Профессиональный дракон
«Мерит» шустро растянулась на полу, я вытащила из чемодана вещи, соорудила вокруг нее нечто вроде спящего тела, прикрыла оставшимся от Сандра паутинным носком. Сопушки выкатились из середины этой кучи и попросились проветриться. А почему бы и нет? Столько времени пирамидкой передвигались. Заработали, заслужили. Снежа вообще спасла меня от провала: наотрез отказалась надеть кукольный колпак на голову. Упрямо тыкала лапкой в крошечную косицу «парика», пока до глупой хозяйки не дошло, что дома остается Мерит, которая косу не носит!
Выпустив сопушек наружу, я поискала взглядом хоть что-то похожее на выключатель, но не нашла и легла рядом с «сестрой». Через пару секунд за перегородкой тихо щелкнуло, погас свет. А потом и над моей головой раздался щелчок, и теперь уже вся повозка погрузилась в темноту. Ах, вот как оно работает…
Лагерь спал, на своей половине уютно посапывала Нати, а я лежала и думала, не в силах поверить в то, что произошло на поляне.
Я его видела! Невозможно, невероятно, но я видела Сандра под мороком и двумя моими отводами глаз. Четко и ясно! И так же четко и ясно видела места, где разрушились заклинания, переплелись между собой, склеились, сплавились, усиливая друг друга. Потому и смогла все быстро исправить.
Браслет Сандра, травмы Нати, способность распознать ложь и, наконец, то, что случилось на поляне, – всему этому было лишь одно объяснение: у меня есть способности хозяев подлунных земель.
Потому что лишь избранные драконы умеют восстанавливать разрушенное, будь то вывих, смертельная рана или проклятие, исковеркавшее кому-то жизнь. Разве что умерших им не дано вернуть. Лишь избранные могут видеть сквозь морок и отвод глаз. Лишь избранных драконов Лунная Дева и Повелитель Пламени одарили особой магией, связанной с луной и с подлунными землями – местом, откуда они черпают силы и куда могут уходить самые сильные из них.
Да ну, ерунда. Какая же я избранная? Не то ведьма, не то дракон. И магических крыльев в человечьем обличье у меня нет. А у хозяев подлунных земель есть! У папиного друга из Брейдена они точно были. Перед появлением крыльев у него на спине проступала метка из рун, после она исчезала. Меток у меня с лихвой, но вот что-то крылья ни разу не вылезли. А я бы от них не отказалась.
Кстати, именно к тому дракону родители отвезли меня, когда внезапно обнаружили, что любимое дитя принялось раздваиваться на младенца и дракончика. «Ничего подобного раньше не видел… – задумчиво пробормотал папин друг. – Исправить не смогу. Она такая родилась. – Он показал на крошечные, еле заметные пятнышки на шее, руках и спине: – Видите? Это проступают руны. Поживете у меня, пока не проявятся полностью». Через несколько месяцев меня всю «обсыпало». Руны драконов и ведьм переплелись диковинным образом, сложились в изящный узор, что лег браслетами на запястья, обхватил ожерельем шею и вырисовался крохотными отдельными метками: тремя парами по низу живота и двумя – на спине между лопаток.
«Что ж, – вздохнул папин друг, внимательно меня осмотрев, – здоровый и крепкий ребенок. Правда, весьма необычный. И об этой необычности лучше никому не знать». Никто и не знает. Когда я подросла, мама и отец все мне рассказали. А метки было решено выдать за обереги. Так я и говорю до сих пор.
Стоп. Куда-то меня не туда унесло.
Что мне еще известно о хозяевах подлунных земель?
Они не могут не помогать, не имеют права пройти мимо. Это их долг, который они исполняют от чистого сердца, с чистыми помыслами. Тот же, кто ищет выгоду или подчиняется правилам просто потому, что так заведено, постепенно теряет связь с подлунными землями, слабеет, а потом и вовсе лишается магии. Перестает быть хозяином.
Вот в Рудьяре их почти и не осталось. А в мамином роду никогда не было. Так откуда же, демон побери, у меня появилась часть их способностей?!
Я сунула руку в карман за шкатулкой, над головой щелкнуло, и по глазам ударил слепящий свет.
– Да сколько можно… – простонала Нати.
Дурацкий светильник! И кому пришла в голову такая замечательная идея настроить его на движение?
Я быстро нашептала заговор «Крепкий сон», укутала им соседскую «половину». Подумала и еще одним, как щитом, окружила нашу повозку. Теперь тот, кто приблизится к ней, мгновенно уснет.
Вытащив шкатулку из кармана, я написала маме: «В семье твоих родителей точно не было хозяев подлунных земель?»
«Нет. Что-то случилось?» – сразу свалился ответ.
«Я вижу повреждения. То, что было разрушено. В заклинаниях. И не только в них».
«Если можешь, позвони!»
Я быстро расплела косу, вновь становясь собой, села. Достала зеркало из чемодана и, прислонив его к переднему бортику, набрала мамины руны.
– В вас с Айлин нет крови хозяев подлунных земель, как и во мне, – встревоженно сказала мама, едва появившись. – Когда это началось?
– Недавно. Сначала я… хм, Айлин в своем человечьем обличье почувствовала что-то непонятное в браслете племянника Аранхорда. Затем куда лучше рассмотрела вывих плеча у соседа. Потом отвод глаз наложился на чужое заклинание, и оба повредились. А она не только очень четко видела эти повреждения, но и смогла их исправить.
– Странно… – задумчиво нахмурилась мама. – Хорошо. Допустим, в нас есть кровь хозяев. Но! Чтобы она пробудилась, нужен толчок. Что-нибудь необычное…
Еще более необычное, чем сосуществование дракона и ведьмы в одной девице? Вряд ли такое возможно.
– …Бывает, сила просыпается, если будущий хозяин помогает тому, кто серьезно пострадал, а его драконьей магии не хватает.
Мгновенно вспомнился пустырь, вспыхнувшие золотом на драконьей шее, лапах и крыльях метки. И проступившие в золоте их сияния руны, что соскользнули с моих лап, закружились и тонкими нитями легли на кожу Сандра. Вот демон…
– Ма-ам… Кажется, именно так все и произошло. Перед самым отбором Айлин спасла племянника Аранхорда. Лечила его тоже она. И вылечила.
– Так, давай по порядку. Лечила в драконьем облике?
– Да. И спаявшиеся заговоры исправляла в драконьем. Браслет видела в обычном. И травму соседа тоже.
– Еще что-то было? Айлин чувствует луну? Ее магия тянется к луне?
Я пожала плечами: чего нет, того нет.
– А должна. Значит, не хозяйка… – задумчиво пробормотала мама. – Значит…
– Значит, опять обряд, – перебила я и, пока она снова не начала считать себя виноватой, быстро добавила: – Нам с Айлин нравится новая способность. Как там ваш подсчет имущества?
– Поймали трех нечистых на руку прачек, – отмахнулась мама. – Просить тебя бросить все и вернуться домой бесполезно?
– Да…
– Тогда осторожнее, Мерит. Пожалуйста, осторожнее. И присмотри за Айлин.
Я поклялась «глаз не спускать с сестрицы» и «если что, сразу связываться», погасила зеркало. Едва развеяла заговор на крепкий сон, что окружал повозку, как снаружи возле колес что-то всхрапнуло, завозилось, поднялось, и слегка очумевший мужской голос протянул: