Пепел и пламя
– Я этого и представить не мог, – сказал он и, наклонившись мимо меня, поставил чай на тумбочку. – Гермес – один из самых верных и преданных служителей Олимпа. Он никогда не лжет и никогда не пойдет против божественных законов. Бросить его в темницу было настоящим предательством со стороны Зевса. А я все это время думал, что Гермес на свободе и поэтому помогает мне пережить пытки в темнице! Уверен, лекарства были от Гермеса. Но как ему удалось их достать?
– Думаю, Гермес из тех, кто способен совершить даже невозможное.
– В точку, – кивнул Маэль, – нужно как можно скорее с ним встретиться.
– Я написала ему, что мы здесь.
– О, тогда он обязательно заявится, – отозвался Маэль и снова посмотрел на меня. – Или мне сказать, чтобы он пришел попозже?
– Нет, – покачала головой я. – Гермес все это время был рядом, понимаешь? Мне он очень нравится. После освобождения он первым делом спросил, как поживает Эдип. Эдип подхватил простуду – еще до того, как пришел к нам в катакомбы. Но теперь уже выздоровел. Нужно рассказать ему, что с тобой все в порядке. Он переживал о тебе не меньше остальных. Знаешь, он стал частью нашей команды психов.
– «Команды психов»? – широко улыбаясь, переспросил Маэль. – Вы носите одинаковые банданы и одинаковые татуировки?
Я пихнула его локтем в бок.
– Это название появилось после того, как Эдип сдал нас Ноа, и как-то прижилось. Мы – команда психов, потому что среди нас есть боги, полубоги, люди, нимфы, давно вымершие насекомые…
Улыбка Маэля стала еще шире.
– Мне нравится, – сказал он и замер, словно пораженный какой-то мыслью. – Проклятье! Мне нужно обязательно связаться с катафилами! Когда мы вошли в квартиру, я заметил, что под дверью лежат несколько записок от Артура и остальных… Они понятия не имеют, куда я пропал. Надеюсь, у меня где-то есть номера их телефонов. Иначе придется писать им в Инсту и сочинять какую-нибудь дикую историю…
– Твой старый телефон у меня.
Я совсем об этом забыла!
– Правда? Отлично!
– Я принесу тебе его завтра. Он остался валяться в катакомбах. В нем я и нашла номер Гермеса. К слову, Гермес сказал, что позвонил в твою школу и объяснил, что ты попал в аварию. Думаю, звучит довольно правдоподобно. Гермес считается твоим законным опекуном, поэтому все прошло без сучка и задоринки. Не знаю, какие поддельные справки он представил в качестве доказательства, и уж тем более не знаю, где он их раздобыл, но, пожалуйста, убедись, что останешься на больничном еще минимум пару недель. Ты очень плохо выглядишь.
– Спасибо, любовь моя.
– Ты прекрасно знаешь, о чем я.
– Слушай… – начал было Маэль и, уставившись на колени, погладил Эванджелину между крыльями. – Ты, случайно, не знаешь, заходил ли кто-нибудь в квартиру, пока меня здесь не было? У меня такое впечатление, что да, но я не нашел никаких признаков взлома, да и из вещей ничего не пропало… Или у меня глюки?
– Мы с Гермесом заходили. Каким-то образом ему удалось открыть дверь, не повредив замок.
Маэль удивленно уставился на меня.
– Что?
– Я думала, у тебя лежит ключ от квартиры Гермеса. Говорят, у него дома есть канал для связи с Зевсом. Когда я сюда приехала, Гермес уже был внутри. Его только освободили. Не знаю, что он надеялся здесь найти…
– Ты хотела поговорить с Зевсом? Ты что, совсем спятила?! Он опасен! Зевс повелевает молниями! Ему достаточно о ком-то подумать – и этого человека поразит молния. Что такого важного ты собиралась ему сказать, раз готова была рискнуть жизнью?! – Взгляд Маэля стал настороженным, почти испуганным. – Ты даже не представляешь, какой опасности бы себя подвергла.
– Ну я с ним поговорила, – неловко пробормотала я.
Маэль застонал.
– Стоит на пару недель оставить тебя без присмотра, и ты тут же решаешь отчудить! Поверить не могу. Почему тебя никто не остановил?!
Я пожал плечами.
– Ну в первый раз Гермеса не было, и…
– Что? В первый раз?!
– В первый раз я позвонила Зевсу по каналу связи Нерея.
Маэль выглядел таким разъяренным, что я сбавила тон.
– Что, прости? – переспросил Маэль, подскочив от удивления, и выпрямился. – Речной бог позволил тебе обратиться к этому безумцу?
– Я помогла решить его проблему с водорослями. Поэтому он позволил мне воспользоваться своим каналом связи.
Маэль что-то пробормотал себе под нос. До меня донеслось только что-то про «утоплю».
– Нерей замечательный! – заверила я. – Он выделил нам комнату, которая стала чем-то вроде нашей штаб-квартиры. Джиджи встречается с его сыном Селки. Они без ума друг от друга. Нерей всегда вел себя дружелюбно. Он и правда мне очень помог. Я бы сошла с ума от отчаяния, если бы не смогла связаться с Зевсом и попросить, чтобы он тебя освободил.
– Ты… значит, ты пошла на это ради меня?
Я снова пожала плечами.
– Гермес исчез. Кто-то должен был за тебя бороться.
Маэль замер. Потом решительно забрал чашку у меня из рук и поставил на тумбочку. После этого осторожно поднял Эванджелину с одеяла и усадил ее на подушку справа от себя. Я наблюдала за ним и гадала, что он задумал.
В следующую секунду Маэль притянул меня к себе и прошептал:
– Если бы я знал о том, что ты собираешься сделать, то сломал бы любую стену, чтобы остановить. О чем ты только думала, моя маленькая нимфа с храбрым сердцем?
– Ну первый звонок прошел не так уж плохо. Зевс разозлился только после второго.
Маэль издал звук, одновременно напоминающий смех и всхлип.
– Сумасшедшая маленькая нимфа!
С этими словами он обнял меня сильнее и принялся покрывать поцелуями мое лицо.
– Я тебя не заслуживаю. Этот безумец мог превратить тебя в пыль. Я… – Он поцеловал меня в уголок рта. – Думаю, я…
– Даже думать не хочу, в каком он настроении после третьего разговора.
Маэль помолчал, а затем отстранился и посмотрел мне в глаза.
– Ты говорила с Зевсом трижды?
– Ну не совсем.
Я рассказала Маэлю о том, что, как мне кажется, благодаря своим новообретенным телепатическим способностям и осколку ракушки мне удалось повлиять на Зевса.
– Думаю, это работает только на тех, кого я вижу. Даже по видеочату или типа того. Как бы то ни было, вскоре тебя отпустили. Но теперь мне немножечко не по себе при мысли о том, что произойдет, когда Зевс поймет, что я сделала.
– Это было смело и безрассудно. – Взгляд Маэля оставался серьезным. – Возможно, ты подвергла себя ужасной опасности. – Он снова притянул меня к себе. – Значит, это ты меня освободила. Не могу выразить, как я благодарен за то, что мне больше не приходится торчать в темнице.