кем могла быть эта парочка. Они не из Белецких, и не из Роттов… это было ясно как белый день. Уверен, что поймай меня Вульфрик или Говард, то мы говорили бы лично. УБИ? Тоже не вариант. Со мной контактировали только Баркер с Рубаном, да и нужды во всей этой недосказанности бы не было. Спецслужб нашей страны вообще не было слышно, полагаю, УБИ приказало им не лезть в это дело — или они просто сдохли. Не удивлюсь, если этот орган власти атрофировался за ненадобностью.
В таком случае, это довольно простое уравнение — восточный акцент плюс спецслужбы равно Республика.
Хотя, прощупать почву не помешает. Я еще раз окинул морг взглядом и, схватившись за дверную ручку, решил вести разговор с убеждением, что эти двое из клана Гиарров.
Все таки, этот клан был одним из самых влиятельных в стране — даже влиятельнее Белецких. Которые — совпадение, ага? — в последние годы сильно его потеснили. Глава Гиарров был председателем совета кланов, а ещё — снова совпадение! — именно этот клан контролировал мортусов и морги. Допустим и посмотрим на результат.
 
— И что же нужно от меня господину Гиарру? — хмуро осведомился я, открывая дверь. Помещение за ней, кажется, было своеобразной «комнатой отдыха» для персонала — с плитой, холодильником, телевизором и небольшим диваном с потасканным пледом. Выделялись разве что пара экранов, что транслировали изображение из камер внутри морга. Жутковато, однако необходимо, когда твоя работа включает в себя вероятность того, что какой-нибудь труп за стеной решит проснуться Блуждающим.