Капитан Пересмешника (СИ)

— Сказал же, теоретически — возможно.
— Кристоф, мать твою, это не ответ!
— Что ты на меня орешь? — невозмутимо выгнул друг седую бровь. — Все, что от меня зависело, я сделал. Даже вампиров выделить предлагал из личной охраны, ты отказался.
— Спасибо, мне тигров хватило, — огрызнулся я.
— Тивор, — плавно соскользнула с подлокотника кресла князя Елена, — думаю, тебе надо просто попробовать. Ни Кристоф, ни я, ни даже Нарина, никто не сможет сказать тебе наверняка. Ты же сам понимаешь…
— Понимаю, — вздохнув, согласился я. — Просто из нас троих, экспериментатор здесь один.
— Боюсь, если он возьмется за реализацию, конечный результат тебя не порадует, — усмехнулась княгиня.
— А он возьмется?
— А ты не видишь этот сумасшедший блеск в его глазах? После того, как ты только намекнул, он ночами не спит, в лаборатории торчит. Снова половину прислуги распугал. Знаешь, какое жалование теперь у охранников на подвальных этажах? — я отрицательно покачал головой. — Десять тысяч!
Он мне за мух меньше платит, — скрестила руки на груди Лист.
— Я что-то не понял, тебя расстраивает тот факт, что я тебе меньше плачу или что распугал прислугу? — повернулся к Елене Кристоф.
— Серьезно? Ты хочешь об этом поговорить? — склонила ассасин голову на бок, князь имел неосторожность кивнуть. — Меня расстраивает тот факт, что ты весь прошлый суман пропадал в лаборатории, а еще меня расстраивает тот факт, что с твоими советниками приходится общаться мне, и, пожалуй, больше всего меня расстраивает то, что ты мне заказываешь одних мух! Хотя бы мышь или крысу, только мух!
— Я же не виноват, что другой живности с некоторых пор вокруг меня не наблюдается, — невинно развел вампир руками.
— Ты видел? — повернулась Елена ко мне. — И он рассчитывает, что я на это куплюсь, — и снова оборачиваясь к Кристофу. — Вырастешь ты уже, наконец?
— Я тебе такой больше нравлюсь.
— К Яру уйду! — пригрозила Елена. — Твой князь не исправим.
— Твоя княгиня не исправима, — сказала княжеская чета вместе, я скрыл улыбку за покашливанием. — И хватит уже говорить обо мне так, словно меня здесь нет! — ассасин открыла было рот, чтобы ответить, но я ее оборвал.
— Давайте, вы потом выясните, кто из вас во дворце хозяин, а сейчас вернемся к моей проблеме.
— У тебя, по сути, нет проблемы, Тивор, — улыбнулась княгиня. — Тебе надо просто попробовать, все ведь готово, естественно мы поможем, проследим за безопасностью, вытащим тебя, если что-то пойдет не так.
— Твою задницу я еще не прикрывал, будет забавно. Как Калисто? — спросил Кристоф, как обычно без предисловий меняя тему.
Кали княжеской чете я представил через два месяца после того, как она вернулась к родителям. Друзьям мой выбор понравился. Елена приняла птичку сразу же, а вот Кристофа в первое время больше интересовала ее связь с кораблем, чем сама сапсан. Уже потом за рюмкой капы он снизошел до того, чтобы одобрить мой выбор, напоминая, что всегда знал, лисица не моя пара. В тот момент мне очень хотелось ему вмазать, но я все-таки сдержался. Елена права: этого вампира даже могила не исправит.
Вообще я представил бы им птичку раньше, но бесовка целый месяц ходила за родными хвостиком, не желая почти ничего вокруг замечать, и уж тем более не желая никуда отлучаться, даже порталом, даже на три оборота.
Она летала с отцом на охоту, с Мором наперегонки, помогала брату на постоялом дворе, даже пробовала шить вместе с мамой, чем вызывала у госпожи Ионы нервный тик. И чем больше проходило времени, тем больше и яростнее Калисто старалась находиться рядом с родителями и братом. Я сначала ничего не понимал, а потом закрались ко мне нехорошие подозрения.
Кали вела себя так, потому что чувствовала перед ними вину. Она… она отвыкла. Отвыкла от жизни в родительском доме, отвыкла от опеки и от постоянного родительского внимания и не хотела себе в этом признаваться, боялась. Птичка буквально заставляла себя находиться с ними рядом, видимо, ожидая, что это пройдет, ломала. А по ночам иногда просыпалась и долго смотрела в окно на рассыпанные по небу звезды. Она скучала… Все еще тосковала по «Пересмешнику» и своей команде, по океану. Я спрашивал Калисто, пытался разговаривать несколько раз, Кали неизменно отвечала, что все хорошо, что все пройдет. Но не проходило.
Через четыре месяца это стало заметно всем, кроме птички. Через четыре месяца я начал часто наведываться на Шагар. Через четыре месяца ко мне пожаловала Ватэр. Появилась из небольшого искусственного пруда возле дома, который я построил, казалось, вечность назад для другой девушки. Я стоял в саду и думал, что надо его снести к духам грани, когда Хозяйка вод явила свой божественный лик. Я ощетинился тут же, совершил неполный оборот, на кончиках пальцев заплясал хаос.
— Успокойся волк, я здесь лишь за тем, чтобы отдать то, что мне не принадлежит.
— И что это? — вопрос сорвался яростным рычанием.
— «Пересмешник» и все, что с ним связано, — ответила богиня, протягивая руку, на которой нежно-голубым светилась диадема. Я склонил голову на бок, Что ведьма, нелегко иметь душу?
Я смотрел на бывшую лекарку и гадал, что именно терзает ее больше: воспоминания Ника или его чувства к Калисто и команде, а может все вместе?
— И что взамен? — выгнул я бровь, не торопясь подходить.
— Ничего. Просто забери.
— Откуда мне знать, что в один прекрасный день ты не решишь вернуться за ним?
— Бери, волк! — почти рыкнула Ватэр. — Я даю слово, что никогда больше не потревожу ни тебя, ни Калисто, ни кого-либо из членов команды, ни ваше продолжение, — топнула ведьма ногой по спокойной водной глади, поднимая вокруг себя стену из воды. Когда все успокоилось, на берегу пруда осталась лежать диадема, а ведьма исчезла, так же внезапно, как и появилась.
Я осторожно поднял с земли «Пересмешник» и хмыкнул.
Измученная богиня явно страдала от бессонницы и навязчивых идей, все вышло так, как я и предполагал. Она только училась справляться с новоприобретенной душой, и было ведьме очень хреново, почти невыносимо.
В тот же день я прыгнул порталом к василискам, где сейчас находился Кор. Бывший пират неплохо рисовал, знал «Пересмешник», как свои пять пальцев и помог мне с чертежами. Через суман они уже лежали у Кристофа на столе. Строительство контролировали Сайрус и Калеб лично. Вагор, Тим, Люк, Зотар и Стюарт ныряли за жемчужницами весь следующий месяц.
Заклинание, что я кинул в воду перед тем, как Ник окончательно затонул скорее интуитивно, чем осознанно, помогло поднять со дна штурвал, рынду и несколько сундуков с личными вещами. Вообще к пока мертвому кораблю, что уже стоял в доках и был практически готов, приложила руку вся бывшая команда. Не сложилось у них на суше, не сиделось им на месте, ни в наемниках, ни в учениках, ни в охранниках, нигде. Их звал океан. Шептал.