Зазеркалье Нашей Реальности
– Он трус. Ему не выжить без меня. Он бесхребетный, слабохарактерный, даже физически слабый…
– Таким его сделала ваша семья!
Делинда отшатнулась. Она стиснула зубы до боли в деснах, но ее взгляд не выражал гнева. Отвращение, презрение и задетое достоинство – вот что мог увидеть Каспар. Но вместе с тем – боль, проступившая в блеске глаз.
– Да как ты смеешь говорить о моей семье, зная о ней лишь то, что видел и слышал? – спросила она устрашающим шепотом, задыхаясь от эмоций. – Даже Александр не знает всего. Ты просто жалкий телохранитель, и твоя выходка – предпоследняя капля. В следующий раз она станет решающей, и, поверь, я сделаю так, что ты не сможешь подойти к моему брату на пушечный выстрел. Ты даже не представляешь, как легко будет тебя заменить. А сейчас проваливай к Александру и позаботься, чтобы он к трем часам выглядел потрясающе перед своей будущей женой.
Каспар принадлежал к редкому виду людей, обладающих невероятным терпением. Однако в этот раз эта способность его подвела, и он покинул кабинет, хлопнув дверью с такой силой и грохотом, что страх, захлестнувший Делинду, обрушился на ее последнюю внутреннюю защитную стену, и та рухнула, заставляя скатиться по щеке слезу.
Громкие твердые шаги Каспара как бы предупреждали окружающих: «Я не в лучшем настроении», – но лицо его оставалось непроницаемым. Он постучал в двери комнаты принца и услышал разрешение войти. Александр сидел в кресле перед камином, в котором только разгорелись поленья. Плотные темно-бирюзовые шторы не пропускали в его покои ни одного солнечного луча.
– Чего вы желаете? – Каспар впился взглядом в принца.
– В каком смысле?
– Чего вы хотите прямо сейчас, но боитесь сделать?
На фоне большого кресла с высокой спинкой Александр терялся, и с болезненным теплом Каспар вновь увидел, насколько хрупок его хозяин. Тонкие пальцы, лежащие на подлокотнике, худые скрещенные ноги в свободных брюках, чуть впалая грудь в складках белой рубашки. Каспар не мог понять, отчего принц так немощен: его родители и сестра были среднего, обычного телосложения. Но Александра сделала другим то ли жизнь, то ли болезнь. Каспар порой задумывался о том, что она не обошла стороной и принца, проявившись в таком непрочном теле.
К Александру не подходило определение «кожа да кости», и все же было в нем нечто пугающее, вызывающее жалость и в то же время восхищение. Стыдливо Каспар подумал, что шарм Александра в его слабости, беспомощности, в плавных движениях и усталом измученном взгляде фиолетовых глаз, на которые слишком уж часто для его возраста наворачивались слезы. Но за, казалось, пустой оболочкой Каспар видел самую прекрасную и добрую душу, которую мог только мечтать встретить. Но если с его телом так жестоко обошлась природа, то с чувствительной душой – близкие люди.
И вот сейчас Каспар заметил огонек в глазах принца, и уголки рта, дрогнувшие в нерожденной улыбке.
– Я хочу… прогуляться по Лондону. Мне не хватает одного сада.
Каспар не побоялся нежно ему улыбнуться.
– Тогда что же вы сидите? – Он подошел к шкафу и стянул с бархатной вешалки тонкое пальто принца. – На улице прохладно, так что придется надеть это.
– Ты шутишь? – Александр привстал, боясь отдаться напрасным надеждам.
– Нет. Мы пойдем гулять прямо сейчас.
– Тебя накажут.
– Это не имеет значения. Если спросят, почему вы пошли со мной, то скажите, что я вас заставил.
– Я никогда так не отвечу!
– Тогда проявите фантазию. Времени у нас немного, поэтому стоит поторопиться.
Принц неуверенно принял пальто. Светлые брови сошлись на переносице в выражении сочувствия.
– Почему ты делаешь это?
– Прогулка без разрешения – это лишь начало. Я не могу заставить королеву относиться к вам иначе, но вы можете доказать ей, что она не права. Я хочу научить вас тому, чему нужно было научить давно. Жить так, как вы хотите.
– Это начало может стать концом для тебя. Она может не просто наказать тебя, но и уволить.
Каспар покачал головой, улыбаясь нежно, но отважно.
– Это не самое страшное, что случалось со мной в жизни.
10
Угроза«Лондонский глаз» [5] стал первым местом, куда они отправились. Глядя на колесо обозрения, Александр чувствовал себя ничтожным и пораженным. Сто тридцать пять метров конструкции, вмещавшей восемьсот смельчаков, к которым принц не мог присоединиться. Его не убеждала даже безупречная история аттракциона. Он верил, что трагедия случится именно тогда, когда он сядет в кабинку.
– Безумие какое-то.
– Людей это не останавливает, – заметил Каспар, вглядываясь в очередь. – Не хотите попробовать?
– Не обсуждается. – Александр развернулся в сторону зеленой поляны Джубили Парк, полной туристов. – Давай пройдемся?
– Хорошо. Может, по мороженому? Какое предпочитаете?
– Черничное.
Каспар оплатил лакомства с помощью платежного кольца. Автомат выдал два черничных шарика в картонных стаканчиках, на дно которых были приклеены ложечки из плотного картона. Александр попробовал мороженое – нежное и плотное, с кусочками кисловатой черники. По коже пробежал приятный холодок.
– Нравится?
– Недурно. – Ложечка в руках Каспара выглядела совсем крохотной. – Я предпочитаю клубничное, но и это очень вкусное.
Легкий ветерок пробрался под пальто принца, и тот поежился. Каспар забеспокоился:
– Давайте прогуляемся до «Старбакса»? Как я понял, вы еще не завтракали. Кофе и сэндвич вам не помешают.
Александр не стал спорить: живот давно намекал, что пуст, и ощущения эти лишь усилились, стоило им зайти в кафе. Утром людей оказалось немного, а холодильник еще был полон свежих сэндвичей и закусок.
– Что ты будешь, Каспар?
– То же, что и вы.
Александр взял с полки две упаковки.
– Сэндвич с курицей.
– Отличный выбор. Какой кофе?
– Просто горячий шоколад. И сливки, пожалуйста.
Чтобы лишний раз не привлекать к себе внимание, Александр занял угловой столик и сел лицом к стене, пока Каспар ждал заказ. Наконец телохранитель появился с подносом и, поставив напитки и еду на стол, не снимая пальто, сел напротив принца.
– Ты ешь и пьешь то же, что и я.