Влюбленная принцесса (Принцесса)
Джуд Деверо
Влюбленная принцесса
Jude Deveraux
THE PRINCESS
Печатается с разрешения издательства Pocket Books, a division of Simon & Schuster Inc. и литературного агентства Andrew Nurnberg.
© Deveraux, Inc, 1987
© Перевод. В. И. Агаянц, 2015
© Издание на русском языке AST Publishers, 2015
* * *Глава 1
Ки-Уэст, Флорида, 1942 год
Джей-Ти Монтгомери вытянул длинные ноги и поудобнее устроил травмированную лодыжку на одном из ящиков, сложенных на дне моторной лодки.
Унаследовав семейные черты нескольких поколений своих предков, он был очень красив. Даже с короткой стрижкой, предписанной уставом военно-морского флота, он выглядел чертовски соблазнительно: темные волосы, сверкающие синие глаза, губы, то твердые, как мрамор, то мягкие и нежные, как ласковый ветер Флориды, ямочка на подбородке и нос, который можно было бы счесть великоватым, будь его обладатель менее крупным мужчиной. Мать Джей-Ти всегда говорила, что так называемый нос Монтгомери – попытка Господа защитить лица отпрысков их рода от кулаков тех, кому не по нраву баснословное упрямство представителей этой славной фамилии.
– Мне этого не понять, – проворчал Билл Фрейзер, поворачивая моторку. Плотный и коренастый, на шесть дюймов ниже Джей-Ти, он казался крепким, как бетонный блок, а его светлые волосы уже начали редеть, хотя Биллу едва исполнилось двадцать три. Фрейзер дорожил дружбой с Джей-Ти. Полгода назад Билл выбрал лучшую девушку из числа поклонниц приятеля и женился на ней.
Не потрудившись ответить другу, Джей-Ти закрыл глаза и вдохнул прохладный и соленый морской воздух. Какое счастье, что не нужно дышать запахом смазочного масла, слышать неумолчный шум машинного отделения, отвечать на бесчисленные вопросы и нести ответственность за других…
– Будь я, как ты, холостяком, – не унимался Билл, – я бы предпочел остаться на Дюваль-стрит, а не тащиться черт знает куда, на заброшенный остров, чтобы куковать там в одиночестве.
Джей-Ти лениво приоткрыл один глаз, покосился на Билла и принялся разглядывать поросшие мангровыми зарослями островки. Ему трудно было объяснить, что он чувствует, другу, выросшему в большом городе. Монтгомери рос в Мэне, вдали от людской суеты и шума машин, на берегу океана. Другим мальчишкам в шестнадцать лет покупают первый автомобиль, а Джей-Ти получил в подарок парусную лодку. В восемнадцать он уже запросто отправлялся один в море на трое суток. Он мечтал о кругосветном путешествии на своей посудине, но тут японцы атаковали Перл-Харбор, началась война и…
– Эй! – окликнул его Билл. – Ты уверен, что провизии достаточно? Мне сдается, тут не слишком-то много еды. Долли говорит, ты и без того слишком тощий.
При упоминании о хорошенькой молодой жене Билла Джей-Ти добродушно усмехнулся.
– Еды вполне достаточно, – заверил он приятеля и снова закрыл глаза. «Горожане никогда не научатся смотреть на море как на огромную кладовую». Монтгомери прихватил с собой сеть, удочку с крючками, пару походных котелков, небольшой ящик с овощами и комплект столовых принадлежностей. Он рассчитывал пожить несколько дней по-королевски. При мысли о тишине, покое, одиночестве и полнейшем безделье Джей-Ти нетерпеливо заерзал на жестком сиденье моторки.
Билл засмеялся, его невыразительное лицо сморщилось.
– Ладно, я тебя понял. И все же ты настоящий псих. А впрочем, это твоя жизнь. Коммандер ждет тебя обратно в следующий понедельник, я приеду за тобой.
– А вот и мой остров, – оживился Джей-Ти.
– Понять не могу, как тебе удается отличить один здешний островок от другого, но дело твое. Одно хорошо: тут тебе будет так одиноко, что в понедельник ты наверняка с радостью вернешься к работе.
Джей-Ти скорчил жалостливую гримасу. Он мечтал лишь о том, чтобы побыть в тишине и покое, послушать шум ветра и барабанную дробь дождевых капель о брезент палатки и, наконец, насладиться вкусной едой. Вместо набившего оскомину флотского пайка его ожидали свежая рыба, омары, креветки, морские гребешки и…
– Приглуши мотор! – крикнул он Биллу. – Мы сейчас выскочим на песок.
