Секрет эльфийской принцессы
В стене открылся продолговатый просвет, через который проникало мерцающее сияние. Лиа двинулась к нему, но тут Мерла вцепилась в её руку.
Дикарка дрожала так, будто превратилась в косматый комок нервов.
– Я не хочу туда заходить, – прошептала она.
– Но почему? – удивилась Лиа.
– У меня сердцебиение, удушье, да ещё ладони вспотели, – перечислила Мерла. – В таком состоянии мне лучше не ходить на бал. Гоблин может отвезти меня назад, и я просто пораньше лягу спать.
Мерла попыталась сбежать, но Лиа удержала её:
– Отчего ты так волнуешься?
– Вообще-то наш дикий народ не ходит в школы. Скорее всего, там все станут на меня глазеть. Это будет ужасно, – из последних сил выдохнула Мерла.
– Никто не будет на тебя глазеть, – с раздражением вмешалась Серафина. – В бальном зале собираются все ученики и учителя «Источника». Там просто чересчур много эльфов для того, чтобы кто-то выделялся. Даже наша принцесса затеряется в толпе, разве что она поступит как её старший брат и взорвёт праздничный стол.
«Так вот что натворил Дориэнт», – подумала Лиа. А вслух сказала:
– Не волнуйтесь, большой фейерверк я приберегу для следующего раза.
– Ну что, мы готовы? Я намереваюсь поразвлечься на всю ромашку, – Фло выпрямилась в воздухе во весь свой рост.
– Готовы, – решительно сказала Лиа и сжала руку Мерлы, потную, но, как ни странно, совершенно лишённую шерсти.
Четыре девочки-эльфийки прошмыгнули через проём и очутились перед огромными створчатыми дверями.
– Это прославленные Зеркальные Двери, – объяснила Серафина. – Их сотворили владычицы волн на мысе Нордкап ещё в те времена, когда все ундины учились в «Источнике».
Зеркальные Двери выглядели как отполированный лёд, поверх которого разводами нанесли жидкое серебро. В толще двери просматривались серебряные прожилки. Лёд оказался очень толст: хотя он и просвечивал, всё равно невозможно было разглядеть, что находится по ту сторону дверей. И более того, оттуда не доносилось ни звука, а ведь за дверями шёл шумный праздник.
Любуясь этими дверями, Лиа разглядела на их гладкой поверхности отражение девочки с широко распахнутыми глазами, что лучились как синие бриллианты. Лишь секунду спустя она осознала, что это её собственное лицо – или, точнее, то лицо, с которым она разгуливала сейчас. Ещё некоторое время она привыкала к этой мысли. Интересно, что бы сказала мама о подобной авантюре? Возможно, что-то вроде: «Какая-то чепуха! Ты, наверное, слишком долго просидела на солнце». Но при этом она обрадовалась бы, что у Лиа появилась возможность познакомиться поближе с какими-нибудь девочками, пусть даже и не совсем по своей воле. «Ты сможешь стать очень хорошей подругой», – всегда говорила Андреа Дорнмайер. Но какой смысл связываться с другими девчонками, если всё равно скоро переезжать, ведь у мамы здесь только временный контракт.
Пока Лиа пребывала в раздумьях, в её поле зрения появились четверо берестяных рыцарей. Были ли среди них те, что сопровождали их с Дориэнтом до «Источника», нельзя было понять, – все они выглядели одинаково, вплоть до последней мелкой детали. Они скрестили свои копья так, чтобы никому даже не пришло в голову прорваться между ними.
– Приветствуем вас, достойные жильцы комнаты «Ночной полёт», – берестяные рыцари вновь говорили хором, словно это был один человек. От слаженного звучания четырёх голосов у Лиа по коже побежали мурашки. – Прежде чем мы позволим вам войти, нужно уладить ещё одно дело.
– Мы невероятно сожалеем, что опоздали. Это моя вина, – вырвалось у Лиа. – Как я могу её искупить?
Но стражи не обратили на неё никакого внимания. Вместо того четыре пары серых глаз нацелились на Фло, и щёки пикси слегка зарделись, а затем она скорчила своенравную гримасу.
– Доспехи и меч ни к чему на празднике, – объявили стражи. – Позвольте вас попросить… – и все четверо протянули свои руки в латных рукавицах.
Фло картинно скрестила руки на груди:
– Валькирия никогда и ни при каких обстоятельствах не расстаётся со своим оружием.
– В таком случае мы не можем пропустить вас.
– Правильно ли я понимаю, – осведомилась Лиа, – что мы говорим о паре лепестков маргаритки и о клинке из шипа акации, который не так уж колется? Смотрите, – и в качестве доказательства она показала тот самый палец, который уже познакомился с оружием Фло, – этот укол даже толком разглядеть невозможно.
– Ты атаковала кого-то своим мечом? – в голосах стражей прозвучал нешуточный ужас.
– Да не атаковала, просто уколола, – возразила Лиа. – Почти не больно.
– Нет, не просто. В конце концов, должна же я была защитить свою честь, – заявила Фло, гордо расправив плечи.
Лиа захотелось настучать себе по лбу. Хотела помочь, а сделала всё только хуже. Своей болтовнёй она может испортить им всем первый же день в «Источнике».
Однако до этого не дошло. Внезапно повеяло холодным ночным воздухом, отчего стражи поёжились, а Фло затрепетала в воздухе.
Серебристые клочья тумана окутали девочек, клубясь и завиваясь, подобно причудливым щупальцам, и раздался звон, будто в отдалении зазвучал крохотный колокольчик.
– Это госпожа Маб Ночтайн, – выдохнула Мерла. – Вот это появление, вот это да!
Серафина и Лиа обменялись вопросительными взглядами и обернулись.
Позади них из облака тумана выступила фигура, которую и впрямь можно было назвать только госпожой, потому что она внушала такое благоговение, что ни о чём другом нельзя было и помыслить. Госпожа Ночтайн принадлежала к тем редким личностям, перед которыми невольно хочется сделать книксен. Она была ошеломительно хороша особенной, причудливой красотой. У госпожи Ночтайн был только один глаз (другой скрывала повязка), орлиный нос с горбинкой и дымчато-серые волосы, которые возвышались над головой, как башня, и были переплетены множеством нитей жемчуга. Её фигура выглядела одновременно стройной и мощной, насколько позволял судить её наряд из матовой чёрной ткани, расшитый перьями ворона и бисером. Её руки были в длинных тугих перчатках, однако фиолетовые острые ногти выглядывали наружу.
Лиа не знала, страшиться ей или восторгаться. В любом случае впечатление было сильным.
– А кто она такая? – шёпотом спросила девочка.
– Самая прославленная учительница «Источника», она преподаёт потрясающе увлекательный предмет – Искусство Сокрытия и Разоблачения. Горяча как лава, зажигает что надо, – голос Мерлы звучал не громче слабого писка.
– Знаю, знаю, достойные стражи, я запоздала, – признала госпожа Маб Ночтайн приятным низким голосом. – Однако у Западных врат возникли беспорядки – сюда пытались проникнуть несколько тёмных леших. И вижу, что я не единственная опоздавшая. Позвольте спросить, отчего эти девочки стоят здесь под дверями, а не веселятся в зале?