Трехсотая параллель

– Не нужно смешивать, – теперь уже усмехнулся он. – То – Ваша плата, аванс, так сказать; остаток по завершении сделки. Так же и тут.
– Если дело в деньгах… Я могу… дать и больше, чем то, о чем договаривались…
– Очень мило с Вашей стороны. Не смею требовать, но и не отказался бы…
– Если только…
– А вот условий ставить не нужно. Хотите повысить ставки – пожалуйста, но не требуйте ничего взамен, сверх оговоренного.
– Что они Вам обещали? – спросила Эльва, чуть помолчав.
– Простите, конфиденциальная информация; не имею обыкновения раскрывать содержание сторонних сделок.
– Как же сторонних, когда…
– Зато можете быть вполне уверены, что и о нашей с Вами никто и никогда не узнает…
– Однако…
– Бизнес, ничего больше. Максимизация, так сказать, прибыли…
– Даже и… такой ценой?
– Правильнее было бы – за такую цену.
Несколько секунд было тихо. Потом – легкий шорох платья – и его насмешливый голос:
– Уже уходите? Даже и не попрощавшись?
Она остановилась:
– Да, не смею дольше Вас задерживать. Кажется, мое присутствие… Вы предпочли бы…
– Я предпочел бы, чтобы Вы остались.
Прозвучало это отнюдь не просьбой – и даже не пожеланием.
Эльва тоже, несомненно, уловила перемену его интонаций – и тому не обрадовалась:
– Разве?.. Я думала, что… Часы – и прочее… Я лучше…
– Лучше – и для всех лучше – будет, если Вы теперь останетесь здесь, – отчеканил он. – Отойдите только, прошу, подальше, поглубже – и всё обойдется, уверяю Вас…
– О ч-чем это Вы? – голос Эльвы непривычно дрогнул.
А вот его был спокоен и мертвенно холоден:
– Вы знаете, о чем. Ну же! В противном случае… я не ручаюсь…
Странное, безотчетное беспокойство, давно уже понемногу овладевавшее Дашей, теперь проросло едва ли не страхом.
В продолжение всего разговора всё громче, настойчивее стучало в голове: что-то не так… что-то не сходится… Вроде бы и на поверхности всё – а не сходится.
Не похож он на лакея – ни речью самой, ни, тем более, ее манерой. И на влюбленного тоже не тянет. Какая уж тут любовь, когда боится она его? До дрожи боится?
И чего она, правда, от него хотела? Сделки какие-то – ее, не ее… Обмен как будто? Доплатить, чтобы он… что? Сделал что-то – или же не делал?
И к чему гнал он ее сперва, а теперь удерживает? На часы смотрит… зачем? Чего ждет?.. Кого?..
И главное… главный, пожалуй, из безответных вопросов: сам-то – кто?..
Даша глянула на скрывавшие говоривших стеллажи: каких-нибудь шагов пять всего, подобраться бы тихонько, выглянуть… А если услышат, заметят?..
Что ничего хорошего это не сулит, она не сомневалась. И потому медлила.
Однако долго тянуть – она ясно чувствовала – невозможно – нельзя. Что-то сейчас будет…
– Это угроза? – Эльва старалась говорить спокойно.
– Нет, что Вы… Просто… зрелище, боюсь, предстоит не из приятных. И к тому же, сами понимаете… сопутствующие риски…
«Да о чем они?!»
Даша, затаив дыхание, медленно поднялась, сделала один бесшумный шажок, другой…
– То есть чисто теоретически Вы не исключаете…
– Исключу, если Вы сделаете, как я Вам только что сказал. И желательно поскорее.
Даша уже достигла полок. Теперь – налево чуть-чуть отклониться да глянуть в просвет…
– Ну же. Не желаете же Вы всерьез попробовать…?
Даша наконец собралась с духом: стиснув до боли ладони, она придвинулась вплотную к прорехе между двумя стендами – и чуть высунула голову.
Они на нее не глядели – первая, успокоительная мысль. Оба стояли к ней вполоборота: Эльва в простом светлом платье – лицом, он – весь в черном – спиной. И – сколь ни странно, ни безумно даже могло это показаться, спина его (вся ее стать, выправка) показалась Даше смутно знакомой, как прежде голос невидимой еще Эльвы. Его голос – нет, а вот спина…
Внезапная вспышка ослепила глаза: солнечное утро, лес, расцвеченный осенью… Петляющая вдоль обрывистого берега тропа. И – серая фигура в древесной тени, у самой кромки – нежданная, непредвиденная, непредусмотренная…
Она мгновенно отпрянула, скрывшись за стеллажом. Сердце колотилось так, что, казалось, слышно было на весь зал.
Опять!.. В третий уже раз!.. Сначала – лес, потом – бал, и вот – снова!.. Эх, двум бывать…
И пролез же как-то – пролез, невзирая на всю эту охрану!.. Зачем? За принцем? Так нет того тут – неужто не знал?..
Да нет, знал, знал, конечно – всем про то ведомо… Так – зачем же тогда? За кем, вернее?..
– …Что ж, – раздался вновь его холодный, бесстрастный голос, – не слушаете, дело Ваше. Мое – предупредить.
Застучали удаляющиеся шаги – его, не ее.
«Уходит», – подумала Даша в смятении. – Сейчас уйдет – и ищи-свищи!..»
Но что делать-то?! Не бросаться ж за ним вдогонку!.. Он ей не по зубам, имела уже возможность убедиться – и даже не одну…
Но – уйдет же! Уйдет! И бед натворит… Эх, угораздило ее снова…
– Стойте! – крикнула Эльва, кидаясь следом за ним. – Стойте! Да подождите же!..
– Ну, что еще? – бросил он на ходу.
– Подождите! Я… у меня… а если я… сумею достать Вам обещанное… ими… сама, без… просто так…
– Если бы да кабы… Предпочитаю не гадать на кофейной гуще.
– Я достану – скажите только, что…
– Хватит! – процедил он сквозь зубы. – Вопрос закрыт. А теперь…
Стукнула негромко входная дверь. Еще кто-то пожаловал…
В следующую долю секунды сердце у Даши замерло: «Милиса ведь! Время к часу…»
Не раздумывая более, она выскочила из своего укрытия – и в то же мгновение так и подскочила от истошного крика Эльвы:
– Беги!!!
Раздался грохот, чей-то как будто стон…
Вылетев в соседний зал, Даша увидела: часть углового шкафа, покореженная и дымящаяся, завалилась на пол вместе со всем содержимым; рядом валялась и Эльва – бездвижная, но вроде бы живая. Выяснять точно было некогда.
Впереди полыхнула уже знакомая красная молния – и вновь послышался крик.
«Ну же!!!»
Паника словно парализовала – ноги не слушались, путались мысли; нужное заклятие никак не шло на ум.
«Как там было?.. Э’Йта́рион регс… нет, рогс… Ну!..»