Возвышение (СИ)

Он повернулся и сурово посмотрел на гостей. Арриман был молод, но лицо его уже покрывали шрамы и морщины, а в глазах читалась мудрость тысячелетий.
— Я слишком молод и горяч, чтобы посвящать себя созиданию, — сказал Бог Войны. — Во всяком случае, так говорят мои братья.
Он поднял копьё и пару раз взмахнул им, словно любуясь блеском оружия в солнечном свете.
— Значит, ты прошёл Шесть Кругов Войны, Томас Анк. Жители Ван-Гуа считают это впечатляющим.
— А вы? — спросил Том.
— Меня такой мелочью не впечатлить. Ты сражаешься как человек, а должен сражаться как Апостол.
— На мне были браслеты, блокирующие магию, — попытался оправдаться Волк.
— Я разве сказал хоть слово про магию? — спросил Арриман. — Нет, вся эта магия, колдовство — оружие слабых.
Бог поднял копьё:
— Вот оружие настоящего воина. У тебя был хороший учитель, Томас Анк. И ты это показал там, на арене. Но Томмун был тоже всего лишь человек.
Арриман воткнул копьё в землю:
— Заранее прошу меня извинить.
— За что? — не понял Том.
И в этот миг Бог Войны бросился в атаку. Кулак мелькнул в миллиметре от носа Волка, который едва смог увернуться. Следующий удар в печень тоже не достиг цели, ещё две атаки Том заблокировал, а потом Арриман сделал подсечку, повернулся вокруг оси, и Волк обнаружил себя уже на земле.
— Неплохо для человека, — заключил Бог. — Но никуда не годится для Апостола. Тебе предстоит сражаться с демонами, для них этого маловато будет.
Том поднялся и сплюнул попавший в рот песок.
— И что мне делать? — спросил он.
— Так уж вышло, что от тебя зависят судьбы моих братьев и всего мира людей, — поморщился Арриман. — Не самая лучшая кандидатура, я бы конечно выбрал кого-то более… — он окинул Тома взглядом. — Кого-то более.
— Ну, спасибо, — хмыкнул Анк.
— Я дам тебе своё благословение и научу сражаться так, как сражаются боги, — Арриман пропустил слова Тома мимо ушей. — Будем надеятся, что это повысит наши общие шансы на успех.
Левое предплечье охватило жжение, и на руке Тома появилась ещё одна татуировка — два скрещенных копья на фоне щита. Тут же глаза Анка закатились, и он рухнул на землю.
— Что ты с ним сделал? — ужаснулся Корвус.
— Подарил знания. Не волнуйся, дух, скоро он придёт в себя. Если его мозг справится.
— А может не справиться? — уточнил ворон.
— Ну, вообще-то да, — пожал плечами Бог Войны. — Тогда он останется овощем до конца жизни.
— Ты сошёл с ума! Это ставит под угрозу всю нашу миссию! — заволновался Корвус.
— Эм… Да, что-то я не подумал, — Арриман почесал подбородок. — Ну, ладно, сейчас поздно что-то менять.
— Ох, хозяин предупреждал, что с тобой нужно быть осторожнее, — дух подлетел к Тому и осмотрел его.
— Шаккан никогда не относился ко мне серьёзно, — обозлился Бог. — Это потому что я младший из братьев.
— Это потому, что ты часто принимаешь поспешные решения, — ответил Корвус. — Вспомни войну шестьсот восьмого года прошлой эпохи. Ты стравил Первую Нанайскую Империю и Верхнее Каашинское Царство.
— Но вышло ведь здорово, — возразил Бог. — Война — двигатель прогресса. Если бы не я, люди бы так и не научились обрабатывать сталь.
В этот момент Том зашевелился и открыл глаза.
— Волк! Ты в порядке? — спросил взволнованно Корвус.
— Как самочувствие, смертный? — улыбнулся Арриман.
Том поднялся на ноги, глубоко вздохнул и посмотрел на свои руки так, будто видит их впервые.
— Кан-фу(6), — сказал он. — Я знаю кан-фу.
— Это мы сейчас и проверим, — строго сказал Бог Войны.
Он кинулся в атаку и нанёс серию стремительных ударов, метя в голову и торс, но Том их заблокировал, сместился в сторону и сам пошёл в наступление. Бог и Апостол завертелись в смертоносном танце, а Корвус летал вокруг и возмущался:
— Да что же это происходит? Хватит, может? Вы ж поубиваете друг друга! Арриман, перестань!
В конце концов, Бог Войны поймал Тома на смене стойки и выполнил бросок через плечо, но Волк приземлился на ноги, перехватил руку Арримана и встал на колено, бросив через себя уже соперника. Бог упал на спину и засмеялся.
— Лучше! Гораздо лучше!
Изогнувшись, он вскочил на ноги и повернулся к Тому:
— Вот теперь я спокоен. Я сделал, что мог. Дальше твой черёд.
— Я слышал, о чём вы говорили, — разозлился Том. — Следовало предупредить, что после твоего “благословения” я могу и не очнуться.
Корвус подлетел к Анку, приняв форму ворона, и сел на плечо:
— Арриман — самый молодой из Богов. Он бывает горяч, это факт, но всё-же я рад, что теперь ты стал сильнее.
— Что верно, то верно, — согласился Арриман. — Все остальные Боги существовали задолго до пробуждения вашей расы. Войну же придумали именно люди, так что я родился последним. Но не стоит забывать, что я всё-таки Бог! Так что придержите-ка языки за зубами, пока я вас обоих не вышвырнул.
— Кажется, он обиделся, — шепнул ворон.
— Пф, какой ранимый Бог, — так же тихо ответил Том.
— Я всё слышу, — сказал Бог Войны, проходя мимо. — Идём за мной.
По другую сторону скалы оказалась длинная лестница, ведущая на огромный зелёный луг, усыпанный всевозможными цветами.
— А что ты имел ввиду под пробуждением моей расы? — поинтересовался Томас.
— Не думаю, что должен отвечать на этот вопрос, — сказал Арриман после короткой паузы. — Концепция бытия, происхождение мира и прочие экзистенциальные вопросы — не моя область, тут тебе лучше поговорить с Заримом. Он у нас самый старший, ему и объяснять, если он сочтёт нужным. Сам он считает, что человечеству лучше оставаться в неведении, иначе это повлияет на ваше развитие.
— А в чём тогда суть нашего развития? — не унимался Том.
— Да отвяжись ты уже! — вспылил Бог.
Они спустились на луг и прошли по нему ещё немного.
— У меня для тебя есть ещё один дар. Хотя, это не подарок, я одолжу тебе его, но с возвратом.
Он громко посвистел, и вдали показался целый табун коней.
— У любого воина должен быть хороший боевой конь. Это его самый ближайший друг и соратник. Хороший скакун может быть важнее доспехов и даже оружия. Так что я дам тебе такого.
Эти кони были просто великолепны. Могучие, сильные и выносливые. Они остановились вблизи и начали бить по земле копытами, будто приветствуя Бога Войны. Вперёд вышел вороной красавец с прекрасной блестящей на солнце гривой. От него буквально веяло силой, и Том просто не мог отвести глаз.
— Это же Фаэндаррил! — восторженно выдохнул Корвус. — Принц всех коней.
— Здравствуй, Арриман, — послышался голос. — Ты призвал нас. Мы готовы отправиться в бой.
— Не сегодня, Фаэн, — с сожалением в голосе ответил Бог. — В бой отправится вот этот смертный, — он кивнул в сторону Тома. — И ему нужен надёжный соратник, который не убоиться самого Архидемона. Есть ли такие в твоём табуне.
— Все мои кони бесстрашны и выносливы, — гордо заявил Фаэндаррил. — Но я знаю того, кто готов помочь смертному.
Принц коней заржал, и табун расступился, пропуская вперёд одного из своих.
— Икар! — на глаза Тома навернулись слёзы. — Боги, это действительно ты?
И без того рыжая грива коня казалась огненно-красной в свете заката. Сам конь выглядел крупнее и сильнее, чем был раньше, но это был всё тот же Икар. Том никогда бы не спутал его ни с кем.
— Только самые доблестные бесстрашные и могучие кони попадают после смерти на луга Арримана, — сказал Фаэндаррил. — Стать частью моего табуна — это большая честь. Но ты стоишь перед лицом серьёзной угрозы, смертный. И этот конь готов послужить тебе ещё раз, дабы ты закончил свою миссию. Он уже доказал свою верность и докажет её вновь.
Фыркнув, Икар подошёл к Тому и ткнулся мордой ему в плечо. Не веря своим глазам, Анк погладил гриву коня и прижался к нему.
— Прости меня, Икар. Прости, мне так жаль, что я потерял тебя.
Конь заржал и поднял голову, и Том понял, что скакун прощает его.