Только не плачь

Я надеялся, что она мне сама позвонит, поделится хорошей новостью, но увы, в круг доверенных лиц мне доступ был закрыт.
Именно в этот момент загудел телефон. Я встрепенулся, испытав внезапный всплеск надежды, но меня ждало очередное разочарование. Звонила няня.
— Да, Нина Александровна, слушаю.
— Артур Сергеевич, добрый день. Извините, что беспокою.
— Ну что вы, — отмахнулся я, — никакого беспокойства.
— Мы с Вероникой договорились, что она к трем вернется, но ее до сих пор нет. И на звонки она не отвечает, а мне уже пора уходить.
— Вы давно ей звонили?
— Да вот последние полчаса непрестанно набираю.
— Уверен, она вот-вот появится, — соврал я, выпрямляясь в кресле. На самом деле никакой уверенности не было, наоборот сердце ухнуло вниз, до самых пяток.
Что-то случилось.
— Понимаете, я уже опаздываю. Мне дважды пришлось такси перезаказывать…
— Оставайтесь с Иваном. Оплата будет по тройному тарифу.
— Но… — женщина замялась, — мне и вправду надо бежать. День рождения мужа. Мы хотели сходить в кафе, столик забронировали.
— Заплачу в пятикратном размере и организую вам завтра столик в лучшем ресторане города, — я, не задумываясь, повысил ставки.
Она сокрушенно вздохнула и сдалась:
— Хорошо. Не переживайте, я присмотрю за Ванечкой.
— Спасибо, — я отключился, взглянул на настороженного Демида и мрачно произнес: — Вероника не пришла вовремя домой. И не берет трубку.
* * *
— Что стряслось?
— Вероника на связь не выходит. Утром ушла на собеседование и до сих пор не вернулась.
— Сбежала?
— Херню не говори. Она скорее убьет, чем Ваньку оставит.
— Да знаю я. Просто так сказал. — он помрачнел.
Мы с братом не сговариваясь схватились за телефоны. Я пытался достучаться до Вероники, а он начал названивать безопасникам, которые должны были за ней приглядывать.
Вероника не отвечала на звонки. Гудки шли, но в ответ тишина. Может, она просто потеряла телефон? Забыла его где-нибудь? Интуиция вопила, что нет, ни черта не забыла.
Пока я обрывал трубку в тщетных попытках связаться с Вероникой, Демид смог дозвониться до безопасника:
— Он говорит, что сидит в машине у входа и ждет, когда она появится. Вероника еще не выходила из «Скансофта».
Я тут же набрал номер знакомого, с которым договаривался о собеседовании, и он уверенно подтвердил, что ее приняли, и она радостная ушла. Давно. Часа полтора так точно.
— Ничего не понимаю.
— А чего тут не понимать-то? — брат уже связывался со своими людьми, — не надо было ее тебе выпускать из дома. Привязал бы к батарее, запер в комнате… А теперь…
Он не договорил, потому что на другом конце провода ему ответили.
Я вполуха слушал, как он отдает распоряжение найти ее хоть на другом краю земли, а у самого под ребрами все немело. Не досмотрел. Недооценил опасность. Надо было ее не выпускать. Пускай бы орала, пускай ненавидела еще больше, зато была бы под присмотром. А мне же добрым хотелось быть, хотелось, чтобы перестала смотреть, как на врага народа. Дебил, блин.
Это были самые жуткие полчаса в моей жизни. Я успел столько всего в голове на крутить, что хватило бы на еще одну серию известного фильма ужасов. Демид тоже переживал, но в отличие от меня не метался, как тигр из стороны в сторону, а молча гипнотизировал взглядом экран своего телефона.
— Думаешь, Кирюхины друзья все-таки появились?
— Ну, а кто еще?
— И что теперь?
— Готовься, они раньше боялись к нам соваться, а теперь шантажировать начнут. Кир наверняка их «подкармливал», пока жив был. А как погиб, так кормушечка и прикрылась. Кому это понравится? Никому. Вот они и хотят поправить свое финансовое состояние за счет других.
Мне было плевать на деньги. Я готов им все отдать, лишь бы они отстали от Вероники.
— Ты только горячку не пори, — предупреждающе сказал он, вызывая жуткое раздражение.
— Дем, ты задолбал. Это не делай, это не говори. Ты как робот, твою мать!
— Я просто не теряю голову, в отличие от некоторых. И не рычи на меня! Можно подумать, это я виноват…
— Хватит, — я отмахнулся от него.
Это я виноват. Всегда только я. С самого начала.
— Артур…
Он не договорил, потому что его телефон ожил. Я весь превратился в один оголенный нерв, наблюдая ща тем, как он внимательно слушает, кивает, хмурится.
— Ну что там?!
Демид недоуменно чесал бровь:
— Что она забыла на заброшенном заводе?
— Да, понятно что! Я за ней.
— Я с тобой.
Спорить было некогда. Мы выскочили из кабинета и ломанулись к лифту. Он как назло не ехал, катался туда-сюда между этажами, тогда мы помчались к лестнице, и перескакивая через половину ступенек понеслись вниз, на парковку.
— Дурное место, мрачное, — сказал Демид, напряженно всматриваясь в окна, когда мы заехали на территорию полуразрушенного завода, — если тут закопают, то хер кто найдет.
— Заткнись, а? — я остановился на более-менее чистой площадке, — из без тебя тошно.
— Я парням позвонил. Скоро подъедут.
Мудрая мысль. Мы как два идиота бросились спасать прекрасную даму, но совершенно не подумали о том, что перевес сил может быть не в нашу сторону.
— И где ее искать? — скептично спросил он, осматриваясь по сторонам, когда мы выбрались из машины, здесь годами искать можно.
Ответ мы получили в самом неожиданном месте. Братк на телефон пришло сообщение, а в нем, фотография просторного блекло-серого помещения, с пыльными высокими окнами под самым потолком и подпись «добро пожаловать».
— Это…это… — я начал крутиться в поисках ориентиров, — это вон там!
Справой стороны, чуть в глубь территории стояло унылое здание, как раз с такими окнами, как и на фото. Мы отправились туда, а Демид на ходу скидывал изображение своим людям.
Старая, ржавая дверь уныло заскрипела, когда я дернул ее на себя. Даже если похитители сразу не заметили, нашего приезда, то теперь уже точно были в курсе. Плевать. Я не в прятки приехал играть.
Уверенно шагнул в пыльный сумрак и направился туда, где сквозь завалы старого барахла виднелся просвет.
С каждым шагом сердце в груди бухало все сильнее, а когда мы вышли в то самое помещение с фотографии, и вовсе зашлось в агонии.
В центре стоял стул, к которому была привязана Вероника, с кляпом во рту, со слезами в испуганных глазах.