Ночь. Лифт. Два Босса (СИ)

Его запах заполнил все пространство вокруг. Сладкие нотки парфюма словно притягивали к Алену. Хотелось прижаться к нему, глубоко вдохнуть и замурчать от наслаждения.
Зоя, очнись, захлопни эту чертову дверь.
— Вруша, — хищно улыбнулся.
Резкий рывок, и кареглазый, подхватив меня за задницу, зашел в квартиру и захлопнул дверь ногой.
— Наглец! — выдохнула, когда он прижал меня к стене.
— Разве? Я не такой, — провел губами по правой щеке.
— И какой же ты? — вздрогнула, когда горячее дыхание коснулось шеи.
Этот мужчина не целовал, нет, он только водил по моей коже губами. И этого было достаточно, чтобы я захотела большего.
— Лучше ты мне расскажи, какой я. Что ты сейчас чувствуешь, Зоя? Тебе нравится? Или хочешь, чтобы я отпустил.
— Обязательно столько болтать? — застонала, откинув голову назад.
Сжав бедра, прижал сильнее к стене и прикусил подбородок.
С губ сорвался протяжный стон.
— Не хочешь болтать, а что же ты хочешь? — растягивал слова, приподнимая футболку все выше.
— Поцелуй меня, — посмотрела в его потемневшие глаза.
— Как же долго я ждал этих слов, — сказал, прежде чем поцеловать.
Думала, наш поцелуй будет похож на взрыв. Страстный, жесткий. А на деле медленная смерть. Чувственная, пропитанная похотью и помешательством. Никогда еще мужчина так не наслаждался моими губами, мной. Никогда не ощущала такое преклонение. Он кайфовал, стонал вместе со мной. Пил меня, как самое дорогое вино. Уничтожал своей медлительностью и возрождал нежностью.
— Хочу ещё, — прошептала хрипло, стоило ему отстраниться.
— Не раньше, чем я вылижу тебя, детка, — страстно прошептал в губы, после чего укусил нижнюю губу и отстранился вновь.
— Думаешь, я откажусь? — поедала его глазами.
Ален коснулся моих губ пальцами, обвел их и засунул палец в рот.
— Соси, — приказал властно, трахая взглядом.
Укусив палец, посмотрела из-под ресниц на Алена и пощекотала подушечку пальца языком.
— Вот так, — часто дышал. — Покажи, что ты умеешь. Как ты будешь сосать мой член.
Грязный, какой же грязный язык у Алена. Но как же сносит крышу.
Закрыв глаза, начала медленно облизывать, зажимать губам.
— Испорченная крошка, тебя же это заводит? — медленно вытащил палец из капкана моих губ.
— Да, — выдохнула, наблюдая, как он облизывает свой палец после меня.
— А если я накручу твои волосы на кулак и заставлю встать на колени, ты потечешь? — шепнул на ухо
— Ален… — мой голос дрожал.
— Хочешь ощутить мой член во рту? — продолжал говорить, сжав грудь.
— Да, я хочу, — застонала, выгибаясь.
— И ты его получишь, но позже. Ты же помнишь, зачем я пришел?
Моя футболка полетела на пол, за ней следом отправился и лифчик. Мужские ладони обхватили грудь. Все ощущения обострились. С губ все чаще срывались стоны.
— Зоя, так зачем я пришел?
Да какая, к черту, разница?
Главное не останавливайся. Прекрати целовать шею и удели внимание груди. Я так хочу ощутить дразнящие поглаживания языка, почувствовать губы, обхвтывающие сосок, чтобы по всему телу прошел разряд удовольствия.
— Не помню, — шепнула, пьянея все больше.
От своих мыслей, от его запаха.
С моими боссами никакого вина не нужно, чтобы опьянеть.
Моими? Это я так подумала? Вот же…
— Я хотел попросить прощения, — подсказал на ухо, зажав сосок пальцами.
Захныкав, посмотрела возмущенно на невыносимого мужчину.
— Серьезно, ты хочешь извиняться сейчас? Именно в этот момент?
— Тебе понравятся мои извинения, — проговорил в губы.
И медленно опустился передо мной на колени.
Оу, так вот какие извинения.
Прикрыла глаза, наслаждаясь поцелуями в живот, оставляющими влажный след на коже.
— Ты насквозь промокла, — хрипло сказал, погладив сквозь шорты.
— Боже, да… — подалась вперед.
