2024
У края свалки вдоль бетонной стены с руками за головой стояли трое человек, граждан. Прежде чем Олег сумел просчитать ситуацию, грохнула автоматная очередь — и стена позади людей окрасилась кровью. Все трое повалились на землю. «Сволочи! Где же вы?!» — Олег никак не мог найти, откуда стреляли. Вновь было тихо — слышался лишь шум далёких сирен. Олег осторожно начал выходить к месту страшной казни — никого не было видно.
— Эй, сюда! Помоги мне!
Олег судорожно обернулся на крик — всего в метре от него стоял запыхавшийся парень с искажённым страхом лицом. Он стоял в какой-то большой трубе, пронзавшей бетонную стену свалки. Олег кинулся к нему, но эхо выстрела наполнило трубу и мужчина со стоном повалился на пол.
— Нет! — Крикнул Олег и трижды выстрелил в темноту.
Но, похоже, бесполезно. Олег отошёл от трубы (решётка на ней мешала пройти туда) и вышел за угол.
— Цель обнаружена. Огонь!
Олег даже не успел удивиться — он лишь заметил пост «Госкавалерии», который расположился сверху, за пределами свалки, прямо на самом верху бетонной стены. Нечто с массивным стволом повернулось в его сторону и взорвалось снопом бирюзового огня. Олег наугад ринулся в сторону, ища хоть какого-нибудь укрытия. Ещё одна труба, и без решётки. Олег кинулся туда, но серия мощных толчков сбила его с ног. Последний метр до трубы Олег кое-как прополз, прежде чем пулемёт перезарядился.
Олег встал, чувствуя боль в ногах — пули ударили по ним в нескольких местах. Но, надо отдать должное, вортигонт постарался на славу — скорее всего, дело обошлось лишь лёгкими ушибами. Олег отправился в глубь трубы, надеясь найти обходной путь. Но пройдя метров десять и завернув, он едва не упал, споткнувшись обо что-то тяжёлое. Догадавшись, наконец, включить фонарик на костюме, Олег увидел, что это был мёртвый госкавалерист. Олег понял: труба соединена с предыдущей. Похоже, те три выстрела достигли цели. А смысл? Того парня уже не вернуть.
Олег пошёл дальше и вскоре вышел в тёмную комнатушку. Она была почти пуста — лишь пара ящиков, диван, стулья, матрас на голом полу и стол с радиостанцией на нём. И следы небольшой битвы — следы пуль на стенах, немного крови на полу… «Да, похоже, я нашёл главную станцию…» — мрачно подумал Олег, но вдруг рация на столе ожила.
— Станция 12! Станция 12, вы слышите? Ответьте, Станция 12! Приём, ответьте!
Женский голос в рации замолк. Олег покачал головой: похоже, эта станция уже никогда не ответит.
— Это Станция 8! — Вдруг снова заговорила рация, — мы слышали, Станцию 12 разбомбили… Они направляют артудары на подземные железнодорожные станции! Повторяю: «Госкавалерия» начала облавы на подземные станции! Мы уже получили подтверждение от Станции 9 и других. Мы…
Треск помех прервал говорившего. Олег, в надежде узнать ещё хоть что-нибудь, покрутил ручки громкости и шумоподавления. Вскоре комната наполнилась ещё один голосом:
— Станция 8! Вы слышите? Донесения о манхэках подтверждены! Повторяю, они заполняют подземку манхэками!
В полном недоумении Олег отступил от рации. Многое было непонятно, но общий смысл был предельно ясен: плохо дело. Лишь одно радовало Олега: когда он появился здесь впервые, он видел только овечью покорность и рабство. Теперь уже было ясно видно: режим не мог удержать всех в узде. Были те, кто сопротивлялся. Олег почувствовал прилив сил — он понял, что сопротивление Правительству всё же есть и имеет хорошо организованный характер: вон, сколько повстанческих станций основано. Кречетова говорила, что она и её друзья помогают дать людям решительность подняться с колен. Олег теперь видел, что их усилия действовали. Наталья сказала, что Олег поможет им в этом. Если раньше Олег ещё сомневался, не понимал, то теперь… Да, ёлки-палки, он им поможет!
Олег, заметив на стене лестницу, ведущую к люку в потолке, осторожно полез по ней. Одного взгляда наверх было достаточно: он находился прямо под постом. Но всё оказалось легче, чем он думал. Один выстрел в бочки с горючим, стоящие рядом с госкавалеристами — и всё живое на посту было уничтожено. Не ожидая, пока рассеется дым, Олег вылез наверх и огляделся: трупов было целых семь. Олег собрал у них патроны, половина даже не поместилась в карманы его костюма.
