Окликни меня среди теней. Книга 1

Когда приехал весной, Татьяна все переживала, что рано высадила рассаду — цветочки не росли и выглядели хилыми. Но постепенно вымахали в кусты с роскошными махровыми головками… А ведь не раз встречал здесь Татьяну. Вскоре убегала, но похоже, выглядывала его, когда ехал по мосту через Бию. Не была такой равнодушной, как хотела казаться.
Метельский скрипнул зубами и встал с колен. Татьяне уже не поможешь. Хотя… если срочно транспортировать в больницу? Не дури, переливания крови они тоже не признают. Да что здесь происходит, резня какая-то?
Хельга не слезла с лошади, глядя то на мертвую девушку, то на него.
— Что с тобой, на тебе лица нет? Кто это?
— Та девушка, что дала мне оплеуху, — сквозь зубы сказал Метельский.
Хельга как будто хотела что-то сказать, но еще раз глянула на него и закрыла рот.
Метельский взлетел в седло: надо в центр селения — то что он видел, походило на ховер.
— Давай вернемся, — сказала Хельга. — Здесь происходит что-то непонятное.
— Нет, — отрезал Метельский. Он вынул из чехла карабин и положил на луку седла. Тронул жеребца и поехал по улице, оглядывая дома. То и дело открытые калитки, что необычно — замков здесь не бывало, однако калитки запирали на щеколду, чтобы скотина не потравила огородов. Да, что-то случилось. Не переставая бил озноб, и это был озноб бешенства.
Вот и центральная площадь перед церковью. Сбоку от нее большой ховер, только это не тот, на котором прибыла команда Хельги. В круге на борту — косой крест, эмблема легиона. Вокруг суетится несколько человек, вносят что-то на носилках…
Стиснув зубы, Метельский поехал к ховеру, держа карабин наготове. Неужели Татьяну убили люди из легиона? Вдруг из-за машины вывернулся человек, поднимая руку. Станнер, или что-то подобное! Ну, получай!..
Метельский выстрелил прямо с луки седла. Проша был заядлым охотником и часто учил Метельского, посмеиваясь над неловкостью городского жителя. Выстрел прозвучал как щелчок — карабин был с глушителем, чтобы не распугать дичь, — но человек согнулся пополам и упал. Люди у ховера уронили носилки и обернулись. Метельский облизнул пересохшие губы, впервые стрелял в человека.
— Не стреляй, Лон! — незнакомым голосом сказала Хельга. Она высоко подняла руку с каким-то значком, а губы беззвучно зашевелились.
Метельский продолжал медленно ехать. У другого дома оказалось еще два окровавленных тела, и стало видно, что на носилках лежит еще одно.
ЧТО ПРОИСХОДИТ?!
Из ховера вышел человек, на пару секунд склонился над лежащим и пошел навстречу, приподняв руки.
— Не стреляй! — повторила Хельга. — Это легион.
Уже понял, да хоть черт лысый! Метельский не опускал ствол, хотя могут запросто достать из станнера. В деревне к нему относились благожелательно, слегка подсмеивались над безуспешными ухаживаниями за Татьяной, и большинство селян он знал. А тут окровавленные трупы: как могло случиться такое?
Человек подошел вплотную — такой же темно-серый комбинезон, как у Хельги. Злые белесые глаза, а лицо слегка перекошено: кривой шрам тянется со щеки на подбородок.
— Сувор? — удивленно сказала Хельга.
— Откуда ты взялась? — жестко спросил он. — И как посмели открыть огонь? Здесь проходит спецоперация легиона порядка.
— Почему меня не предупредили? — сухо парировала Хельга.
Ясно, из той же компании — правильно Сивилла предупредила.
— Ты должна была уже уехать. Происходящее вне рамок твоей компетенции. Кто этот человек, местный житель?
Хельга быстро глянула на Метельского:
— Местный землевладелец. Задержан мною для доставки в штаб.
«Что за хрень? Но не вмешивайся — похоже, Хельга повела какую-то свою игру».
— И ты позволила ему сохранить оружие? Ранен человек из моей команды.
— Я только сейчас увидела эмблему легиона. Повторяю, меня не предупредили. Но теперь понятно.
Она протянула руку к Метельскому: — Сдайте оружие!
Он что, действительно арестован? Но губы Хельги побелели и дрожат, игра явно рискованная.
Метельский не спеша снял карабин с луки и подал Хельге. Та ловко перекинула его за спину — не только любовными позами владеет. Он мельком заглянул в открытую дверь ховера: виднеются босые ступни, и еще какие-то прозрачные цилиндры с темной жидкостью. Кровь?..
— Отвернитесь! — резко приказал офицер. — Иначе буду стрелять.
Метельский пожал плечами и отвернулся. А то еще стошнит.
— Мы возвращаемся в штаб, — тускло сказала Хельга. — Сдам арестованного и запрошу объяснений.
— Это тебе придется давать объяснения, — скривил губы человек со шрамом. — Езжайте. Но только до Кебезени, штаб передислоцируется туда…
Из ховера вышел еще один человек. Одежда странная: длинный черный балахон, перепоясанный ремнем с массивной пряжкой, на груди какая-то монограмма. Лицо властное, на лбу три горизонтальных морщины. Не сказав ни слова, он стал разглядывать Метельского.
Хельга было дернулась, но осталась на месте.
— Поехали! — хмуро приказала она. — Гражданин Метельский, вперед. При попытке к бегству применяю оружие.
Похоже, не только пробирка припасена в комбинезоне.
Снова лес, сумрачная река, только теперь повернули налево. За полосой березняка глухо шумели пороги на Бие. Весь мир вокруг словно потускнел.
— Подожди, — сказала Хельга.
Метельский придержал коня, и Хельга поравнялась с ним.
— Вот влипли! — сказала она. — Стали свидетелями секретной операции легиона, таких обычно сразу убирают. Да еще черт дернул тебя стрелять. Нам повезло, офицер… — она запнулась, — мой хороший знакомый.
— А… — протянул Метельский.
Хельга покосилась: — Похоже, ты не очень удивлен. С чего бы это? Но надо думать, как быть дальше? Даже если я тебя сдам, меня все равно могут убрать. У меня нет допуска, а это явно операция класса «А».
Выходит, и его тоже могут «убрать». Снова холодные мурашки поползли по спине. А еще недавно было так хорошо.
— Что за операция? — спросил он. — Есть идея?
— Нас особо не информировали, но кое-что я слышала. У некоторых людей в этом районе необычная кровь, она дает доступ к каким-то особым возможностям. Наша задача была обнаружить их, ну а потом… не наше дело. Похоже, провели экспресс анализ, и несколько таких действительно выявили. Сейчас у них откачивают кровь, а остальных… устранили. Нельзя оставлять в живых, а то всё расскажут. Потом прибудет группа ликвидации, сожгут и трупы, и деревню.
— Что? — Метельский от неожиданности остановил коня. — Как такое возможно при Мадосе?
— Поехали! Ты ведь голосовал за него? Сидел бы в своей усадьбе, тебя не тронули. И мне не повезло. Вот дура, подумала: красивый мужик, вдруг выйдет трахнуться?