Эмма Мухина и Тайна танцующей коровы
– Четверка, – тут же исправился директор.
– Спартак Сократыч, – тоже многозначительно произнесла я.
– Ну и нахалка же ты, Мухина… Хорошо, будет тебе пятерка.
– Значит, вопрос решен. – Муромцев глянул на часы. – Теперь можно и закусить.
Директор засмущался.
– По нашей бедности могу предложить вам только компот с пирожком.
– Спасибо. Мы лучше в ресторане пообедаем. Вы не возражаете, Эмма?
Я не возражала.
И вот мы уже в шикарном ресторане. Абсолютно пустом.
– Может, сегодня у них выходной? – предположила я.
– Никаких выходных, – ответил миллиардер. – Это мой ресторан. Я приказал его закрыть, чтобы никто не мешал нашему разговору.
Официант притащил кучу всевозможной еды: красную рыбу с черной икрой, язычки колибри в черепаховом соусе, морских свинок в мармеладной подливе… Особенно мне понравилось, как выглядит блюдо под названием «Ле жабю в собственном соку».
– А что это такое? – спросила я у официанта.
– О-о, – причмокнул официант. – Французский деликатес. Делается из особого вида лягушек, разводимых в Бургундии.
От одной мысли, что я могла слопать лягуху, меня чуть не стошнило. Я решительно отодвинула тарелку в сторону.
– Не надо мне этих французских жаб. Заодно и колибри со свинками уберите. Икру можете оставить. И дайте чего-нибудь попроще. Вареники с картошкой, к примеру.
– Но мы не готовим таких простых блюд, – растерялся официант.
– Приготовьте, – распорядился Муромцев.
Официант убежал. Миллиардер закурил.
– Итак, – трагическим голосом начал он, – это случилось неделю назад. Я был тогда в Бангкоке. Мне позвонила жена и, рыдая, сообщила, что наша единственная дочь похищена.
– Ее похитили на улице? – деловито осведомилась я.
– Нет, на новогодней елке. К Мариночке подошли две девочки, ее сверстницы, и о чем-то заговорили. Ни жена, ни телохранители не придали этому значения. А когда хватились, не было ни Мариночки, ни этих девочек.
– Где проходила елка?
– В театре юного зрителя.
– Угу-у… – глубокомысленно протянула я. – Скорее всего, это киднеппинг [3].
Муромцев покачал головой.
– При киднеппинге сразу требуют выкуп. А уже прошла неделя, и никто выкупа не требовал.
– Покажите фотку своей дочки, – сказала я.
Миллиардер замялся.
– Фоток нет. Мариночка не любит фотографироваться.
«Странно», – подумала я.
– Вернее, есть один снимок, – добавил Муромцев, – на котором ей три месяца. Но он вам вряд ли поможет в расследовании.
– А в полицию вы обращались?
– Обращался.
– И – чего?
– Ничего. Вы разве нашу полицию не знаете?
– А в частные сыскные агентства?
– Да, я связался с лучшим детективным агентством. И они сразу же напали на след похитителей.
– И куда привел этот след?
– В Арабские Эмираты. Точнее, в один из эмиратов под названием Уллаухия. К сожалению, там след и потерялся. Но я готов оплатить все расходы, лишь бы вы снова отыскали этот след.
– Сколько… – начала я.
– Сколько скажете, столько и заплачу.
– Нет, я спрашиваю, сколько лет вашей дочке?
– Шесть недавно исполнилось. Такая симпатичная девочка, прямо кудрявый ангелочек… Эмма, вы моя последняя надежда. Прошу вас, найдите мою ненаглядную Ириночку.
– Ириночку?.. – повторила я с удивлением. – Вы же говорили, что вашу дочь зовут Мариночка.
Миллиардер закашлялся.
– Видите ли, когда дочка родилась, жена хотела назвать ее Ириной, а я – Мариной. Мы так и не договорились. Поэтому до сих пор зовем ее то Ириночкой, то Мариночкой.
«Странно», – вновь подумала я.
– А у вашей Марины-Ирины особые приметы имеются?
– Какие особые приметы?
– Шрамы, татушки, родинки…
– Нет у нее никаких татушек. Да и родинок со шрамами тоже нет.
– Ну хоть что-нибудь есть? Яркая деталь во внешности.
– У нее рыжие волосы.
– А еще?
– Пожалуй, все.
– Не густо, – сказала я.
– Но и не пусто, – прибавил Муромцев. – Так вы возьметесь за это дело?.. – смотрел он на меня с надеждой. – Возьметесь?..
– Может, и возьмусь. Но сначала мне надо посоветоваться со своим помощником.
Глава IV
Володька-детектив
Мой друг и одноклассник Володька Воробьев, или попросту Воробей, помогал мне в расследовании всяких таинственных преступлений. А еще он все время чем-нибудь увлекался. То с утра до вечера пиликал на скрипке, то с вечера до утра пялился в телескоп… А сейчас Воробей читал детективы. И в электронном виде, и в бумажном. И в школе, и в метро, и дома…
Когда я пришла к Володьке, дверь мне открыла его мамочка. С расстроенным лицом.
– Читает, – сразу поняла я.
– Читает, – вздохнула она. – Прямо не знаю, что делать. Может, врача вызвать?
Я прошла к Воробью.
Вся его комната была завалена книгами. Они лежали на столе, на подоконнике и даже на полу… А сам Воробей лежал на диване. Уткнувшись в планшет.
– Привет, Эмка, – сказал он, отрываясь от экрана. – Подожди секундочку, уже дочитываю.
Я прочла названия нескольких книг, валявшихся на полу: «Тайна куклы-убийцы», «Тайна оживших мертвецов», «Тайна черного молока»… В общем, сплошные тайны.
Володька отложил планшет.
– Дочитал. Отпадно написано. Но я уже на двадцатой странице понял кто убийца.
– Воробей, – сочувственно спросила я, – а ты не пробовал фильмы смотреть? Ведь куча же детективных фильмов.
– Кино меня не цепляет. Мне надо именно читать. Я как книжку возьму – бумажную или электронную, без разницы, – то пока до конца не прочту, не оторвусь. А как дочитаю, так сразу хочется следующую читать. А без чтения у меня ломка начинается.
– Да ты прямо книжный наркоман. Может, тебе и правда к врачу обратиться? Он пилюли от чтения выпишет.
– «Пилюли выпишет», – передразнил меня Володька. – Ты еще скажи: операцию сделает. Пойми, дурочка, книга – это источник знаний. Я столько полезного из книг узнал. И как машины угонять, и как банки грабить… А еще я теперь могу по внешности определить, чем человек занимается, где бывает…
– Ну определи по моей внешности, где я сейчас была?
Воробей окинул меня внимательным взглядом.
– В ресторане, – уверенно заявил он.
– А как ты узнал?
– У тебя правая щека черной икрой вымазана.
– Ой, – ойкнула я, вытирая щеку. – А вот с кем я там была, можешь сказать?
– С миллиардером Муромцевым, – сказал Володька.
Я округлила глаза.
– Ну ни фига ж себе! А это-то как ты определил?
– Ха! Да вся школа говорит о том, что к Спартаку приезжал Муромцев и кучу всего наобещал, если ты согласишься найти его дочку.
– Ты, Воробей, прямо поднимаешься в моих глазах.
– А ты, Мухина, в моих – опускаешься. Раньше такие крутые дела расследовала. А теперь какую-то малявку будешь искать. Докатилась, Эммочка, поздравляю.
– А что мне оставалось делать? Ты же знаешь нашу биологичку. У нее не заржавеет мне пару за четверть влепить. Слыхал, как она меня сегодня дирику заложила?
– Слыхал.
– Ну вот. А Спартак обещал пятак за четверть, если я малявку найду. Пришлось согласиться. И между прочим, не такое уж это отстойное дело. Хочешь расскажу?..
И я рассказала…
– Ну и ну, – сказал Володька.
– И это все, что ты можешь сказать? А еще дюдики читаешь, – поддела я Воробья.
Володька сразу завелся.
– Подозрительно, конечно, что у Муромцева нет фотки дочери. Да и вся эта история с двойным именем Марина-Ирина очень странная.
– И потом, – подхватила я, – откуда он знает, что я сыщик? Тоже странно.
– Это-то как раз не странно. Тебя же по ящику показывали.
«Ах, да», – вспомнила я. Действительно, моя физиономия несколько раз мелькнула по телику в передачах на криминальную тему. На одной передачке мне даже пистолет ТТ подарили и пачку патронов.
– Найти эту малявку будет несложно, – принялся рассуждать Воробей. – Я читал в одном дюдике, как проводятся такие расследования. Если, конечно, ее какой-нибудь маньяк-людоед не сожрал.