Крадуш. Тёмные души
Блудница непослушными пальцами вытащила из кармана платья смятый листок желтого цвета и положила его перед нотариусом.
Надо отдать должное господину Энзо – он и глазом не моргнул, быстро списав с билета данные девушки. Не изменилось вежливое выражение лица, не дрогнули руки. Сразу видно – профессионал.
А вот госпожа Маура, наоборот, повела себя категорически недопустимым образом.
– Конечно, чего еще можно было ожидать?! – громко заявила она, так резко закрыв саквояж, что застежки жалобно хрустнули. – Лорд Киар, и как вы планируете согласовать это с императором? Герцогство Волдет имеет для страны ключевое значение.
Я поморщился.
Карел качнул головой.
– Не вижу никаких противоречий между тем, что Волдеты важны, и тем, что у женщины, носящей ребенка Ачиля Дебро, пока нет фамилии и документов. Мы только что подтвердили отцовство. Согласно завещанию лорда, его титул, земли и прочее имущество могут отойти либо прямому наследнику по нисходящей линии, либо императору. И к слову, завещание было заверено лично государем.
Про себя я подумал, что у императора наверняка имелись веские основания считать, что детей у Дебро не появится. Ну-у… что сказать? Не повезло.
Маура искривила лицо в презрительной гримасе.
– Мертвец-мужеложец вряд ли увидит страшное оскорбление высокой крови в том, что наследника одного из древнейших родов выносит шлюха! Но что же будет дальше? Кухарка или прачка займут престол? Вор будет заниматься безопасностью страны?!
Дафна отшатнулась, как от пощечины, и едва не упала со стула.
Мои брови против воли поползли вверх. Кто эта женщина, что позволяет себе подобные высказывания? Лично у меня появилось острое желание придушить госпожу Мауру прямо здесь и прямо сейчас и даже на глазах у свидетелей.
– Не увидит… – так спокойно согласился Карел, будто на него напала выборочная глухота, – «мертвец-мужеложец» считает, что прямой наследник Волдетов лучше ставленника императора. И уверен, что комиссия согласится со мной. В любом случае в ближайшие несколько дней госпожа Дафна получит фамилию и документы, и ее прошлое упокоится в архиве. Прежде чем выйдете из комнаты, вы дадите мне полную клятву о неразглашении, которую заверит лорд Квэлле.
Господин Энзо закончил с документами и аккуратно сложил к себе в портфель их магические копии.
– Думаю, лорд Киар, что мне также следует дать такую клятву. – Мужчина поднялся из-за стола и протянул вперед правую руку ладонью вверх: – Прошу вас, лорд Квэлле, засвидетельствовать.
Закреплять клятву я умел, и когда госпожа Маура прошипела положенные слова, так и вовсе затянул потуже, чтобы ее руку свело от боли.
– А вас, наверное, задевает, – тихо, но сладко-издевательским тоном заметил я, – что мужеложцы управляют городами, кухарки занимают важные посты, и все как-то без вашего дозволения. Все мимо вас, госпожа. И приходится только возиться с пробирками и завидовать, что шлюхам и ворам удается изменить свою жизнь, а ваша остается топким болотом без надежды на счастливый финал.
Она дернулась так, будто я ее ударил, резко оттолкнула меня с прохода и вылетела из кабинета, хлопнув дверью.
– Зря вы так, лорд Квэлле, – покачал головой нотариус, – госпожа Маура злопамятна и к тому же лучший в городе целитель – ей покровительствуют многие высокие семьи.
– И хрен бы и с госпожой, и с семьями! – Сам не ожидал от себя такой грубости, но не удержался. Мне было обидно и за Карела, и за Дафну. И если они промолчали, то я был не из тех, кто подставляет вторую щеку и дает обижать дорогих мне людей. – Услуги целителя мне точно не понадобятся – смертные никогда не превзойдут эльфов в этой области. И на семьи управа найдется.
– Что ж, тогда всего доброго, лорд Квэлле. Лорд Киар… – вежливо склонил голову господин Энзо и поспешил выйти из кабинета.
– Спасибо, Кериэль, – прошептала бледная Дафна.
– Спасибо, – согласился Карел, – но не стоило. Это только слова.
– Вот и пусть засунет их себе… – Я остывать даже не думал.
Карел рассмеялся:
– Тебе срочно нужен стакан сладкого кахве и булочка с шоколадом – кто-то явно встал не с той ноги. Пойдем завтракать?
Звучит заманчиво, конечно.
– Мне еще Дафну возвращать в «Женский дом». – Я вынужденно отказался.
– Не в ближайшие несколько часов. У меня все готово для присвоения фамилии и оформления регистрационной карточки. Мы не могли начать процедуру без положительного результата проверки. Так что Дафне сейчас лучше сразу заняться этим вопросом. А затем мои люди сопроводят ее в «Женский дом». Помогут собрать вещи и перевезут в надежное место.
– Так быстро? – испугалась Дафна, прижав руки к груди.
– А чего тянуть? – удивился Киар. – В борделе вам делать нечего. Я выплачу мадам Костанцо неустойку. Ваше дальнейшее пребывание в тех стенах – ненужный риск. Не переживайте, Дафна, мы хорошо позаботимся о вас с ребенком. И Кериэль, я уверен, будет навещать вас так часто, как только сможет, и передавать весточки и гостинцы от ваших подруг.
Спокойный и даже какой-то ласковый тон успокоил девушку, и она послушно направилась за Карелом в другой кабинет для оформления удостоверения личности.
– Ты уверен, что люди надежные? – Я разрывался между чувствами ответственности и голода.
– Уверен. – Киар кивнул.
Мысли о свежих булочках с шоколадом победили.
– Пойдем, соблазнитель, – я махнул рукой, – но если что – виноватым будешь ты.
– Конечно, Кериэль. Здесь недалеко есть отличная кахвейня с видом на город и Центральный парк. Я угощаю.
За вкусным и обильным завтраком я рассказал Карелу о находках в подвале «Женского дома», неожиданном визите сородича и вчерашней беседе со служителем Освином. Заодно поделился своими домыслами.
Открытую веранду кахвейни, расположенную на крыше, продувал теплый ветер, от палящих лучей солнца спасали широкие цветные зонты, стоящие у каждого стола. На ажурный парапет то и дело приземлялись упитанные чайки, думая, как бы стащить что-нибудь вкусное из-под носа у посетителей. Под ногами нагло чирикали воробьи. Они были так раскормлены, что напоминали надутые серые шарики и еле-еле поднимались в воздух. Я украдкой тоже кинул им кусочек булки.
Вид на Центральный парк и город действительно оказался ничуть не хуже, чем на океан. Колоритные цветные домики с мозаичными плитками и черепичными крышами поднимались вверх ярусами, а потом резко обрывались перед пышной зеленой стеной. Отсюда парк казался настоящим лабиринтом.
Я любовался пейзажем и отпивал небольшими глотками кахфе. Ничего горячего на такой жаре не хотелось, и официант порадовал меня приятным и очень вкусным компромиссом. Поданный кахве был с кубиками льда, долькой апельсина и медом. Сладко, освежающе и бодряще – лучшее сочетание для такого утра.