Но оказалось, что праздновать победу рановато. Олег, прислушавшись, посмотрел на небо. Странный гул приближался. В последний момент Олег успел заметить вылетевшую откуда-то сверху небольшую ракету, она неслась прямо на него. Олег с криком спрыгнул вниз, на свалку и, словно пытаясь обогнать взрывную волну, побежал в какой-то тоннель — продолжение свалки. Ракеты остались позади, но Олег и не собирался сбавлять шаг. Он выбежал снова под открытое небо. Заметив вверху проезжающий мимо белый БТР с узкой синей полосой, он уже хотел было снова бежать в очередную трубу, но внезапно его окликнул женский голос:
— Эй, сюда!
Олег поискал взглядом — среди мусора молодая девушка была почти незаметна, ловко спрятавшись под какими-то руинами. Олег, пригибаясь, подошёл к ней. Она приветливо кивнула ему, даже не удивившись его внешнему виду.
— Иди дальше, друг! Эту станцию взяли, но впереди есть и другие!
— Что ж, отлично, — ответил Олег, тревожно оглядываясь, — а ты-то как тут очутилась? Пойдём со мной, вместе до станции добраться будет легче!
Девушка серьёзно посмотрела на него и покачала головой.
— Нет. Я останусь ждать других. Мы должны отстоять железную дорогу. Иди, удачи тебе!
— Спасибо, — ответил Олег и нырнул в трубу. Он и сам-то не очень хотел, чтобы она шла с ним. Всё-таки, сидя тут, она была в меньшей опасности, чем рядом с ним…
За двадцать минут Олег миновал ещё несколько свалок, и везде ему был оказан «радушный» приём. Люди в форме сыпались будто с неба, при этом не скупясь на пули и матерные слова. Олегу они давались без труда, за исключением тех случаев, когда они наступали сразу по пять-шесть человек. Теперь предложения сдаться не было — всем было давно ясно, какая у кого роль. Вот только Олегу казалось, что Дорожный недооценил его. И ведь его даже не пытаются взять, а только убить. Значит, Дорожному есть, чего бояться. Теперь миф о невинном президенте развеялся окончательно. Олег заметил, что эти свалки находятся в своего рода каналах прямо по всему городу — длинные каналы мусора и вонючей воды с отвесными бетонными стенами. Значит, он — на верном пути, теперь уже сомнений не было. Ещё два раза за ним сверху свалок следовал БТР — его ракеты ещё дважды пытались разорвать Олега на куски. Но эти свалки были хорошим укрытием, со всеми этими трубами, колоннами и уступами.
Когда впереди стал виден свет и кусочек серого неба, Олег почти побежал туда — так опостылели ему эти тоннели. Но едва он выбежал под открытое небо на очередной канал — его обдало сильным ветром и оглушило гулом. Прямо над ним висел большой чёрный вертолёт. Олег замер: может, ещё не заметят? Но вертолёт, провисев секунду без движения, сдал назад — инженер попал в поле его видимости. Олег со всех сил побежал по каналу к следующему тоннелю. И тут же раздался оглушительный стрекот — в полуметре от ног Олега землю пробили крупнокалиберные снаряды. Олег, ощутив холодок по спине, побежал ещё быстрее, не видя уже вокруг себя ничего. Он знал, что это — не пистолетные пули. Костюм его после последних боёв почти разряжен. Десяток таких пуль — и костюм уже не потребуется…
Олег бежал, делая нечеловеческие прыжки через рвы и канавы, огибая руины и кучи мусора, и всё время всего в полуметре сзади земля взрывалась от пуль. Олег уже в паре метров от спасительного тоннеля почувствовал толчок сбоку — одна из пуль скользнула по костюму, чудом не попав в спину. Пара пуль просвистела на уровне его головы — и вот уже в шоковом состоянии Олег влетел в тоннель. Но даже теперь он продолжал бежать — подальше от этого жуткого гула…
Тоннель быстро кончился. Олег с разбегу, не подумав, выбежал прямо на середину следующей свалки. И остановился. Очередного тоннеля не было. Гул сзади всё нарастал — вертолёт приближался. Судорожно оглядевшись, Олег заметил за грудой ящиков небольшую синюю дверь в бетонной стене канала и мигом ринулся туда. Считая каждый метр, через несколько долгих секунд он достиг ящиков и в панике раскидал их в стороны, освобождая проход к двери. Нырнул внутрь и успел заметить, отбежав от двери, как её прошил десяток крупнокалиберных пуль.