Только не плачь

А рядом с ней Кир.
* * *
Кажется, меня разбил паралич. Ноги примерзли к полу, сердце забыло, что надо биться, а мозги напрочь отказывались верить в то, что видели глаза. Наверное, я должен был обрадоваться тому, что младший брат жив, но вместо этого ощутил липкий иррациональный ужас. Будто увидел мертвеца. Хотя так оно и было на самом деле.
Мы его похоронили. Почти год назад. И вот он здесь, стоит перед нами определенно живой и в отличном расположении духа.
Этого не может быть. Сейчас я или сплю и вижу кошмар, или напился где-то до потери пульса и мечусь в пьяном бреду. Меня устраивает любое из этих объяснений.
— А, вот и мои дорогие братья пожаловали, — он развел руки в приветственном жесте. В одной из них угрожающе поблескивала пушка, — как же я по вам скучал!
— Кир…
Голос перехватило. Сколько ни пытался, не мог ничего сказать, только воздух ртом хватал. Да как так-то? Я не понимаю…
— Ты…живой? — хрипло спросил Демид, пребывая в не меньшем шоке, чем я.
— Пфф, а что со мной станет-то? — Мелкий явно потешался над нашим замешательством, — отдохнул, загорел. Сами видите.
Он действительно выглядел, как человек, долгое время живущий в солнечной стране. И без того светлые волосы выгорели почти до белого, а голубые глаза ярко выделялись на фоне смуглого лица.
— Не хочешь объяснить какого хрена происходит?
— Ну так я, собственно говоря, за этим и приехал. А еще, вот, Вероничку решил навестить. Соскучился, вон как она обрадовалась. Аж до слез. — с этими словами он присел рядом с ней, — Что-то ты совсем отощала, милая. И так подержаться не за что было, а сейчас вообще, как тень стала.
Когда его рука бесцеремонно легла на голую коленку и начала медленно подниматься наверх, ныряя под подол, у меня в душе взметнулось бешенство.
— Убери от нее лапы.
— А что? Имею полное право. Как-никак жена моя законная. Да, дорогая? Соскучилась поди по папке?
Он поднялся и ухватил ее за подбородок, вынуждая смотреть на себя. Она замычала, замотала головой, пытаясь освободиться, а я на автомате ринулся к ним.
— Не-а, — Кирилл тут же направил на меня ствол, а Демид вцепился сзади, останавливая от необдуманного поступка.
— Стой, дурак! — прошипел, оттаскивая меня назад.
— Вот, Арт, слушай брата. Он плохого не посоветует. Демид у нас самый умный, да? Всегда знает кому и что лучше делать?
— Что за игры, Кирилл?!
— Понравилось? — ухмылялся он.
— Мы похоронили тебя, сукин ты сын! Год оплакивали! А ты оказывается жив. И творишь не пойми что!
— Ну, во-первых, похоронили вы не меня, а какого-то бедолагу из-под моста. Мне его Эд поймал и привез к нужному месту, в нужное время. И пока Вероника там по грязи ползала, да стонала, мы его подменили, а потом горело так, что хрен чего в останках разберешь. Головешка и головешка. — Он рассказывал об этом так просто, будто речь шла о забавном случае в деревне у бабушки, — дальше вы все знаете. Похороны, кстати, красивые были. Спасибо. Мне понравились. И слова такие сильные вы толками, прямо уххх, мурашки по коже. Я от и до там был. Даже земельки бросил, когда закапывали. Отличное кино вышло.
Это песец! Полный песец. Сюрреалистический бред. Мы его хоронили, а он рядом был и угорал над нами.
Меня будто вспороли, выпотрошили на живую, и бросили подыхать в грязной луже. Так больно, что не вздохнуть.
— Видели мы твое кино! — сквозь зубы процедил Демид.
— О, вы наконец нашли мой старый канал? Браво, — протянул Кир, лениво хлопая в ладоши. — Я уж думал, что этот счастливый момент никогда не настанет. Даже собирался ссылочку на почту скинуть. Кстати, у меня теперь новый есть, на теневой стороне. Называется «забери, что осталось». Я там образ сменил, а то Бэтмен уже народу приелся. Если интересно, можете поискать.
— Зачем? — прохрипел я, — зачем ты все это делаешь? Мы же тебя с соплей растили. Все для тебя делали, заботились…
— Да, вы задолбали меня своей заботой. Кир туда нельзя, Кир сюда нельзя. Это не делай, туда не ходи. Мы лучше знаем, что делать и как. Шага ступить нельзя было, чтобы один из вас тут же не вылез и не сказал, как надо жить. Я до сыта нажрался ваших указаний! Мне осточертело сидеть на цепи и слушать тупые нравоучения. Мы для тебя то, мы для тебя это, а ты сиди и не пи*ди, потому что «Мелкий» — после последнего слова он брезгливо сплюнул, — затрахали.
У меня в ушах шумело от всей этой херни.
— Ты мог сказать, — холодно заметил Демид, — мы бы решили проблему…
— Алле, Дем! — Кирилл помахал пушкой, — я говорил. И не раз. Каждому по отдельности, и обоим вместе. Я даже пытался вам доказать, что могу быть полезным. Что вы мне тогда ответили? Напомнить? Вы мне сказали: иди погуляй Мелкий, не мешай взрослым работать.
У меня в памяти вспышкой пролетела картина. Мы с Демидом работаем над сложным проектом, Кир приходит с предложением, а мы его даже не пытаемся слушать. Я отправляю его восвояси, чтобы не путался под ногами, а Дем, не открывая, выкидывает его папку в мусорное ведро.
— Вы сами не захотели по-хорошему, — он развел руками, — а в тот день я решил, что с меня хватит и дальше будет по-плохому.
Кирилл тогда только университет закончил, хотел работать с нами наравне, а его попросту проигнорировали, не восприняли всерьез. Мы сами, своими собственными руками слепили из него чудовище.
* * *
— Поэтому ты вредил компании? Сжег мою машину и творил всю эту херню?
— Каждый развлекается как может, — Кирилл беспечно пожал плечами.
— Развлекается? Ты считаешь это развлечением?
— Ну а чем же еще? Было весело. Вы же смотрели ролики, неужели не понравилось? — он открыто издевался, — Народ в полном восторге был.
— Ты красовался перед толпой утырков, вредя собственной семье!
— Класть на меня хотела эта семья, — груб огрызнулся он, — Вы кроме друг друга никого не видите, не слышите. Я у вас всегда был пятым колесом. Вас как не послушаешь: Демид то, Артур сё, а меня будто вообще не существует!
У меня в голове не укладывалось. Всю жизнь для него старались, а он воспринимал все это вот так. Извращенно, неправильно, шиворот-навыворот. Откуда в нем столько злобы и ненависти? Я не понимаю.
— Неправда, — мрачно сказал Демид.
— Да ты что? Он пока в Европе был только тебе звонил. Мне ни разу!
— С какого хрена он должен был тебе звонить?! Ты у него Веронику забрал.
— Забрал, — Кирилл лениво перещелкнул затвор пистолета и подмигнул Веронике, — я всегда забираю то, что хочу.
У меня перегорали последние предохранители, и чтобы окончательно не сорваться, я спросил совсем о другом: