В центре урагана
— Купцами у Германа Демидовича старшие сын с дочерью. Ему же с цифрами просто так возиться лень, вот и зашел к властям с просьбой. Здесь раньше склад был, но хозяева продать хотели. Новые помещения ближе к порту построили, а телегами дорогу забивать никто не даст. Места под двор нет, вот и пытались куда-то домину пристроить. А Герман был на хорошем счету, особенно после того, как в самый сезон штормов докторов к франкам доставил. Врачи тогда эпидемию предотвратили у соседей. Поэтому и разрешение на «Русалку» выдали, и рассрочку по выплатам дали. И теперь здесь большая часть команд походы обмывает. Заведение серьезное, драк или еще какой ерунды не допускают. А кормят от пуза и дешевле, чем в городе. Место приличное, но с особым отношением к морскому народу.
— Не прогорит с таким подходом? — уточнил я, накладывая себе уже вторую порцию.
— Еще через Германа можно узнать, где места свободные в командах есть и кто из купцов найм объявил. Считай, хозяин местной матросской биржи.
— Как Пузан Рыбаков у нас?
Помахав пробегавшей мимо официантке, Петр жестом заказал еще пива и усмехнулся:
— Семен у нас прыщ на пустом месте, больше из себя корчит. А Демидович мужик серьезный и в авторитете. Его в Благовещенске любой знает, кто с морем хоть как-то связан.
— Так давай за стол пригласим, поближе познакомимся. Или откажет?
Но хозяин кабака не отказал. Поздоровался, выслушал просьбу посидеть вместе и пообщаться. С явным облегчением передвинул бумаги смешливому помощнику и вразвалку пошел к нам. Ограничился лишь пивом, но просидел рядом почти час, успев попутно расспросив про эпопею в Николаевске. Я рассказал, что уже давно всем было известно и никакой тайны не составляло, а под конец попросил помочь с лоциями районов ближе к Тортуге.
— В гости хочешь? Так одному там делать нечего, сожрут.
— Ничего, подавятся.
— Да? Ну, если кто с города за тебя поручится, то можно и посидеть, повспоминать. Я еще до пиратской вольницы в тех краях хаживал.
— Приватирского патента мало для рекомендации? — спросил, а про себя отметку сделал. Явно не прост Герман Демидович, раз власти ему с покупкой заведения помогли. Да и вряд ли в столице столь важную точку без присмотра оставят. Считай, почти все матросы так или иначе здесь мелькают. А это — поток свежей информации из первых уст.
— К патенту бы еще человека, кто тебя порекомендовать может. Потому как я капитана твоего помню, Игнатия. Хороший шкипер, пока лишнего не переберет. И вижу, что присматривают за ним даже у меня, что любо. Но очень уж вопросы ты интересные задаешь.
— Брата Игнатия достаточно? Или кого повыше побеспокоить?
Еле заметная морщинка на лбу Германа пропала. Похоже, мой непосредственный начальник имел вполне серьезный вес.
— Игнатия хватит… Кстати, можешь с ним завтра на обед ко мне зайти. И шкипера прихвати. Тебе вряд ли наши тонкости будут интересны, так мы сядем потом в кабинете и с картами уже отдельно покопаемся.
— Меня на Синодском дворе завтра как раз к обеду ждут.
— Тем более. Записку напиши, мальчишки отнесут. Подзаправитесь с Игнатием и потом уже на работу. Тем более, что завтра уха будет и пирожки с мясом. Как раз, чтобы до ужина голодными не остаться.
Так и порешили.
Уже возвращаясь на корабль, я спросил у Петра:
— Слушай, а кто за стойкой наливал и заказы принимал? Ты же сказал, что сын с дочкой по купеческой линии пошли.
— А, это Руслан. Юнгой у Германа был. Кстати, старика в последний раз и вытащил, иначе бы измочалило о камни совсем. Так теперь парень вместо внука. Хотели ему долю выделить в домашнем деле, но Руслан отказался. Теперь вместо помощника здесь. Скорее всего, «Русалка» ему и достанется. Но ты не смотри, что зубы скалит и шутит через слово. Они сейчас с хозяином два сапога пара. И если что передать надо, можно смело к младшему обращаться.
О чем я и думал. Как бы не оказалось завтра, что мне покажут папочку с выжимкой из личного дела хозяев кабака. Что мне лишь на руку. Как бы там с Тортугой дело не сложилось, а службу выстраивать все равно придется. И сбор информации — это краеугольный камень любых оперативных разработок.
* * *
Утром я поднялся с первыми лучами солнца. Умылся, привел себя в порядок и поднялся на палубу. Там встретил Фрола, который разглядывал небольшую вывеску, разрисованную золотистыми буквами по синему фону.
— Привет, это что?
Наш охотник за головами отошел в сторону, чтобы работу художника оценить в полной мере, и поинтересовался:
— Мы разве патент сдаем? Или ты еще одно дело открываешь? Вон, спозаранку из города привезли.
Я же разглядывал аккуратные завитушки и в какой раз перечитывал: «Скобяные товары — Богданов и К». Попутно думал, как бы мне ответно муравьев за шиворот Иоанну отсыпать. Потому что шутить я тоже люблю и умею. Главное, чтобы в масть попало. Но — обязательно отвечу. Надо лишь не торопиться.
— Дело? Нет, это я вчера мысли вслух высказал, а народ уже подсуетился. Чтобы было чем на пенсии заняться… Ладно, давай пока тряпкой прикроем и в трюм уберем.
Через десять минут подъехал из казначейства дедушка-боровичок. Потом в общем потоке телег прикатили фургоны из адмиралтейства с огненным припасом и разным полезным. В итоге, когда ближе к обеду заглянул брат Иоанн, я уже взмок от беготни и перетаскивания ящиков, ящичков и боченков. Поэтому с чистой совестью перевалил оставшиеся заботы на Байкина и пошел переодеваться. Захватив с собой капитана, отправились в «Русалку», попутно выясняя, как будем планировать ближайшие дни.
— Думаешь, команда без тебя расслабляться будет? — усмехнулся брат Иоанн.
— Если мы в штабе засядем, то вряд ли я их чем полезным озадачить сумею.
— За это не волнуйся. Я же говорил, что отряд для Николаевска готовят? Вот пусть стрелки туда и вливаются для совместных тренировок. Очень уж полковник Павлов тебя хвалил за проведенные учения на Большом Скате. Думаю, парни много чего полезного смогут показать и с народом заодно перезнакомятся.
На том и порешили.
За пять прошедших дней я дважды посылал телеграммы Аглае. О том, что у меня все хорошо, что ем, сплю и мечтаю о встрече. Захотелось мне любимой женщине о себе напомнить. На что в понедельник вечером вернулся на шхуну и получил ответ, в котором лаконично прозвучало: «Знаю. Жду».
Я стоял на палубе и перечитывал телеграмму уже раз в двадцатый, пока сидевший на бухте каната Глеб не фыркнул:
— Старшой, ты бы хоть дорогу освободил. Парни снизу уже пять минут стоят, подняться по занятым сходням не могут.
— А на что мне еще боцман, если совет хороший дать не может?
Но отошел в сторону, аккуратно сложил плотный лист бумаги и спрятал в карман. Затем полюбовался уставшими бойцами, которые еле волокли ноги. Похоже, загоняли ребят на тренировках. Все же одно дело натаскивать ополченцев и совсем другое с регулярными служивыми задачи отрабатывать. Благо, местные подобрали неплохое место, где остался кусок почти не тронутых зарослей. Вот там и веселились, меняясь в защите и нападении. Снимали часовых, зубрили сигнальные жесты, таскали условно раненых по кустам. Как успел еще утром обронить Петр Байкин, раньше мы неплохо подготовились для захвата кораблей и боев в городе. Сейчас же получили дополнительно курс диверсионной подготовки и выживания в сельве. Учитывая, что Тортуга вся покрыта джунглями, и лишь на центральном острове существует очаг пиратской цивилизации, знания лишними точно не будут. Мне лишь дали отпечатанную методичку пролистать, буркнув: «Командование должно думать стратегически, без тебя хватит кому пули ловить».