Меньшее зло (СИ)

Питерс некоторое время задумчиво меня рассматривал, а потом злобно усмехнулся:
– Жаль, что здесь нет тех суеверных идиотов, которые пишут на тебя доносы. Им бы не повредила маленькая демонстрация того, как работают твои мозги.
– А если ближе к делу, шеф?
– Не беспокойся, – полковник вальяжно махнул рукой и откинулся на спинку кресла. – Я с ним говорил, там нет никаких подводных камней. Он просто хочет, чтобы его никто не убил и не взял в заложники.
Вошедшая адъютантша поставила перед нами кружки, ласково улыбнулась Питерсу, посмотрела на меня как на пустое место, а затем ушла.
– Пей. Синтетика, но лучше той, что наливают в столовой.
Я неосторожно отхлебнул горячую терпкую жидкость, обжег язык и тихо выругался, чрезвычайно обрадовав этим собеседника:
– Это любовь, Локи. Мне она столько кипятка не льет. Может, пригласишь ее на свидание?
– Очень смешно, шеф. Так что мне делать во время этих переговоров?
– Не знаю, – посерьезнел командир. – Делай, что говорят, следи за местностью и думай своей головой. Если все закончится хорошо, сможешь получить лейтенантские лычки досрочно.
– Вот уж спасибо.
– Хватит. Допивай кофе и начинай готовиться.
– Так точно, шеф…
Увы, но в предоставленных Питерсом документах не нашлось ничего действительно важного – изучить совершенно новую для меня местность по картам было невозможно, стать профессиональным охранником за один день я даже не надеялся, а рассматривать лица участников будущей встречи мне попросту не хотелось. Оставалось только одно – бездельничать и отдыхать, готовясь к раннему выезду.
Следующим утром я встал за час до намеченного полковником срока, умылся, еще раз проверил экипировку, затем вышел из комнаты – и буквально нос к носу столкнулся с Гладковым. Тот выглядел мрачным и невыспавшимся, но срывать на мне свое дурное настроение не стал, ограничившись раздраженным кивком:
– За мной, Фишер. Выезд через пять минут.
– Так точно, господин лейтенант.
– Хватит паясничать, Локи. И без тебя тошно.
На улице моросил неприятный мелкий дождь. Низкие тучи закрывали все небо, полностью убивая краски начинающегося рассвета. Часть выглядела под стать этой картине – темные коробки бункеров, притаившаяся между ними техника и щербатый бетон создавали неприятное ощущение полной оторванности от цивилизованного мира.
Хотя мне было не привыкать.
– Давай. Мои уже на месте.
Я молча пробрался внутрь ожидавшего нас транспорта, поприветствовал сидевших там солдат, после чего занял ближайшее кресло и уставился в потолок.
Разговаривать не хотелось. Ловить на себе опасливые взгляды соседей – тоже.
– Встречаемся с основной группой через три с половиной часа, – произнес устроившийся рядом Гладков. – Кто хочет, может спать.
Ведущий к нужному квадрату маршрут пролегал по старому шоссе, машина ехала достаточно плавно и уже через несколько минут я задремал. Сиденье время от времени потряхивало, рядом слышались тихие разговоры, но в целом обстановка весьма располагала к отдыху. Почти сотня километров по бетону, затем около пятидесяти – по проселкам и бездорожью…
– Внимание, – ворвался в мой сон голос лейтенанта. – Подъезжаем к месту встречи.
Посреди неопрятной каменистой равнины стояли шесть машин. Две из них были весьма похожи на наш транспорт – в соседней зоне ответственности использовались точно такие же приземистые вездеходы, тщательно раскрашенные во все оттенки серого. Оставшиеся четыре явно приехали из города – их черный цвет слишком сильно выделялся на местности, а более высокая посадка обеспечивала чересчур заметный силуэт. Впрочем, в данных обстоятельствах это не играло особой роли – вряд кто-то всерьез собирался расстреливать дипломатическую миссию.
Пока я думал о сравнительных достоинствах военной и гражданской техники, вокруг машин появились вооруженные люди. Один из них развернулся в нашу сторону, а затем требовательно махнул рукой.
– Выходим, – тут же отреагировал Гладков. – Инструктаж.
Брифинг оказался быстрым – командовавший операцией майор дождался, пока все вызванные с фронта разведчики соберутся вокруг него, затем внимательно рассмотрел каждого из нас с ног до головы и равнодушно сообщил:
 
