Sir (ЛП)

— Да. Хантер, у тебя никогда не было своей комнаты?
Он посмотрел в пол и покачал головой.
Я прекрасно понимал, что не все Доминанты могут предложить богатство и роскошь, но его реакция оказалась намного серьезнее этого.
— У тебя когда-нибудь были личные вещи? — спросил я.
Он снова покачал головой и плотнее закутался в халат.
— Не так много, Сэр.
Мое сердце сжалось от мысли о его ужасном прошлом. Что за жизнь у него была? Что привело его к этому моменту? Что погасило огонь в глазах? Я был почти уверен, что это лежало глубже, чем никчемный Дом вроде Лаззаро, который плохо с ним обращался.
— Левин даст тебе достаточно одежды, пока мы не купим тебе собственную.
Левин исчез из комнаты, и я понял, что он воспринял мои слова как приказ и направился собирать кое-какие личные вещи для Хантера.
Учитывая все увиденное и слова Колтона, я знал: мальчик почувствует себя спокойнее, когда узнает некоторые непосредственные границы и правила.
— Хантер, пока ты здесь, это твоя комната и твое пространство, которое ты можешь использовать, как хочешь. Ты должен быть внизу ровно в 6:30 утра. Твоя повседневная одежда — джинсы. Ты не будешь носить нижнее белье. Ты не будешь носить рубашку или обувь, если только мы не выходим из дома. Учись у Левина, наблюдай за ним и делай то, что он говорит. Левин самый лучший сабмиссив из всех, кого я видел; поступай, как он, и ты мне очень понравишься.
Хантер кивнул, Левин вошел и положил на комод аккуратно сложенную одежду, прежде чем снова занять свое обычное положение: ноги расставлены, голова опущена, руки сцеплены за спиной.
— Хантер, ты ел?
Он кивнул.
— Да, Сэр. Магистр Колтон дал мне суп и хлеб.
— Хорошо. Нам предстоит многое обсудить, изучить множество деталей и правил. Но я бы предпочел, чтобы ты сначала поспал. Это нечестно по отношению к тебе: принимать решения, когда ты явно измотан. Мы с Левиным сейчас тебя оставим, и ты можешь принять душ, там есть гели и шампуни, новые зубные щетки и зубные пасты. Это все для тебя. Или, если ты слишком устал, просто заберись прямо в постель. Сделай так, как хочешь. А если ночью тебе что-нибудь понадобится, комната Левина рядом с твоей. Он не откажет. Поставь будильник на шесть. Левин придет, заберет тебя и поможет с утренними ритуалами, прежде чем ты спустишься вниз.
— Да, Сэр.
— Спокойной ночи, Хантер. Я рад, что ты здесь.
Как только я собрался уходить, Хантер сделал маленький шаг ко мне.
— Сэр?
Я знал, что для парня, робкого от природы, это должно быть чем-то важным.
— Да?
Его голос был тихим, и он говорил глядя в пол.
— Я сделал что-то, что рассердило вас?
Рассердило меня?
Затем так тихо, что я почти не расслышал, он добавил:
— Сэр.
Сэр.
Сэр.
Это было не то слово. Я просил его обращаться ко мне именно так, но дело было в том, как он его сказал. Я подошел к нему. Он опустил голову, но не двинулся с места.
— Посмотри на меня, — сказал я низким требовательным голосом. — Если тебя что-то беспокоит, пожалуйста, скажи.
Хантер поднял голову, его глаза были широко раскрыты: испуганные, ранимые, умоляющие. Он с трудом сглотнул.
— Я... я... ничего, — прошептал он, но пальцы рассеянно потянулись к шее.
Туда, где раньше был ошейник.
Колтон сказал, что этому парню нужен ошейник.
Мой тон был командным, очевидно, таким, на который саб хорошо реагировал.
— Хантер, на протяжении этой недели я твой Дом, но не Мастер. Я не могу надеть на тебя ошейник. Это не в правилах Санктуса.
Он быстро заморгал.
— Я... я понимаю, — прошептал он. На этот раз его пальцы чуть сильнее впились в шею, оставляя розовые линии на коже.
О, черт.
— Но я вижу, как тебе не по себе, — успокаивая своим голосом, я коснулся его макушки, нежно перебирая волосы. — Ты ведь не любишь быть свободным, правда, мальчик?
Он покачал головой.
— Я не могу... С-с-сосредоточиться...
Его реакция никуда не годилась и требовала внимания, но сейчас было важнее, чтобы Хантер почувствовал себя в безопасности.
— Левин, — сказал я, оглядываясь туда, где он неподвижно стоял. Его взгляд встретился с моим, когда я произнес имя. — Кожаный браслет на запястье в игровой комнате. Пожалуйста, принеси.
Левин исчез за дверью, а я повернулся к Хантеру. Этот мальчик был сам не свой. Я дотронулся до его щеки, и он прильнул к моей руке.
— Ш-ш-ш, — прошептал я. — Хантер, это твой дом на столько времени, на сколько ты захочешь. Я же хочу, чтобы ты чувствовал себя здесь в безопасности.
Я приподнял его подбородок, и он кивнул.
— Да, Сэр. Спасибо, Сэр.
Появился Левин с кожаным браслетом в два дюйма шириной и с металлическим уплотнительным кольцом, вшитым в изделие. Левин передал его мне, прежде чем отступить назад и снова занять свое исходное положение.
— Хантер, — начал я. — Если тебе нужен этот браслет, чтобы чувствовать себя здесь уверенно и безопасно, то я с радостью дам его тебе. Это не такой ошейник, который носит Левин, и сегодня вечером не будет ни вручения ошейника, ни церемонии предъявления прав, но на этой неделе этот браслет твой, — я продолжил говорить благоговейно. — Отмечая твое место здесь, как моего сабмиссива, я приказываю носить этот браслет не снимая, он обозначает, что ты принадлежишь мне. Ты будешь служить мне, и выполнять, что я прошу. Я буду уважать тебя, направлять и поддерживать. Ты согласен на эти условия, саб?
— Да, Сэр, — прошептал он.
— Дай мне свою правую руку.
Он протянул мне руку и затаил дыхание, когда я обернул браслет вокруг его запястья и застегнул пряжку. Как только Хантер оказался в безопасности, он резко выдохнул, сразу стал расслабленным и спокойным.
— Твоя покорность мне — подарок. Спасибо, — прошептал я, все еще держа его за руку. — Тебе уже лучше?
— Да, Сэр, — быстро ответил он.
— Ты должен знать, что твои стоп-слова имеют здесь силу. Если что-то, о чем я прошу, слишком, ты должен использовать их. — Он кивнул. — И если ты захочешь в любой момент расторгнуть это соглашение, все, что тебе нужно сделать — снять браслет.
Хантер снова кивнул.
— Благодарю вас, Сэр.
— Отдохни немного. Завтра у тебя будет напряженный день, саб.
Он искренне улыбнулся, и под всей этой тревогой, под этой уязвимостью скрывался прекрасный парень.
Я повернулся, чтобы уйти, и улыбнулся Левину, все еще стоявшему совершенно неподвижно.
— Левин, следуй за мной, — сказал я, и мы оставили Хантера осваиваться в комнате.
Я пошел в свою спальню, и Левин послушно последовал за мной. Он нечасто присоединялся ко мне здесь, но сегодня нам нужно было поговорить. Я снял пальто, и он, не спрашивая меня, взял его и повесил на вешалку. Затем я сел на сиденье у комода, а он опустился передо мной на колени и развязал мои шнурки.
Левин великолепен. И на нем все еще было слишком много одежды... Хотя сегодняшний вечер был необычным, в первую очередь мой саб заботился о Хантере, и это меня порадовало.
Я смотрел, как Левин своими умелыми пальцами снимает мне ботинки. Он отложил их в сторону, потом снял с меня носки, и я не мог отвести от него глаз. Я был невероятно возбужден. Когда мне предложили второго саба — которого нельзя коснуться и тем не менее — это было опьяняюще, а затем я наблюдал, как мой Левин ухаживает за ним, становясь самым совершенным сабом... всегда стоит правильно, идеально преклоняет колени, не допустив ни одной ошибки.
Он должен был быть вознагражден, и одна мысль об этом возбуждала меня.
Еще находясь между моих ног, Левин откинулся на пятки, склонив голову и сложив руки на коленях. Я мог бы приказать ему вынуть мой член и отсосать, но сначала я должен был выполнить свои обязанности. Хотя он никак не показывал, но то, что я взял на себя второго сабмиссива, должно быть, тревожило его.
Если бы я спросил об этом, он бы ответил, что гордится мной, Мастером, которому даровали второго саба. Идеальный ответ сабмиссива, очень в духе Левина.