Шесть алых журавлей

«Помните те времена, когда она только прибыла во дворец? – спросила я. – Райкама любила нас как родных детей. Помнишь, как она убедила отца купить тебе жеребца, которого ты хотел, Андахай? А ты, Вандэй, помнишь, как она помогла нам соорудить нашего лучшего воздушного змея? Мы любили ее».
Братья смущенно переминались, а вот Рэйдзи пнул снег. Его клюв был острее, чем у других журавлей, и теперь сердито распахнулся. Мне даже помощь Кики не требовалась, чтобы понять суть его тирады:
«Разумеется, любили – она околдовала нас! После стольких месяцев ты вдруг поверила, что наша мачеха добрая? Кията разваливается, и я готов поспорить, что Райкама как-то связана с этим».
Братья согласно захлопали крыльями.
«Даже если так… – я сокрушенно опустила руки на колени. Их мнение ничто не изменит. – Подумайте об этом. Пожалуйста».
Мой халат намок от снега, колени обожгло холодом. Я начала вставать, как вдруг плечи окутал тяжелый плащ.
– А ты шустрая, Лина, – сказал Таккан.
Позади заржал Адмирал, привязанный к дереву. Таккан показал на журавлей и виновато склонил голову. Затем настороженно подошел к ним, и я кивнула братьям в знак того, что ему можно доверять. Однако Рэйдзи все равно щелкал клювом… пока Андахай не оттянул его за крыло.
– Здесь только я, – тихо произнес Таккан. – Я отправил остальных домой. Охота окончена.
Он присел, чтобы обмотать крыло Хасё знаменем своей семьи.
– Мы никогда не видели журавлей в это время года, в противном случае мы бы не…
Я опустила руку на его плечо.
Бэнкай внимательно рассматривал нас с Такканом. Я в точности понимала, о чем он думал: «Неужели это…»
«Таккан, твой жених?» – озвучила его мысли Кики из рукава.
Вечно веселый Ётан игриво кинул в меня снегом.
«Осмелюсь предположить, что он тебе все же понравился?»
Бумажная птичка чрезмерно наслаждалась ситуацией. Она насмешливо передала слова Хасё:
«Кажется, я помню, как ты говорила отцу, что на севере живут только монстры».
Я быстро убрала руку с плеча Таккана, словно ее обожгло огнем. Братья рассмеялись, заклекотав, и мне захотелось выщипать им все перья.
«Он просто друг», – сообщила я, покрутив запястьем.
«И, похоже, очень хороший друг, раз поскакал за девушкой с горшком на голове», – передала Кики слова Рэйдзи.
Птичка хихикнула в моем рукаве, и я сердито сощурилась.
«Да, он отличный друг».
Андахай, единственный сохранявший хладнокровие, вышел вперед. Мне не нужна была помощь Кики, чтобы понять его слова:
«Тогда быстро прощайся с ним. Раз уж ты здесь и сеть у тебя, не вижу смысла затягивать с твоим возвращением».
Губы Таккана расплылись в улыбке.
– Шесть журавлей… Прямо как те, которых ты сложила. – Он заметил, как братья оберегали меня. – Они тебя знают.
Хорошо, что отвечать нельзя. В горле встал комок – я не была готова попрощаться.
– Что такое, Лина? Ты выглядишь грустной.
Мне и вправду было грустно покидать это место. Покидать Таккана. Грустнее, чем я ожидала.
Его плащ тяжело давил мне на плечи. Я начала снимать его, как вдруг Таккан подошел ближе.
– Мама уже рассказала тебе новости?
Я покачала головой. Сколько еще новостей свалится сегодня на мою голову? «Что случилось?»
Он пристально на меня посмотрел.
– Лорд Юдзи убил аландийского кагана и похитил его чародея. Теперь Волк подчиняется ему, и он собирает армию, чтобы захватить Гиндару.
От изумления у меня сдавило грудь, и с пару секунд я не могла дышать. Братья заклекотали неразличимым хором и окружили меня, перекрикивая друг друга.
Таккан с любопытством наблюдал за нами, наморщив лоб, но свои мысли никоим образом не выдавал.
– Я должен сегодня же покинуть замок.
Мои губы крепко поджались. «Сегодня?»
– Да, во время фестиваля. Так я привлеку меньше внимания. Ты выглядишь испуганной, Лина. Не волнуйся, я не прощаюсь.
А вот я – да. Нам с братьями пора отчалить.
Я попятилась, утопая пятками в снегу. Прощальные слова все не шли. «Я… Я должна…»
Андахай вскрикнул и подтолкнул меня к Таккану. «Иди на фестиваль, – показал он. – Иди, иди!»
Я удивленно покосилась на него. Из всех братьев от Андахая я меньше всего ждала сочувствия.
«Они говорят, что Хасё нужно передохнуть, – перевела Кики, в то время как Бэнкай махнул крылом, тем самым дав мне свое благословение. – От того, что вы задержитесь в крепости на пару часов, вреда не будет. Кроме того, если новости Таккана о лорде Юдзи верны, им нужно время, чтобы тщательнее продумать свое возвращение».
Андахай вышел вперед, и Кики передала его инструкции из рукава:
«Встреться с нами после того, как Таккан Бусиан уедет».
Я пообещала, что так и поступлю. С дрожью в сердце обняла братьев и повернулась к Таккану. Он смотрел на нас с любопытством, но ничего не сказал, честно сдержав обещание не расспрашивать о моем прошлом.
«Они мне дороги, – объяснила я, показав на улетающих журавлей, и прижала руки к груди. – Это мои братья».
Направляясь с Такканом обратно в замок, я гадала, как много он понял.
 
Глава тридцать третья
Я нарядилась в свой лучший халат – алый, с вышитыми на нем пионами и зимородками – и натянула самые теплые перчатки. Не считая горшочка на голове, мой вид почти соответствовал принцессе.
Затем накинула сумку на плечо, чем еще больше подпортила общую картину. Вся в царапинах, сморщенная от влаги, она лишала любого намека на элегантность. О чем сразу же сообщила Зайрэна, как только встретила меня на ступеньках замка.
Девушка сморщила нос.
– Тебе обязательно повсюду таскаться с этой сумкой?
В любой другой ситуации я бы оставила ее в покоях, дабы избежать подобных вопросов. Но после фестиваля я уйду, и времени на то, чтобы вернуться в замок, не будет.
Я пожала плечами и положила внутрь шарф, словно это все объясняло.
Зайрэна цокнула языком. Сегодня, вместо траурного облачения, на ней было светло-индиговое платье с розовым нижним халатом, что прекрасно сочетался с поясом и манжетами. Плечи облекали лисьи меха, из-под расклешенных рукавов выглядывали перчатки цвета слоновой кости. Она подняла фонарик, осветив мою сумку.
– Вот, возьми его. – Зайрэна протянула элегантный шелковый мешочек того же оттенка, что и мой халат, с узорчатой золотой вышивкой на блестящей ткани. – Полно тебе ходить как серая мышка. Хотя бы примерь!