Нелюбимая

Он смеется, мы прощаемся. Отбрасываю телефон на кресло, стягиваю с себя футболку и уверенным шагом направляюсь в ванную. Сегодня я точно закончу то, что начал. Распахиваю дверь и тут же закрываю ее за собой, оказавшись в ванной. Сбрасываю с себя одежду и, сверля Тамилу взглядом через стекло душевой кабинки, иду к ней. Она тяжело сглатывает, но даже не пытается прикрыться, видимо, понимая, что все бесполезно. Захожу за перегородку и нависаю над Тами, заставляя ее вжиматься спиной в кафель, упираюсь руками в прохладную поверхность по обеим сторонам от ее головы.
– Ром, не надо, – тихо просит она.
Сопротивление слабое, едва различимое. Этой фразой она как будто уговаривает себя, не меня. А меня ломает. Я сдерживаюсь, чтобы не начать скрипеть зубами от неутоленного желания. Хочу. Не ее, не Ленку. Просто хочу. Ладно, и Тами хочу немного. Ни один физически здоровый мужик не сможет просто так изо дня в день находиться рядом с красивой девушкой и не хотеть ее. Это против физиологии и всех законов природы, потому что Тамила чертовски сексуальная, и испытывать к ней желание – вполне ожидаемый результат нашего взаимодействия.
Приближаюсь еще на несколько сантиметров, своим присутствием вжимая ее в стену.
– Точно не надо? – спрашиваю хрипло. – Подумай хорошо.
– Мне кажется, если ты ко мне прикоснешься, я получу удовольствие, но потом буду съедать себя за это.
– А если не прикоснусь?
– Мы сделаем вид, что ничего не было.
Ее голос дрожит, выдавая волнение и возбуждение. Она тоже хочет, но пока еще не готова. Скажем, не готова к полноценному контакту, но поиграть мы точно можем, я уверен. Снимаю со стены гибкий душ, опускаю его вниз и переключаю на массажный режим. Навожу на свое бедро, чтобы понять силу воздействия. Струи бьют довольно сильно, но мягко, нет эффекта иголок. Перевожу на бедро Тамилы, и она вздрагивает от первого контакта, а потом расслабляется, насколько может в этой ситуации. Медленно веду струей по ее телу. Очерчиваю бедро, в которое хочется вцепиться пальцами, провожу по животу до груди, обрисовываю нижнюю часть соблазнительных полушарий, а потом снова веду вниз. Тамила дрожит, ей нравится, я вижу это по ее затуманенному потемневшему взгляду. Но она ни за что не признается в этом не то что мне, даже себе.
Когда струя касается чувствительного местечка между ее ног, Тами судорожно выдыхает и сводит бедра вместе.
– Шире, – командую я, склонившись к ее уху. – Поставь ноги шире, – повторяю, потому что она словно превратилась в каменное изваяние.
– Рома…
– Тише. Просто сделай, как я говорю. Тебе нужна разрядка. Позволь мне помочь тебе. Обещаю не прикасаться. Ты доверяешь мне?
– Тебе – да, себе – нет.
Я понимаю, о чем она говорит. О том, что может захотеть большего, что не сдержится и попросит трахнуть ее. Так и будет, но не сегодня. Она уже хочет, но пока еще не готова. А я не смогу надавить, понимая, что это может ее сломать. Поэтому сбавляю обороты и даже слегка даю заднюю, оставляя ей право на выбор. Струя кочует по животу от одного бедра к другому, пока я жду ее решения. Я все еще склонен к ее уху, но взгляд не отрывается от нижней части ее тела, пока я мысленно уговариваю ее согласиться. Мне нужна новая картинка, чтобы подрочить в душе после того, как из него выйдет Тами. Если она не согласится, я снова буду испытывать боль и ненависть к себе, когда передерну с мыслями о Лене. Не хочу больше так. Мне нужно освобождение, а не изнасилование собственного мозга.
