Чудовище для проклятой

— Последний шанс отказаться, — гулкий голос разнесся по пустому помещению.
Дух здесь словно налился силой, обретая краски, стал выглядеть почти живым!
В горле пересохло. Может, не поздно всё отменить? В конце концов, подумаешь, дворец развалится… и вообще красиво рассуждать гораздо проще, чем красиво поступать.
Именно поэтому я разжала зубы и медленно, едва не по слогам произнесла:
— Я уже ответила.
Интересно, за третье попадание на тот свет скидка даётся? Заслуги учитываются? Надо бы уточнить у старой знакомой с косой.
Но больше ничего подумать я просто не успела — ярко вспыхнул свет вокруг алтаря и знакомый — чтоб его ксайши пожевали! — голос произнес:
— Теперь ты доволен моим выбором, Ийер?
Дух первого Императора величаво развернулся — чтобы мнимую корону с головы не уронить? — и, усмехнувшись, ответил:
— Пожалуй, да. Я проиграл, Асторшиэр, и отныне буду выполнять твои приказы беспрекословно.
Какие интересные подробности выясняются… В голосе царил полный кавардак из обрывков догадок, происшествий, что просто наложились одно на другое, и оговорок, которые изредка допускал этот недоделанный бездушный. Решил, что он только бездушный, но и бессмертный, издеваться над демонологом?
Я невинно похлопал глазами, картинно побледнела — насколько возможно сильнее, и изобразила стон умирающего лебедя. Судя по дернувшемуся Величеству, получилось почти профессионально. Давай, дорогой, ты только поближе пойди. Если кто-то здесь и будет смеяться последним, то точно не эти недоделанные интриганы!
Здесь не было слышно гула от взрывов, ни криков, ни грохота атакующей магии.
Зато ярко блестели казавшиеся безликими стены, и медленно разливался во все стороны свет, идущий от фигуры духа-хранителя и совсем немного — от императора.
— Так… так ты лгал мне… — изобразить истошное испуганное хрипение было совсем не сложно.
Я сама ещё не собрала полную картину происходящего, не могла точно понять, как ко всему этому относиться.
Разноцветные глаза главной заразы в этом мире виновато сверкнули. Точно виновато, хвост Итшир даёт! Чует, значит, попа крылатая, что влипла по самое…
— Каарра, — ох уж эти мурлычущие нотки, от которых по коже снова и снова пробегают проклятые мурашки и так сладко кружится голова! — ты самая невероятная женщина, которая встречалась в моей жизни. Другую я бы выбрать просто не смог. И другая бы до меня не смогла достучаться.
Он подходил мягко, почти крадучись, словно в самом деле чего-то с моей стороны опасался. Гибкий завораживающий каждым движением хищник.
— Ийер, иди, займись делом, раз уж сам согласился. Наверху требуется присутствие власти, да и Ильгрим один не справится, — приказал отрывисто и холодно.
Синий глаз вспыхнул — и оковы, до этого не дающие шевельнуться, вдруг разом исчезли, сила просто растворилась в воздухе.
Я поспешно дернулась, стремясь убраться прочь с алтаря.
Вот только не успела. Император оказался рядом быстрее.
Сильные пальцы обхватили запястья, вновь беря в плен, высокое мощное тело буквально придавило собой назад к плите. В его глазах светилось какое-то шальное безумие и пугающая жажда. Губы коснулись моего виска, вливая живительную силу.
— Ты думаешь, я отпущу тебя, моё сердце? Ты можешь злиться на меня за то, что я сделал, ненавидеть меня, пытаться сбежать от меня… но никогда не отпущу тебя. Ты должна была это сообразить. Ещё до того, как всё зашло настолько далеко, — обжигал губы шепот, — чудовищем меня прозвали не зря. Я не делюсь тем, что принадлежит мне. Ни своей страной, ни, тем более, своей женщиной.
Пламенный монолог интриговал, а вот одна наглая конечность, которая спустилась в неположенное ей место и легонько скользила по животу — даже очень. И как только умудрился забраться под ткань верхней куртки?
— Мне, безусловно, где-то даже приятно слышать тебя, милый, но… видишь ли, дело в том, что я жду подробных объяснений. Ты хотел жену равную? Что ж, я не блеющая покорная овечка и никогда такой не была. Да, связал наши жизни и спас тем мою. Но играть со мной в ваши игры я… — выдохнула прямо ему в губы, зло цапнув за нижнюю, — не позволю. Так ты расскажешь мне, что происходит на самом деле и почему ты так спокоен? Это ловушка, и кристаллов в башне нет?
Лицо анорра на миг снова утратило все эмоции, став бесстрастной маской. В такие моменты понять, о чем именно думает Шиэр и как на самом деле относится к происходящему, становилось особенно сложно. Теплые пальцы очертили контур её лица.
— Догадливая. Я ведь с самого начала ясно дал понять, что не хочу, чтобы ты совала в это дело свой пронырливый носик. Как у моей помощницы, главы клана дель Гиррес и будущей императрицы у тебя и так достаточно обязанностей и врагов, — бесстрастный, но удивительно низкий голос прошёлся кисточкой по оголенным нервам.
Вот только мои любовь и доверие не значат, что я позволю не считаться с собой и устраивать подобного рода… проверки.
— Ты не договариваешь, — оборвала его резко, не обращая внимания на яростно сверкнувшие глаза, — продуманный мой, о чем вы спорили с Первым императором? Где настоящие кристаллы? И что сейчас происходит наверху? — голос охрип.
Вот только отвлекаться на чью-то запредельную наглость и ласковость совсем не хотелось. Слишком сложно мне и так далось всё произошедшее.
— И поверь мне, если мне не понравятся ответы, мой император, тебе тоже могут не понравиться мои действия! — усмехнулась уже открыто.
Он бы первый не понял, если бы я прогнулась и спустила эту странную историю её участникам, промолчав.
Нравится противостояние, разноглазый мой, драгоценный упрямец? Так и хочется иногда со всего размаху и от щедрот демоновых треснуть. Сочтут ли это покушением на императорскую жизнь?
— Думаю, — хрипловатый спокойный голос поневоле заставлял расслабиться, гипнотизировал, почти убаюкивал… гад, — я могу позволить себе рассказать тебе правду теперь. Скорее всего, ты многое уже поняла, Кара, но кое о чем просто не догадываешься в силу отсутствия информации.
Тяжелое тело чуть сместилось — и теперь я оказалась лежащей прямо на императоре. Какая честь!
— Я всё ещё жду, — сильные руки и вязкая магия анорра не давали шанса избежать разговора.
— Начнем с кристаллов, — выдохнул мне на ухо, — и с истинной жертвы Первого императора.
Ийер действительно принес свои чувства в жертву своей стране. Тогда были опасные времена, внизу свирепствовали нашествия диких ксайши, маги из Дарании охотились на женщин и детей анорров, а климат был слишком нестабилен.
Ийер и его ближайшие сподвижники сами придумали и воплотили ритуал, с помощью которого огромные части земли, вырванные из породы, взмыли в воздух. Теперь к аноррам невозможно было попасть просто так. Но у любой магии есть цена. Острова не могли парить вечно, сколь бы ни была велика жертва Императора, и тогда были созданы кристаллы.