Не торопясь, Ален стягивал по ногам шорты, трусики, целуя ноги, внутреннюю часть бедра.
Мне казалось, я сейчас потеряю сознание от возбуждения. Хотелось схватить за волосы и притянуть лицо ближе. Хотелось приказать, подчинить.
— Закинь ножку на плечо, — ласково попросил, словно воплощая свои сообщения прошлой ночью в жизнь.
Подчинившись, посмотрела на Алена. Какой вид, как заводит.
— Умница.
— Ален… — простонала от нетерпения, и мужчина рассмеялся.
Мне казалось, что ласки там будут похожи на его поцелуи, такие же мучительно медленные и нежные, но Ален как всегда удивил.
Раскрыв губы пальцами, его язык начал выводить узоры возле клитора с такой скоростью, что в глазах помутнело. Хватая ртом воздух, сжала волосы мужчины.
Ноги подкашивались, хотелось кричать в голос. Теплота внизу скапливалась, узел желания стягивался.
Становилось жарко, слишком жарко.
— Да-а! — крикнула, подаваясь вперед и насаживаясь на острый язык.
Одно касание, стон и взрыв, полнейшая потеря ориентира.
Оргазм был молниеносным, таким ярким, что глаза ослепило на мгновение, как от фотовспышки. Ноги ослабли, и, кажется, я начала оседать, но была подхвачена крепкими руками Алена.
Прижав мое ослабленное тельце к стене, он стал осыпать лицо поцелуями. Нос, щеки, лоб, веки, и наконец-то губы. Нежный поцелуй, и на языке остается послевкусие моих соков.
— Я тебя прощаю, — шепчу, не открывая глаза.
— Как быстро, а ведь я еще не закончил извиняться.
— Не закончил? — распахнула глаза и затрепетала от обещания в карих глазах.
Подхватив за задницу, понес, нет не в спальню, а на кухню.
— Тебе не кажется, что продолжить извиняться лучше в кровати.
— Зачем нам кровать, когда есть стол, — мурлыкнул, посадив на него.
— Это у вас общее желание — трахнуть меня на столе?
Сразу вспомнилась сцена в кабинете.
— Нет, мои мотивы исключительно эгоистичны. Хочу чтобы каждое утро, заходя сюда, ты вспоминала меня.
— Думаешь, ты настолько хорош?
— Я не думаю, я знаю, — усмехнулся и наклонился ко мне.
Сердце неистово застучало, дыхание сплелось в одно, глаза закрылись и губы сомкнулись в одурманивающем поцелуе.
Ох уж эти ленивые поцелуи, искусно сводящие с ума. Руки не знающие покоя, бродящие по телу, выискивающие особо чувственные места.
Я не успеваю поймать момент, когда черта осознанности преодолена. Когда возбуждение вновь вспыхивает с такой силой, словно не было оргазма ранее.
Я вновь жажду освобождения. Я хочу его. Хочу избавиться от ноющего чувства пустоты.
Тянусь к нему, забираюсь под футболку, царапаю кожу, глажу. Целую так, что вся нежность мужчины уходит на второй план. Только безумная страсть.
Раздражает только одно. На нем слишком много одежды.
— Разденься, — прошу, нет, умоляю.
Теперь пришла очередь Алена послушно исполнять мои просьбы.
Черная футболка летит на пол, мои глаза жадно иследуют спортивное телосложение брюнета.
— А я не плох, не правда ли? — играет мыщцами груди, поворачивается спиной и обратно.
— Может, уже перестанешь выпендриваться и снимешь штаны?
— Не терпится? — играет бровями, расстегивая молнию на джинсах.
Конечно, не терпится!
Сжимаю край стола и надеюсь, как маленькая, когда распаковываешь подарок на Новый год, что там что-то желанное, что так давно хочешь, о чем мечтаешь.
И Ален Александрович радует, стягивая джинсы с упругой задницы вместе с боксерами.
— Вау, — произношу вслух и, закусывая губу, смотрю в глаза, которые сияют удовольствием.
Пока Ален избавляется от носков, я отчетливо понимаю, что на этой кухне никогда не было настолько великолепно сложенного мужчины. Сексуального, одаренного природой.
Да что говорить, он даже носки снимает сексуально.
— Налюбовалась? — прижимается ко мне.
Кожа к коже — это что-то. Так приятно что с губ срывается судорожный вздох, руки исследуют спину, плечи, а губы в миллиметре от нового поцелуя.
— Ты шикарен, — не скуплюсь на комплименты.