Если движется небо

– Приветствую, Джон.
– Катер "зетов" вернулся час назад, – коротко сообщил мужчина. – Модуль у нас.
Тилль вздохнул с нескрываемым облегчением.
– Почему так долго?
– Хронокорректор выдал совершенно немыслимую погрешность, – Джон виновато развел руками. – Корабль вышел из нуль-перехода с опозданием почти на трое суток.
– Ещё немного – и было бы поздно, – заметил альбин. Задумался. Слова человека пробудили в его душе смутные тревоги. – Наши делегаты, кстати, тоже опоздали.
– И орнитты говорили об этом же! – оживлённо подхватил его коллега. – Как странно...
– Мне кажется, это как-то связано с аннигиляцией планет, – предположил Тилль – впрочем, уверенности в его голосе не было. – Пространство просто не может не реагировать на происходящее... Отсюда и растущие погрешности.
– Но тогда и у миноров происходит то же самое, – возразил Джон. – Какой смысл им пилить сук, на котором сидят?
Тилль не вполне понял, что именно пилится и как сказанное соотносится с контекстом, но он уже давно привык к несуразным, топорным, а порой и абсурдным фразеологизмам человечества, плохо поддающимся переводу, поэтому тактично промолчал.
– Хорошо. Допустим, ты прав и взаимосвязь действительно есть, – неожиданно сказал Джон Смит. – Что ты предлагаешь?
– К Люцерне направляется минорский крейсер с парламентёрами на борту. Двенадцать миноров. Судя по именам, цвет нации, – Тилль пренебрежительно фыркнул: обычай ранжировать своих соплеменников на разные "сорта", оперируя рангами, званиями, титулами и их производными, был альбинам противен и чужд. – Мы предлагаем взять их в заложники. И если пострадает еще хоть одна планета... – альбин проглотил последние слова. – Согласись, Джон, это будет справедливо.
– Вероятно, – хмуро ответил Джон. – Однако это решение должно быть принято единогласно. И Ойкумена проголосует "за" только если никто в Ассамблее не будет против.
– Понимаю, – Тилль кивнул. – Ойкумена не готова брать на себя ответственность в случае ошибки – как, впрочем, и всегда. Но посуди сам: за прошедшее время погибло семнадцать планет, но все планеты под протекторатом миноров целые и невредимые! Случайное стечение обстоятельств? Или стоит присмотреться и сделать выводы?
– Стоит, – неожиданно жёстко произнёс Джон Смит. – Но отталкиваться лишь от этого факта мы не можем. А вот секретные разработки ФИМ и в особенности история с похищением программного модуля – уже гораздо серьёзнее.
– Миноры утверждают, что "А-один" – концепт комплекса, предназначенного для создания прямых порталов, а не оружие, – с легчайшим оттенком иронии заметил Тилль. Разумеется, сам он не верил в эту чушь ни на гран – но ему было любопытно, какое мнение на этот счёт будет у человека.
– Если это и правда, то не вся, а лишь часть, – ответил Джон после недолгого раздумья. – Причинно-следственная связь налицо: аннигиляция планет началась вскоре после кражи программного модуля. Да и с кражей этой... Явно не всё чисто. Зачем, спрашивается, руководству ФИМ нужно было скрывать информацию, да ещё и просить местных полицейских о расследовании инцидента в частном порядке? Как по мне, всё это шито белыми нитками.
Тилль вновь не понял смысла фразы с ходу, и лишь спустя какое-то время сообразил, что у людей совершенно иное восприятие цвета и света. Но тут взгляд его упал на иллюминатор – и все прочие мысли разом вылетели из головы.
– Смотри!
Джон Смит прильнул к окну. Сощурился, вглядываясь в реликтовую черноту, где сейчас медленно разворачивался крейсер делегатов с Мина.
На корабле, помимо посадочных огней, горели ещё синие огни – знак добрых намерений и мирных переговоров. В свете последних событий это выглядело как чудовищно лицемерный фарс.
Двери отворились, и главный совещательный стал постепенно наполняться. Последним явился, как и следовало ожидать Чи-чжуань, представитель орниттов – встрёпанный, невыспавшийся и как всегда дёргано суетливый.
Корабль миноров лёг в дрейф в непосредственной близости от станции Ассамблеи, однако стыковаться не собирался.
– Господа, я прошу прощения, – раздался из динамиков взволнованный голос главного инженера связи. – Но делегация миноров настаивает на дистанционных переговорах.
– А я знал, что так будет, – с непередаваемым самодовольством проскрипел циар. – Я вас предупреждал!
Кто-то льстиво поддакнул.
– Что ж, мы были готовы к такому повороту, – отвернувшись от иллюминатора, Тилль обвёл коллег решительным взглядом. Одно кресло оставалось пустым: представителя минора среди них не было. – Значит, действуем по запасному плану.
 
Глава 23
Всё приключившееся на Ликтисе произошло так быстро, что Лейф с трудом верил в реальность происходящего. Что же касается его заложницы, а теперь и попутчицы, она, похоже, вообще пребывала в полной прострации.
Лейф не вполне понимал, какими полномочиями обладает читтана, но все его требования были выполнены в точности: ему предоставили корабль, ликтианский корабль, позволили взлететь и покинуть орбиту Ликтиса, – словом, никоим образом ему не препятствовали.
Но сейчас, отправив корабль в серую муть субпространства, Лейф неожиданно остро ощутил угрызения совести.
Ликтианка спасла его и помогла сбежать – а ведь он чуть не задушил её.
А люди в лиловых мундирах, которые преследовали его... Неужели из-за того катера, реквизированного им на "Тангенсе" или из-за ещё более давней истории с теми альбинами? Непохоже.
– Почему вы это сделали? – вопрос вырвался у Лейфа сам собой. Он покраснел, не решаясь поднять голову и посмотреть своей спутнице в глаза.
– Потому что ты нуждался в помощи, – ему показалось, или в голосе ликтианки мелькнула грустная ирония? – А ещё потому, что я помню древние предания.
Лейф еле удержался, чтобы не фыркнуть. Опять сказки.
– Другие расы не верят нам, – размеренно продолжала читана. Она держалась так, будто они сидели в литературном салоне, а не в кабине звездолёта, только что нырнувшего в подпространство. – А зря. Мифы и легенды древности уходят своими корнями в глубину веков, в те давние времена, когда Разум был един, неколебим и абсолютен, когда не существовало загадок и тайн мироздания, ибо всё мироздание лежало перед Единым Всеобщим Разумом как на ладони: все эпохи и эры, вся наша история, все вехи колеса времени.
– У людей тоже есть подобное религиозное учение, – осторожно вставил Лейф.
– Ваши религии отчасти правы, – читтана кивнула. – Я говорю "отчасти", поскольку уразуметь всю истину, пребывая в материальной оболочке смертного тела, не дано никому. Даже минорам, – она печально вздохнула. – Я не предполагала, что доживу до конца времён и лично смогу увидеть его. Однако это случилось – а отрицать уже случившееся могут либо дети, либо слабые духом.