Хозяева джиннов
Он сглотнул, и Асим набычился еще сильнее.
– Почему бы тебе не принести пользу. Сбегай на кухню и принеси мне кофе.
– Кофе? – пролепетал юноша.
– Кофе, – повторил Асим. – Не знаешь, что это такое? Мне нужно тебе объяснить? Может, начать рассказывать его историю? Нет? Тогда почему ты до сих пор здесь? Ялла! [14]
Слегка спотыкаясь, юный полицейский заторопился прочь.
– Ты слишком этим наслаждаешься, – обвинила Фатима.
Губы Асима сложились в ухмылку.
– Знаешь, что забавно? Я даже не люблю кофе. На вкус, как обмывки. Зато я очень люблю обламывать новых рекрутов. – Он повернулся к Фатиме. – Добрый вечер, агент. Выглядишь очень, – он обвел взглядом ее костюм, – по-английски.
– Это американский костюм. Из Нью-Йорка.
– Не верю, что это место существует.
Она скорчила рожицу.
– Ну и дело у тебя здесь.
Асим почесал выбритый подбородок.
– Ты еще худшего не видела. – Он поманил ее за собой. – Надеюсь, мы тебя не разбудили. Но я решил, что стоит позвонить в министерство.
– И, конечно, ты попросил лично меня?
– Конечно. Я знаю, как сильно ты любишь сложные случаи.
– Знаешь, у меня ведь есть личная жизнь.
– В это я тоже ни на мгновение не поверю, – покачал он головой.
– Ну хотя бы в курс меня введи.
– Нам позвонили где-то ближе к десяти, – начал Асим. – Ночной дворецкий имения.
– Хамза. Встречала.
– Мужик был в панике. Зашел в зал и обнаружил тела. Звонил в каждое отделение, какое нашел, и орал об убийствах. Большинство здесь из полиции Гизы. Но они обратились за помощью в Каир. Мы приехали и нашли все это.
Они остановились у ряда белых простыней, пахнущих гарью. Или то были полицейские, которые собрались вокруг и дымили сигаретами «Нефертари»? Увидев инспектора, они спешно попрятали коричневые палочки. Асим терпеть не мог, когда курили на его месте преступления.
– Двадцать четыре трупа, – проинформировал он, отводя злобный взгляд от сотрудников. – Все сожжены до смерти, – добавил инспектор. – Я надеялся, если их накрыть, запах ослабеет.
– Ты позвонил в министерство из-за огня? – Но стоило словам покинуть губы Фатимы, как она заметила очевидное. Никаких подпалин. На самом деле нигде не было следов обгорания.
Асим протянул платок.
– Тебе пригодится. Под простынями воняет, как горелые волосы.
Фатима присела рядом с ним на одно колено, и он отбросил покрывало. Даже с прижатым к носу платком вонь была сильной. Обожженный труп выглядел как обугленное дерево, почерневшая голова с опустевшими глазницами, из которых поднимался дымок. Кем бы он ни был, он умер с криком – в распахнутом рту виднелись закопченные зубы и пятнышки золотых пломб. Однако, что привлекало внимание, это его наряд: длинная черная мантия поверх темно-серого костюма с белыми перчатками и черной феской, все еще на голове, – и все это неповрежденное.
– Сгорела только плоть, – пробормотала она.
– Очень необычно для огня, как думаешь? – спросил Асим.
Фатима слушала вполуха, ее мозг перебирал различные контролируемые возгорания магического и алхимического происхождения: огни, способные плавить сталь, приставать к поверхностям, подобно маслу, или даже принимать форму зверей. Огни, поглощающие плоть, но оставляющие одежду нетронутой? Это что-то новенькое. Достав пару министерских спектральных очков, она надела покрытый медью прибор и всмотрелась в тело сквозь круглые зеленые линзы. Магия была повсюду. Не только на одежде. Она покрывала труп тусклым, люминесцентным осадком.
– Они все такие? – спросила Фатима, снимая очки.
– Все до последнего. Ну, кроме нашего друга здесь. – Асим указал на труп, лежащий в стороне от остальных. Когда с него стянули простыню, открывшееся тело оказалось в той же незапятнанной одежде. Но что-то с ним было не так. Понадобилось мгновение, чтобы понять.
– У него голова в обратную сторону, – заметила она, не сумев удержать оторопь в голосе.
– Не каждый день такое видишь, так ведь? Мы тоже удивились, пока его не перевернули.
Фатима наклонилась, чтобы рассмотреть странное тело.
– Его лицо. Он не кричал. Умер не от огня. Это случилось до возгорания.
– Ты представляешь, сколько нужно силы, чтобы такое сделать с человеческим телом?
– Не могу сказать, что много об этом думала. Но могу предположить, что требуется нечеловеческая сила?
Асим вздохнул.
– Когда мой дедушка был полицейским, самое большее, о чем ему приходилось переживать – это карманники. Мошенники, которые пытались избить рыночного инспектора. В самые оживленные дни мог попасться фальшивомонетчик. А что у меня? Сожженные магией тела и нечеловеческие убийцы.
– Это больше не Каир твоего дедушки, – парировала Фатима.
– Спасибо, Джахиз, – пробурчал Асим.
Фатима встала, глядя мимо накрытых тел, чтобы осмотреть сам зал. Она впервые обратила внимание на потолок, с его вогнутой поверхностью, напоминающей медовые соты. Мукарны. Персидский стиль. Синие стены с повторяющимися золотыми и зелеными цветами тоже были персидскими – но с налетом Андалузии и с арабской каллиграфией. Выстроившиеся по бокам колонны были марокканскими и с аятами из Корана. Мешанина, как и весь остальной дом.
На стенах тоже размещались предметы под стеклянными ящиками. Она заметила книгу, детали одежды и не только. Позади висел белый флаг. Две пирамиды на нем смыкались в шестиконечную звезду с окруженным семью малыми звездами всевидящим глазом в центре. В каждом углу гексаграммы помещался знак зодиака с солнечным диском слева и полной луной справа. Странный коллаж окружал огненный змей, пожирающий свой хвост. Ниже располагался золотой скимитар над перевернутым рогами вниз полумесяцем. Ее глаза вернулись к черной феске, которая оставалась на голове мертвеца со свернутой шеей, на ней были те же золотой меч и полумесяц.
– Что это за место? – спросила она. – Кто эти люди?
Асим пожал плечами.
– Может, какой-то культ? Знаешь, как окциденталисты [15] любили наряжаться и притворяться древними мистиками. Орден того… Братство сего… – Он проводил ее до стола в форме полумесяца в задней части комнаты, за которым находились остальные тела. Часть из них остались, где сидели. Другие лежали на полу. Асим остановился у центра стола, сдергивая покрывало, под которым скрывалась сидящая фигура в пурпурной мантии.