Студент (СИ)
Попробовал провести несколько экспериментов с замедлением дыхания и сердца. Так, чтобы они казались снаружи едва заметными. Но ощущал, как почти сразу и мозг начинает отключаться, пытаясь впасть в бессознательное состояние. Прекращал и начинал заново, пока не понял, как оставить мозг в активном состоянии даже когда тело в отключке. Нужно всего лишь направить значительную часть универсально-ментальной энергии в него и постоянно подпитывать. Облегченно выдохнул и недобро усмехнулся. Ну что ж, парни, посмотрим, кто кого! Не зря старший так остерегался недооценивать магов. Мы ребята непредсказуемые и опасные.
Дождавшись следующего часа, когда мои тюремщики заглянули в помещение, я изобразил самое высокомерное выражение лица, на какое был способен.
— Я требую, чтобы мне немедленно дали возможность посетить уборную!
— Требуешь, значит? — хохотнул младший. — А по носу не хочешь?
— Ты, чернь, не имеешь права даже касаться меня!
Вряд ли этим двоим говорили о том, кто я на самом деле. А одежда и артефакты, в которых я был, вполне могли принадлежать аристократу. Так что такое поведение с моей стороны наверняка их не удивит.
— Вы оба ответите за это, как только моя семья узнает о том, что произошло! И тогда с вас живьем сдерут кожу, а потом еще солью посыплют. А перед этим, — я намеренно мерзко захихикал, — еще и кастрируют, как двух жирных отвратительных боровов, коими вы и являетесь.
Если старший еще мог сдержаться, понимая, что я всего лишь выплескиваю на них бессильный гнев, то младший взревел как бык и кинулся ко мне. По налитым кровью глазам стало понятно — сейчас никакие доводы брата не подействуют.
На меня обрушился целый град ударов в незащищенные живот и лицо. Благо, я был к этому готов и заранее уменьшил болевые ощущения максимально. Специально начал орать как резаный и жалобно всхлипывать, чтобы включился и старший и попытался остановить происходящее. Было противно и мерзко разыгрывать из себя такого слюнтяя, но чего ни сделаешь, чтобы выпутаться из подобной передряги.
Так, а теперь самое время! Старший все же схватил младшего за руку, оттаскивая от меня. Я бессильно обмяк, замедляя все процессы в теле и оставляя действующим лишь мозг.
— Ты что натворил, недоумок?! — раздался гневный вопль. — Совсем его пришиб?! Хоть представляешь, что с нами самими теперь сделают?!
Младший начал оправдываться. Мол, этот аристократический ушлепок сам начал. Но тот его не слушал. Я слабо ощутил, как мне щупают пульс на шее, и намеренно в этот момент вообще его остановил. Старший выругался и убрал руку. Я вернул все на место, оставляя едва различимым.
— Быстро неси ключ от ошейника и целительский артефакт! — рявкнул старший.
Получилось! Мысленно я возликовал, пусть и все было далеко не кончено. Конечно, если бы наниматель и дальше предоставил Черным Кинжалам охранять меня, шансов бы не было никаких. Но он, похоже, решил сэкономить и посчитал, что в ридитовом ошейнике я буду не опасен. Потому и удовлетворился двумя обычными людьми. Конечно, достаточно сильными и грозными. Но не для воина-мастера точно! Как только я освобожусь от веревок, им не поздоровится. А для этого я должен снова получить возможность выпускать магию наружу. Ну же, ребята, давайте!
Глаза приходилось держать закрытыми, так что мог лишь по звукам догадываться о том, что происходит вокруг. Звякнул ключ, которым открыли мой ошейник, и шее стало легче. Потом к груди прижали артефакт, отчего по телу разнеслось приятное тепло и покалывание. Все внимание было сейчас приковано к артефакту и моему лицу, я это чувствовал буквально физически. Поэтому мои манипуляции с веревками на правой руке, к которым я направил эльм, остались незамеченными. Конечно, сырая огненная сила в моем случае, которую мог выдавить из эльма, была курам на смех. Но в моей ситуации именно это было хорошо. Небольшую огненную искорку заметить труднее. Я направлял ее именно в одно место и вскоре почувствовал, как там ослабло натяжение веревки. Оставив так, начал проводить те же манипуляции со второй рукой.