Наконец я облегченно выдыхаю, когда вижу, как Тамила медленно расставляет ноги, давая мне зеленый свет. Я отстраняюсь от нее, и теперь не свожу взгляда с ее промежности, по которой ритмичными струями бьет вода. Нежные лепестки нижних губ припухли и покраснели. Мой член дергается от желания заменить душ и потереться о чувствительное местечко. Хочу, чтобы он стал причиной протяжного стона, вырвавшегося изо рта Тамилы. Периодически она поднимается на носочки, словно избегая контакта с водой, видимо, когда становится совсем сложно терпеть. Но потом расслабляется, сдавшись под напором доставляемого ей удовольствия. Я жадно слежу за ее лицом. Веки сомкнуты, ресницы трепещут. Тамила кусает губы и хватает ртом воздух. Мое сердце колотится как ненормальное, тело потряхивает от эмоций, которые я жру, словно ненасытное животное. Каждую малейшую эмоцию просто заталкиваю к себе в голову, запоминаю, фиксирую в памяти каждое изменение на лице жены, чтобы потом, словно грязный извращенец, крутить это на повторе в своем воображении и использовать для самых непристойных жестов.
 
Я едва сдерживаюсь, чтобы не обхватить член рукой и не кончить вместе с Тамилой. Но понимаю, что тогда я не смогу сосредоточиться на ее удовольствии, а я этого безумно хочу. Видеть, как она срывается в пропасть, ловить ее эмоции, смотреть в перекошенное удовольствием лицо. Перед самым пиком Тамила вцепляется пальцами в мое предплечье, пытаясь оттолкнуть руку, приносящую удовольствие, но я сильнее. Перехватываю ее за запястья и поднимаю над головой, впечатывая в кафель. Приближаю свое лицо к ее, жадно поглощая каждую черту взглядом.
– Давай, моя горячая девочка, кончай, – сипло приказываю я, ожидая, что она тут же разлетится на осколки, но этого не происходит.
Я хмурюсь, отвожу душ немного дальше, чтобы усилить напор. Тамила дрожит, но все равно ничего не происходит.
– Ром, я не могу… не могу…
– Что? Расскажи мне.
– Не могу так кончить, – хныкая, произносит она.
– В каком смысле? – я реально туго соображаю.
– В смысле я никогда… у меня не получается…
Я коварно улыбаюсь. Своей фразой Тамила пробудила во мне инстинкт. Дикое желание стать первым, кто подарит ей такое удовольствие. Отпустив запястья Тами, я опускаюсь перед ней на колени и внимательно рассматриваю то место, которое нещадно долбит напор воды. Мне нравится, как она выглядит с этого ракурса. Я сглатываю скопившуюся слюну и уговариваю себя не делать то, что сейчас больше всего хочется. Не убирать воду, не вдыхать ее запах, не вылизывать, не пробовать на вкус, даже губами не касаться. Вместо этого я поднимаю голову, чтобы посмотреть на Тами, и встречаюсь с ее пьяным от удовольствия взглядом. Значит, ей нравится, просто она не может? Что ж, это вызов, который я с удовольствием принимаю. Меняю угол так, чтобы теперь вода лилась сверху, делаю немного меньше напор. Попробуем зайти с другой стороны.
– Раскрой губки, – прошу я. Тами смотрит на меня вопросительно, ее щеки вспыхивают. Я киваю на ее промежность. – Давай.
Тамила нерешительно выполняет мою просьбу, и я перевожу взгляд вниз, любуясь красотой, которую она раскрыла передо мной. Начинаю кружить напором, выискивая самое чувствительное место и, как только Тами дергается, я удовлетворенно улыбаюсь. Бинго! У меня уходит буквально пара минут на то, чтобы довести ее до пика. Моя жена вздрагивает всем телом и с протяжным стоном содрогается, накрывая свою промежность ладонью и не давая мне воздействовать на нее водой. Она трясется и из ее глаз льются слезы, прочерчивая дорожки на щеках. Я отбрасываю душ в сторону и встаю. Притягиваю Тамилу к себе и обнимаю. Не похоже, чтобы она сожалела, но что-то вызывает в ней желание плакать, и я хочу знать, что именно. Если я сейчас не дам ей утешения, она сбежит, я чувствую это каким-то шестым чувством.
– Тише, маленькая, все хорошо, – успокаиваю я, поглаживая ее по волосам.
Она плачет всего несколько секунд, что для меня удивительно, потому что я еще никогда не видел, чтобы женщина так быстро успокаивалась. Тамила поднимает голову и целует меня в щеку.
– Спасибо, – тихо шепчет она мне на ухо.
– Ты благодаришь меня за оргазм? – удивляюсь я, и снова вижу на ее щеках румянец.
– За то, что не бросил эту затею.
– Ладно, мы еще это обсудим, – отвечаю я, целуя ее в висок. – Ты успела помыться?
– Нет.
– Тогда давай сделаем это.
– А ты? – она выразительно кивает на мой пах.
– Всему свое время, – отвечаю я и передаю Тамиле мочалку.