Билл осторожно причалил к белому песчаному берегу.
Стараясь не сгибать обожженную ногу, Джей-Ти выпрямился во весь свой немалый рост, перешагнул через борт лодки и ступил на мелководье. Неуклюже шагая в тяжелых армейских ботинках по скользкому дну, он с нетерпением предвкушал, когда можно будет избавиться от сковывающей движения формы.
– Тебе лучше отправляться, похоже, скоро начнется дождь. – В голосе Джей-Ти сквозило нетерпение.
– Намек понял, ты хочешь поскорее меня спровадить. Ладно, приеду за тобой в воскресенье.
– В воскресенье вечером, – уточнил Джей-Ти.
– Как скажешь, вечером так вечером.
Билл с помощью друга оттолкнул лодку от узкой полоски берега и завел мотор.
Джей-Ти постоял у кромки воды, провожая глазами моторку, пока та не скрылась за соседним островком, потом расправил плечи и вдохнул полной грудью влажный солоноватый воздух. Запах гниющих водорослей, свежий морской ветерок и шелест мангровых деревьев в глубине острова напоминали о доме.
Джей-Ти сгреб в охапку большую часть вещей и зашагал вдоль берега на север. Он заприметил этот островок почти год назад: разглядел в бинокль с палубы корабля, когда командование флота направило его в Ки-Уэст руководить ремонтными работами на судоверфи. За год Джей-Ти прочитал несколько книг об окружающих Ки-Уэст островах, и у него появилась мечта побывать на одном из них, побродить среди мангровых зарослей.
Остров казался диким и неприступным. Ветви деревьев спускались до самой земли и переплетались, образуя непроходимую стену. Джей-Ти сорвал с себя рубашку, достал мачете и принялся прорубать узкий проход сквозь заросли в глубину острова. Он рассчитывал найти источник пресной воды.
Потребовалось четыре часа тяжелой работы, чтобы выйти к роднику. К тому времени Монтгомери скинул с себя всю одежду и остался в одном белье. Ожоги на левой стороне тела еще не зажили, и кожа начала чесаться от пота. Тяжело дыша, Джей-Ти остановился и огляделся. С трех сторон его окружали приземистые мангровые деревья с блестящими листьями, а впереди виднелась небольшая проплешина – клочок земли, усеянной обломками раковин и бурыми сухими водорослями. Ручей начинался где-то за деревьями и протекал чуть поодаль. Здесь было достаточно места для походной палатки, костра и ящиков с провиантом, а о большем Джей-Ти и не мечтал.
Он вытер лицо от пота и пустился в обратный путь по тропе, которую только что проложил. Прорубая дорогу в зарослях, он нарочно описывал петли и зигзаги, а дважды даже опускался на колени и проползал под свисающими к земле ветвями, прежде чем снова взяться за мачете. Он не хотел, чтобы свежие следы привели нежданных гостей к его убежищу. Вблизи архипелага Флорида-Кис несколько раз всплывали немецкие подлодки, Джей-Ти вовсе не улыбалось проснуться среди ночи, почувствовав холодное прикосновение штыка к горлу.
Солнце уже клонилось к закату, когда он перенес все свое имущество по извилистой тропинке к ручью. Достав из вещмешка веревочную швабру, он в одних шортах, в ботинках и с ножом на поясе вернулся на берег. Там он скинул ботинки и неспешно вошел в теплую воду.
– Славное местечко, – одобрительно проворчал он, вспоминая холодные воды залива Мэн, где прошло его детство.
Войдя в воду по грудь, он нырнул и легко проплыл под водой к остову потопленного судна – черной громадине, слегка выступавшей над поверхностью моря. Мелководье вблизи Ки-Уэст было усеяно такими вот обломками затонувших кораблей, следами жестокой, разрушительной войны. Под водой было темно, но Джей-Ти различил во мраке сгусток черноты – силуэт мертвого судна. Он сунул швабру в дыру в проржавевшем корпусе корабля и покрутил. Потом осторожно вытащил вместе с четырьмя омарами, запутавшимися в веревках. Один омар успел сорваться и ускользнуть, прежде чем ныряльщик выбрался на берег, зато трех других удалось благополучно вытащить из воды. Джей-Ти быстро проткнул им клешни и понес свою добычу по тропинке к ручью.