Мы - сводные

Перехватываю её за полы халата, бережно, но уверенно притягиваю к себе. Тяну вверх за грудки.
Бесит, дурочка!
— Эй!
— Ты вся в шоколаде.
Облизываю с губы, со скулы и с челюсти.
— Ну, Решетов! — беспомощно. — Я ж сказала…
— А я по-братски, — язвительно фыркаю я
Напоследок демонстративно целую в нос.
— Могу я свою сестру любить?… — срывается у меня голос на слове, которое ещё месяц назад вызывало лютую изжогу, — по-братски.
И фраза выходит как будто с издёвкой. Но я не хотел. Просто так вышло, словно пытаешься выставить броню, боясь, что, открывшись, получишь в ответ что-то ранящее. Но мне сложно произнести эту откровенную вещь даже и так, в формате игры слов. И одновременно очень хочется произнести. Моё лицо полыхает не меньше Асиного, судя по ощущениям.
Ты услышала, что я хотел сказать?
Ася, переливаясь алым, снова смущённо прячет взгляд. Впрочем, как и я.
Корявые у тебя признания, Решетов. Черт, ну не умею я пока говорить таких слов! Отвожу от неё взгляд.
Костя уже вовсю шустрит у машины.
— Иди, собирайся. Пора ехать в школу, Ася.
    
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 13
Ася
 
Место рядом с Ритой свободно. Я хотела бы сесть с ней, но там в последнее время всегда сидит Сэм. И я не решаюсь. Прохожу мимо, Рита поднимает руку, я молча даю ей пять.
С утра мы ещё не виделись.
— Привет, — подмигивает мне Макс.
— Привет.
— Смотри-ка ты — прижилась, — язвит Марика.
Бросаю рюкзак на стул своей последней парты. Через одну от них.
— Говорят плесень везде растёт, — ухмыляется сидящая рядом с ней Тина, оглядываясь на меня.
В груди опять взрывается негодованием от их оскорблений.
— Что, Ким, подружку нашла, чтобы на её фоне симпатичнее казаться? — Марика.
Рита, не поднимая взгляда от телефона, лениво показывает им фак.
— Тут ещё вопрос — кто на фоне кого более ущербный… — Тина.
Достаю из угла за шторой валиковую швабру, которая всегда стоит здесь. И приставляю к столу Тины с Марикой.
— С вас тут желчи натекло… подотрите, а то воняет на весь класс.
— Ты чего сказала? — поднимается Тина, перехватывая швабру и угрожающе замахиваясь.
— Э! Брейк! — встаёт Макс.
Рита толкает ногой соседний стул, он выкатывается между мной и Тиной. Охнув, делаю шаг назад, когда Тина пытается стукнуть меня шваброй через стул.
Изо рта Тины начинает литься дерьмо, которое ей свойственно, когда рядом нет мальчиков. Но тут видимо понесло при всех.
— Ну все! — фыркаю я брезгливо. — Канализацию прорвало!
Мои пальцы трясутся от негативных эмоций и адреналина. Но мне уже и в половину не так страшно, как в самом начале. Я чувствую за своей спиной поддержку — Рита, Саша, Сэм и даже Макс.
— Макс, окно открой, — ухмыляется Рита. — Задохнемся. Таюрская пробила дно!
— Таюрская штраф.
Мы все поворачиваемся. Наша пожилая преподавательница-немка, Марта Альбертовна, стоит в дверях вместе с Сэмом и Сашей.
— И прямо сейчас, Вы, Кристина, идёте к своему куратору, — чеканит она, оскорбленно задирая подбородок. — Я буду настаивать на изоляторе.
Пока Тина спорит, парни проходят по рядам, здороваясь с одноклассниками.
Саша — к Рите, а Сэм идет ко мне. А моё сердце и так в истерике от случившегося. По пути он забирает у Таюрской швабру и водружает ее на место. Все поворачиваются, следя за тем, как он садится рядом со мной.
— Ну что Сэмчик, — разворачивается одноклассник, сидящий передо мной. — Ты — красавчик, м?
Стреляет в меня взглядом. Я чувствую, что мои щеки горят так, что сейчас вспыхнул косы.
— К чему вопрос? — небрежно откидывается Решетов.
— Ну вы… вместе? — дергает бровями.
Теперь вопрос обращён скорее ко мне.
— Мы… — цежу я нервно.
— …Сводные, — поспешно добавляет Сэм. — Брат и сестра. Ещё какие-то вопросы у тебя, Шкварин?
— Ну… сводные же не родные… — скабрезно.
— И чо? — агрессивно оскаливается Сэм.
Цокнув, Шкварин отворачивается.
Семён на мгновение успокаивающе сжимает мою кисть, лежащую на столе.
— Зачем ты сел сюда?? — шепчу ему жалобно.
— Потому что я хочу сидеть здесь.
Пока преподаватель рассказывает нам что-то на немецком. Я, включив на телефоне приложение с переводчиком, быстро себе записываю в тетрадь незнакомые слова с экрана.
Практически все остальные понимают на слух.
— Ась…
— Ч… — хмурюсь я.
И так через слово понимаю.
— Устинова… — еще через десять минут.
— Тихо.
Поджав губы, недовольно сопит.
В конце урока нам выдают тесты. Удрученно смотрю, не понимая половины вопросов. Сэм раздраженно поставляет мне быстро в тесте галочки.
— Ася, слушай, сейчас меня вызовут в администрацию, потом, возможно, тебя.
— Зачем? — испуганно сглатываю я.
— Бункер… Все отрицай, говори — спала, тебя не приглашали, ты не в курсе. Тупи, ясно?
— Угу.
— Не сдавай никого.
Мы отдаем тесты.
— Семён, — смотрит на экран своего телефона Марта Альбертовна. — В административный…
— Сёма… — неожиданно вырывается у меня мягкий вариант его имени. Мне страшно за него.
— Прорвёмся, — слегка дергает меня за косу, пожимая плечами. — Максимум — изолятор.
Какой-то нескончаемый экшен! Вздыхаю тяжело. Я же не умею врать!
 
В коридоре административного корпуса стоим вместе с Ритой.