– Скажу откровенно – ваше присутствие здесь не требуется. Защита переговорщиков является одной из стандартных задач службы охраны, а мы хорошо знаем свою работу. Однако господин Дэниэлс решил, что нам не повредит усиление. Вы здесь только по этой причине.
Сделав маленькую паузу для того, чтобы сказанные им слова в полной мере усвоились, майор продолжил:
– Ваша зона ответственности – внешний периметр. Стараетесь держаться на расстоянии, ни в коем случае не закрываете передний сектор, изображаете повышенную внимательность. Все. Размахивать оружием не надо, доказывать собственную значимость – тоже. Это ясно?
– Так точно, – ответил незнакомый мне лейтенант. – Выполняем роль ширмы, действуем только в случае реального конфликта.
– Правильно, – наш временный командир одобрительно кивнул и снова махнул рукой: – По машинам. До цели еще двадцать километров.
– Так точно!
Когда мы заняли свои места, Гладков раздраженно дернул застежку плаща и тяжело вздохнул:
– Мир полон дебилов. Трусливых дебилов, портящих кровь нормальным людям.
Кто-то из его подчиненных негромко хохотнул. Я опять закрыл глаза.
Смысл нашей миссии окончательно прояснился – большой начальник действительно испугался, не поверил в квалификацию собственной охраны, попытался взять на себя командование, но в результате лишь усложнил достаточно простую задачу. Обычная история, ведущая к бесполезной трате чужих нервов, ресурсов и времени.
– Считайте, что это отпуск.
– Точно…
Полчаса спустя наша колонна миновала очередную заброшенную деревню, сбавила ход, а потом остановилась в сотне метров от чудом уцелевшего перекрестка. Впереди не было видно никаких признаков разумной жизни, однако сомнений в том, где именно пройдет встреча, у меня не осталось – в наших краях дорожные развязки являлись самыми очевидными и самыми доступными ориентирами.
– Выходим.
На этот раз господин Дэниэлс тоже покинул свою машину, мгновенно оказавшись в кольце телохранителей. Мне не удалось расслышать, о чем шла беседа, но минуту спустя последовала отмашка и вся наша разношерстная группа двинулась к перекрестку.
– Это какой-то фарс, – пробормотал шедший рядом со мной Гладков. – Что думаешь, Локи? Интуиция молчит?
– Молчит.
– Дерьмо…
Ничего страшного так и не произошло – мы спокойно дошли до цели, телохранители рассредоточились, оттеснив нас к обочине и разобрав секторы ответственности, а чиновник оказался в центре пустого пространства. Судя по всему, это стало для него малоприятным сюрпризом – убедившись, что рядом больше никого не осталось, господин Дэниэлс нервно покрутил головой, поймал мой любопытствующий взгляд и решительно двинулся в нашу сторону.
– Доброго дня. Алекс Фишер и Юрий Гладков, я не ошибаюсь?
– Так точно.
– Мне бы хотелось с вами поговорить. Если не возражаете.
Вкрадчивый и отчасти робкий голос дипломата заставил нас с лейтенантом удивленно переглянуться – собеседник не выглядел сколько-нибудь уверенным в себе политиком, а его назначение казалось таким же странным, как и вся операция. С другой стороны, в штабе вполне могли решить, что этого будет достаточно…
– Да, конечно.
– Я первый раз на Полосе, – обезоруживающе улыбнулся чиновник. – И я очень боюсь неожиданностей. Радиации, например.
– Здесь должна быть чистая территория, – не совсем почтительно ответил Гладков. – Бояться нечего.
 
– Да, но мне все равно хотелось бы получить определенные гарантии. Дело в том, что я читал ваши досье и знаю, что вы оба провели в этих краях больше десяти лет. Скажите, могут ли наши противники сделать что-то неожиданное? Такое, о чем моя охрана не знает?
На этот раз лейтенант замялся и отвечать пришлось мне: