Сахарный череп

Но я как раз просто смотрела в одну точку, потому что откуда-то сверху доносились странные звуки. Или мне это кажется?
Чочу приблизился ко мне и тоже прислушался.
– Что происходит? – напряженно спросил Максимон.
И тут же нас оглушил звон разбившегося стекла.
Мы переглянулись и рванули наверх.
Было не до разговоров. Чочу несся сзади и отчаянно матерился. Заворачивал такие конструкции, что позавидовали бы все прибывшие из столицы строители.
Картина на чердаке…
Я шумно выдохнула. Зеркало стоит на месте. Но часть гладкой поверхности осыпалась грудой неаккуратных осколков прямо на пол.
Максимон нахмурился:
– Это что у нас тут?
«Это артефакт… неведомо как оказавшийся в моем шкафу, знающий немного больше, чем может показаться с первого раза и… и полная сволочь», – подумала я.
В том, что произошло что-то не слишком хорошее, даже не было сомнений.
– Зеркало, – озвучила я очевидное.
Максимон бросил на меня такой взгляд, что впору опустить глаза и рассказать правду. Только то, что в темной поверхности внутри золотой рамы показалась часть физиономии Яяухкуи, и спасло меня.
– Кхе-кхе, боги сегодня милостивы, – произнес он. – Сам Отец Земной. Какая честь!
Несколько мгновений Максимон смотрел на него округлившимися глазами. Ого, для него тоже сюрприз. Как и для Тиоша.
Яяухкуи посмотрел на меня:
– Почему все твои мужчины такие невежливые?
– Они не мои! – возмутилась я.
Максимон решительно шагнул к зеркалу, оценил увиденное.
– Кто?
Всего одно слово, а уже как-то неуютно.
– Ты же сам знаешь, – донесся ответ.
И странное шуршание.
Я чуть нахмурилась, пытаясь понять, о чем речь. Максимон сложил руки на груди, буквально сверля собеседника взглядом:
– Что ты прячешь?
– Хочешь, покажу?
– Извращенец.
Яяухкуи загадочно улыбнулся.
– Где Тиош?! – наконец-то не выдержала я.
– О, прекрасная сеньорита, – тут же мягко ответил он, – мои драгоценные создатели были так любезны, что пригласили его в гости. Не стоит переживать, все будет хорошо и…
Я сама не поняла, как ухватила первую попавшуюся под руку вещь. Это оказался старый цветочный горшок. Почему-то внутри вспыхнул гнев.
Максимон в доли секунды оказался рядом и перехватил мое запястье.
– Тише, Роза.
Яяухкуи только фыркнул:
– Я ошибся, беда с воспитанием не только у мужчин этого дома.
А дальше все завертелось калейдоскопом. Максимон пытался вытрясти из черной курящей сволочи, куда подевался Тиош.
Ответы были витиеватыми, не очень цензурными, но, в целом, весьма понятными. Пока создатели не решат все свои вопросы с Тиошем, сюда он не вернется. Нет, Яяухкуи путями не владеет, он может только помочь перекинуть человека из одного места в другое.
В какой-то момент, осознав, что мы в тупике, я буквально сползла вниз по стенке и прикрыла глаза. Как хочется спать…
В какой-то момент стало тихо. О, прекратили спорить… По крайней мере Яяухкуи дал ясно понять, что Тиошу ничего не грозит. Выпороть бы этого Тиоша. И зеркало. И… боги, какие извращенные мысли!
После этого я позорно отрубилась.
И проснулась только на рассвете, обнаружив себя на кровати. Одетая и заботливо прикрытая пледом.
Кто?
Память услужливо подкинула пару обрывков воспоминаний. Максимон, который был настолько любезен, что не оставил меня валяться на чердаке. Спасибо, прекрасный сеньор.
Голова нещадно раскалывалась. Я провела ладонями по лицу и сжала виски.
Надо было соображать, но мозг не справлялся с поставленной задачей. Поэтому пришлось стащить с себя всю одежду и направиться в душ. Холодный.
После него и горячего, как объятия темнокожих красавцев вугу, кофе мыслить получалось лучше.
Тиош.
Карнавал Мертвых.
Максимон.
Именно в таком порядке.
Сегодня на Карнавале будут все, это событие для всего Оутля. В каждом городе проходит свой карнавал, такое не пропускают.
Я отыщу Алехандро. Он сможет помочь. А потом стоит найти Таонгу. Ведь если он хотел поговорить с Тиошем, значит, что-то знает.
Чочу все утро молчал. На него это было жутко не похоже.
Все попытки вывести на разговор оборачивались провалом. Ладно, созреет – сам скажет.
Хорошенько подумав, я быстро собралась и отправилась в храм Муэрте-Катрины. Карнавальная кутерьма начнется, когда стемнеет. Пока еще есть немного времени.
В храме царил полумрак.
Смешались ароматы смолы, перца и жженого сахара.
– Помоги, прекрасная, защити, подскажи. Направь свою дочь. Помоги уберечь подаренное твоею рукой. Сохранить новую жизнь для Оутля.
И пусть Тиош не был чем-то «новым» для этого мира, если воспринимать его, как прошедшего через Пирамиды Мертвых, то… факт остается фактом. Тиош пришел оттуда же, откуда все подопечные.
Муэрте-Катрина никак не показала своего расположения, однако свечи в храме разгорелись куда ярче, чем в тот момент, когда я заходила.
Надеюсь, это хороший знак.
Домой я вернулась в приподнятом настроении.
И каково же было мое удивление, когда за несколько шагов до собственной двери столкнулась с сеньором Муррито. Местным разносчиком посылок.
– Доброго дня, сеньорита ди Муэртос. У меня для вас кое-что есть.
– Доброго-доброго, – кивнула я, чуть приподняв от удивления бровь. – Мне? Надеюсь, никто из клиенток не надумал вернуть мне купленное платье.
Муррито усмехнулся:
– Наговариваете. Вы – одна из лучших портних Чилама.
Через несколько минут Муррито уже удалялся, насвистывая веселую песенку. А в моих руках находился увесистый сверток, и почему-то при взгляде на него было очень не по себе.
***
Мне конкретно было не по себе.
Карнавал Мертвых расцветал всеми цветами радуги, кружил голову вином и дымом благовоний.
Люди смеялись.
– Поцелуй смерти! Кому поцелуй?!
– Долгий счет да возляжет на все ваши дни!
– Да благословит вас Муэрте-Катрина!
Жаркая ночь звенела смехом танцовщиц и струнами гитар на центральной площади Чилама. Глядела вниз драгоценной россыпью звезд, таяла во рту сахарным печеньем с глазурью, пахла травами и перцем. Разноцветные юбки кружились и взлетали, музыканты в сомбреро и нарядных костюмах играли задорную мелодию, привлекая к себе внимание всех местных.