— Проклятье! Не получается! — выругался рядом старший. — Похоже, он точно подох!
— И что мы будем делать? — тревожно спросил младший.
— А я почем знаю?! — вызверился на него тот.
Мое нападение для них обоих оказалось внезапным. И пусть ногами я еще действовать не мог, но первый находился достаточно близко, чтобы это не было критичным. Оставалось надеяться, что младший поведет себя предсказуемо, а не так, как сделал бы более осторожный старший. Не побежит к двери и не закроет ее снаружи, пока я расправляюсь с его братом, а устремится на помощь.
Привычно вошел в боевой транс второго уровня, и тело ожило. Стряхнув с себя веревки на руках, я одним быстрым движением свернул шею старшему. Увидел, как младший начинает открывать в удивлении рот, и сделал вид, что ослаб и пытаюсь освободиться от веревок на ногах. Он и правда повел себя ожидаемо. Взревев, в ярости кинулся на меня, желая отомстить за брата. И вскоре уже лежал рядом с ним с почти оторванной головой. Силы в этот раз я что-то не подрассчитал.
Выйдя из боевого транса, облегченно выдохнул и на несколько секунд позволил себе расслабиться, восстанавливая спокойствие. Адреналин постепенно уходил, возвращая ясность рассудка. Я отвязал веревки на ногах, подхватил с пола артефакт и, на ходу подлечивая повреждения от синяков, двинулся на поиски своих вещей.
Обнаружил я их в какой-то большой комнате в сундуке в ворохе прочей одежды. Брезгливо отшвырнув все остальное, взял свое и быстро оделся. Поискал и кошелек с тремя тысячами, но его не было. Был другой всего лишь с тремя сотнями золотыми. Похоже, плата этим двум баранам. Все равно взял. Пусть будет хоть какая-то моральная компенсация. Оружия не было, о чем я пожалел даже больше, чем о трех тысячах. Все же привык к своему мечу и кинжалу. Ну да ладно, главное, что живой остался!
Теперь нужно выбираться с этой фермы и пробираться в город. И еще думать о том, что делать дальше. Ведь не стоило исключать, что мои враги на этом не успокоятся. А я все еще даже не знаю, кому предъявлять обвинение. Как и то, что сейчас с моими друзьями. Герберт погиб или все-таки выжил, пусть и тяжело раненый? Эмили в порядке или ее прикончили, обнаружив неподалеку от места событий?
Стараясь отгонять от себя упадническое настроение, я вышел из дома и, окинув его хмурым взглядом, побежал прочь. Благо, в обозримом пространстве других домов не наблюдалось. Только загоны для скота, в одном из которых для меня готовили поистине жуткую участь. Спастись удалось лишь чудом. И то благодаря тому, что наниматель не смог прибыть сразу и привести в исполнение свой чудовищный план. В другой раз так может и не повезти…
Глава 28
Интерлюдия— Как он? — войдя в комнату, сходу спросила Диана у сидящего рядом с раненым Гербертом целителя.
— Теперь все будет хорошо, — тот вытер пот со лба и устало откинулся на спинку стула. — Я ввел его в глубокий сон. Это сейчас ему будет очень полезно. Когда проснется, будет чувствовать легкую слабость и зверский аппетит, а в остальном никакого дискомфорта.
— Благодарю вас, — произнесла она, протягивая ему тугой кошель. — Вы, как всегда, целиком оправдываете свою хорошую репутацию, господин Гир.
Целитель поднялся и с легким поклоном принял из рук Дианы заслуженную награду.
— Что-нибудь еще понадобится от меня, госпожа?
— Нет, вы можете идти, — она вежливо улыбнулась и дождалась, пока целитель уйдет.
Потом подошла к постели Герберта и некоторое время всматривалась в бледное от потери крови лицо. Проклятье! А она так надеялась, что им удастся справиться! Ведь и так сильно рисковала, рассказывая Аллину те сведения. Повелитель четко дал понять, что вмешиваться она должна, только если объекту будет угрожать смерть. А из тех сведений, что передал ее шпион в окружении того, кто все это затеял, было понятно — убивать Аллина не намерены. Сильно искалечить, попытаться сломать морально — да. Но не убивать. Диана невольно поморщилась, вспоминая непростой разговор с повелителем, когда она впервые осмелилась ему перечить.