Перезагрузка времени
– Этого не случится. Эдем ― единственный астеполис, который не имеет централизованной утилизации мусора, ― пояснил курчавый оператор.
– Тогда мы потеряем другие астеполисы, ― настаивал начальник по безопасности.
– Если не заморозим дверцы мусоросборников, ― дополнил Макролис.
– Сэр, ― оператор обратился к Хантеру, ― перед открытием люка утилизируемый мусор обрабатывается реагентами, после чего слипшийся ком вылетает в межзвездное пространство, где его подцепляют космические дроны и забрасывают в долину Снеллиус 73. Когда шахта под давлением, необходимые процедуры провести не получится. Мусор разлетится по околоземной орбите и с большой вероятностью попадет на Землю.
– Мы не знаем, как быстро ксеновирус погибает в космическом пространстве, ― согласился Хантер. ― Отставить. Я отзываю приказ.
– Мы можем выкачать из сбросной шахты воздух в запасные резервуары и не допустить протечку ксеновируса через мусоросборники в незараженные астеполисы, тогда не придется ничего замораживать.
– Делайте! ― распорядился председатель.
Ждали. Дышали с осторожностью, будто от этого что-то зависело. Хантер ссутулился, словно его хлестали по спине палкой. Донкерман, блестящий от пота, стоял не шевелясь. Вымученное ожидание длилось не более часа.
– Доложите ситуацию, ― потребовал председатель.
– Сэр, мы вовремя перекрыли мусоросборные шлюзы, заражение остановилось на астеполисе Огле. Потерян научно-исследовательский центр, Вапс, Меркурий, Росс и Кеплер. Нулевая Точка и расположенная за ней производственная база не задеты.
– Сколько погибших?
– Одиннадцать тысяч, без учета тех, кто заперся в комнатах безопасности.
– Их уже не спасти. Сколько вместе с ними?
– Пятнадцать.
– Количество выживших?
– Чуть менее двух тысяч в Трапписте, примерно столько же в Глизе, в Эдеме почти четыре. Астеполис Церера был эвакуирован. Итого ― восемь тысяч.
– Восемь, ― повторил Хайлл, восемь тысяч человек замурованы под астероидной пустошью.
– Кеплер заморозили почем зря, ― пробубнил безопасник.
– Предлагаю подать сигнал бедствия, ― осторожно заговорил Стивен Макролис, ― спасательные корабли пристыкуются к аварийным шлюзам и тогда…
– Выходы, на которые вы так рассчитываете, прорубили первые колонисты. За две сотни лет поменялись не только стандарты, но и технологии стыковки. Мы запечатаны в «трюме» астероида на долгие дни, а может, недели, пока на Земле не построят стыковочные адаптеры. ― Хантер обернулся к остальным и повысил голос: ― Раненых обеспечить медицинским уходом, собрать все пищевые принтеры ― еда будет выдаваться пайками. С очисткой воды проблем не возникнет.
– Разрешите? ― вмешался донкерман.
– Что-то срочное? ― Хайлл откинул челку, оголив змеиное око. Если верить слухам, это было не к добру.
– Из-за моей халатности погибли люди, ― голос Юджина надломился. Сделав паузу, он продолжил: ― Прошу отстранить меня от занимаемой должности и арестовать. По моей вине вирус распространился через сбросную шахту. В экстренных случаях, как при герметизации астеполисов, компьютер думает, что вот-вот произойдет утечка, и автоматически заполняет воздухом мусоропровод, чтобы закачать его в терпящий бедствие сегмент и тем самым продлить возможность полномасштабной эвакуации. Я должен был учесть эту особенность и заблокировать автоматику. Прошу отправить меня под трибунал.
– Нам всем туда дорога. СМИ обольют нас грязью, а мировая общественность заклеймит убийцами. Вопрос не в том, какими мы будем для общества, а в том, с какой совестью мы отправимся в тюрьму. Еще не поздно искупить часть вины в наших собственных глазах. Юджин Донахай, я не хочу лишать вас возможности держать ответ перед совестью, но и противиться не буду, если вы решите самоустраниться.
– В таком случае, сэр, приказывайте. Я в вашем распоряжении.
– Для начала, отдохните. Суровые испытания еще впереди.
Внимание председателя переключилось на пленника. В задубевшем от синтетического биогеля костюме, со слипшимися волосами, с меланхоличным выражением на мрачном лице, Ён сидел в углу, поджав колени, на которые положил голову.
– Почему известный физик в таком непотребном виде?
Задержанный поднялся, когда речь зашла о нем.
– Он застрелил человека, ― едким тоном пояснил адмирал, добавив подробностей: ― Потом вышвырнул беднягу из окна отеля, когда тот еще был жив. Жертва размозжила себе голову и застряла в козырьке. Преступнику показалось этого мало, и он вышел в холл, где целился в посетителей с детьми. Благодаря быстрому реагированию мы избежали огромного количества жертв.
Ён посчитал бессмысленным оспаривать версию Макролиса.
– Это был несчастный случай, ― заявил Хантер.
– Есть показания десятка свидетелей, ― не отступал Макролис. Безопасник долго мялся за спинами начальства, но его не привлекали к обсуждению вопроса.
– Полтора часа назад я заморозил живьем сотни людей и не считаю это преступлением, скорее ― необходимостью. Снимите с него наручники.
– Я в бегах от полиции Пусана, ― сознался Ён.
На физиономии Макролиса так и читалось: «Я предупреждал ― он опасный рецидивист».
– То-то на мой запрос пришел отказ, когда я потребовал тебя в свою команду. Занимался на работе разгребанием завала?
– Меня обвиняют в подрыве «Песочных часов».
Хантер перевел взгляд на операторов ― те засуетились.
– Ёна Нгуена разыскивают в связи с терактом в НИИ возрастания энтропии. Инспектор по охране труда на производстве, мистер Кси, представлен к повышению за быстрое раскрытие преступления, ― зачитывал курчавый мужчина досье на физика. ― Террористическая ячейка, состоящая из лиц нетрадиционной азиатской национальности с архаичными биологическими потребностями, была успешно ликвидирована. Ён Нгуен представлен к награде за неоценимый вклад и безупречную гражданскую позицию. Просим сообщить в правоохранительные органы его местонахождение для премирования за проявленную инициативу.
Хайлл внимательно поглядел на корейца.
– Ничего не понимаю, ― изумился тот.
– Мистер Нгуен, в розыске ты и шагу не ступил бы по Дэнкинсу. Невероятно, как тебе удалось долететь без билета ― твоих данных о прибытии нет в системе, ― но это не так важно. ― На мальчишеское лицо заползла каштановая прядь, придав взгляду загадочности. И все же вживую Хайлл Хантер выглядел менее притягательным, чем его отредактированный облик в новостных лентах. Медийная версия Хантера обладала командным духом, отливала простотой и улыбчивостью; от настоящего Хантера веяло подавляющей властностью. ― Освободите Нгуена! ― потребовал он.