Задание "Попадос"
– Нет. Ни миллиметр не стёрся.
Открыв бархатный футляр, он достаёт маску и сам на мне её завязывает, не потрепав причёску. После закрывает и свои глаза.
Не много не мало, но около полусотни гостей, точно имелось на этом скрытном торжестве. Зачем конкретно мы прибыли я не подозревала, а вот то, что будет на аукционе, я уже знала.
Глава 63Я взглянула на Сурдо в свете приглушённых тонов. Его брутальная небритость, таинственная маска и полностью чёрный костюм, вместе с чёрной рубашкой, делали из него властного Тёмного владыку на поприще странного места Багровых оттенков. Он подхватывает у официанта два бокала шампанского и протягивает один мне. Я не хочу больше пить, но растерявшись, беру напиток раньше, чем хочу выразить на счёт него своё нежелание.
– Ты же сказал, что с меня на сегодня хватит.
– Не пей. Просто делай вид, – усмехается он. – Чтобы не расстроить хозяина. И, милая, не называй меня по имени. Сегодня я мистер Инкогнито, – прошептал на ухо. Я покосилась на него в изумлении и чуть не прыснула со смеху, но Рэн был серьёзен. – Надеюсь, не нужно объяснять почему?
– А я, стало быть, «милая»?
– Очень милая, когда я касаюсь тебя, а ты стонешь.
Меня резко бросает в жар. Воспоминания проведённых ранее ночей всплывают и показывают меня со стороны как порочную и извращённую особу. Сама от себя в шоке, особенно от мысли, что хотелось бы вернуть тот самый момент на его столе в кабинете кампуса, когда моя невидимость дала сбой.
– О Трехликая, куда меня занесло? – говорю, как оказалось, вслух, на что Рэн напоминает, где мы. Нет, мне определённо надо выпить этот бокал, что я и делаю… залпом. Рэн смолчал на мои действия, но повторил тот же выпивательный манёвр. Поставив пустые бокалы на столик, он проводит меня в зал, где стоит много красных стульев. Люди и нелюди, со скрытыми лицами постепенно заполняют пространство. Рэн занял последний ряд два первых места, видимо, для того, чтобы первее улизнуть.
– Зачем мы здесь?
– А зачем люди посещают аукцион? – он присаживается рядом и кладёт мою руку к себе на колено ладонью вверх и начинает по ней водить. Мне немного щекотно от его действий. Я нахожу это забавным и приятным, отчего никак не могу скрыть улыбку, и это замечает пожилая особа проходящая мимо нас. Когда все расселись по местам, центральный свет выключился, а на сцене загорелся белый свет, указывающий на небольшой подиум, Похоже на него будут выставлять лот.
Никогда не была на таких мероприятиях, но что-то мне подсказывало, что это чёрный аукцион, незаконный. Возможно, тут сбывают украденные артефакты.
Заносят первый лот. Это ваза. Я внимательно слушаю и понимаю – подделка.
Хмыкаю себе под нос. Ощущения не обманешь.
– Продано даме в шляпе за один миллион золотых ореолов!
Может, стоит её предупредить? Нет, это не в моей компетенции, точнее, это не моя работа. Я не обязана заниматься поимкой организаторов нелегального аукциона. Смотрим дальше.
– Браслет древнего божества из храма Анунрас. Пятый век до нашей эры. Чистейшее золото, украшенное синскими сапфирами. Начальная цена один миллион золотых ореолов!
– Два миллиона!
– Два с половиной!
– Господин Инкогнито, да это же грабёж и шарлатанство, – прошептала, взглянув на Рэна, тот лишь улыбнулся краем губ, продолжая смотреть на сцену.
– Продано за десять миллионов золотых ореолов! Следующий лот картина Маломэдзи «Богиня красоты прячется в кустах».
Затыкаю внутреннюю хохотунью и кладу голову на плечо Рэна.
– Если так пойдёт и дальше, я с уверенностью скажу тебе, что в цирке должно быть интереснее, – шепчу Рэну, но он молчит и сосредоточенно смотрит на сцену.
– А следующий лот «охотник встречает Богиню в кустах»!
– У Маломедзи не было богини в кустах, – снова шепчу. – Была богиня на пьедестале.
– Откуда тебе знать? Ты интересуешься живописью?
– И историей.
– Продано за десять тысяч серебряных ореолов! Следующий лот..
В зал выносят прозрачную коробку, внутри которой опредёленно настоящий артефакт, потому что я чувствую его, а он охотно делится своей силой со мной. Я выпрямляюсь, чтобы разглядеть его. Невероятно!
– Свиток разгрома! Начальная цена пять миллионов золотых ореолов.
– Вот же олух.
– Что такое?
– Это свиток раздора. Пятый век. Он принадлежал жрицам до момента завоевания северного океана, – блещу своим умом.
– И откуда ты это знаешь?
Я поднимаю взгляд так, как чувствую его напряжение.
– Научная программа Си-си-би.
– Я и забыл что ты у меня ботаник.
– Продано за шесть миллионов золотых ореолов!
– Рэ..к – хм, мистер Инкогнито, это же незаконно. Ты хочешь что-то приобрести?
– Хм возможно.
– Следующий лот «Чёрное сердце Бога»!
Этот лот, так же как и предыдущий вносят в стеклянном кубе. На меня словно выливают ледяную воду. Артефакт мощный и судя по своей вибрации, он явно желает со мной познакомиться.
Ну где же ты моя прелесть…
Я напрягаюсь, сердцебиение увеличивается. Мне одновременно и страшно, и интересно, и желанно его взять в руки. Применить его так, как положено, хотя я понятия не имела как именно. Ведь Сердце Бога это был миф, сказки, впрочем, так же как и фолиант демонов, который я всё же ощутила у Рэна в доме. Похоже, что он коллекционер, но судить ещё рано. Я ничего такого не видела, а он ничего ещё мне не показал. Это всего лишь предположение, как и то, что он демон. Я неосознанно сжимаю руку Рэна. Кажется, меня потряхивает.
– Настоящий? – шепчет он, сжимая в ответ мою руку. – Что можешь о нём сказать?
– Настоящий, – подтверждаю, а больше и сказать нечего. Это же Сердце Бога.
Я наблюдаю за сидящими в зале. Нет ни одного, кто бы дёргался так же, как и я. Ни одна аура не сдаёт перебой в энергетическом потоке. Значит, я одна ведьма, чувствующая здесь подлинность здешних артефактов.
– Ты меня сюда как информатора прихватил? – доходит до меня вдруг.
– Что-то в этом роде.
– Ну ты и гад.
– Но этот гад тебе нравится, – он целует мою руку и улыбаясь смотрит на меня. Мы продолжаем наблюдать за происходящим. Минут десять некий инкогнито бился за сердце Бога.
– Проданно мистеру Икс за сто миллионов золотых ореолов!
– Сто миллионов, – выдохнула я. – Оно не должно достаться не пойми кому! Оно должно принадлежать народу, империи, – в душе ураган противоречий и море слёз. Моя прелесть, я ведь даже её не коснулась.