Сила рода

— Работая с молотом по восемь часов в день? — навскидку уточнил я. — Верю. Но у нас немножечко другая ситуация.
— Михаил, Мирон прав, — заступился за кузнеца Дубровский. — Полгода — это слишком долго.
— А если три месяца? — поморщился я.
— Всё равно долго.
— Да ладно, ребят! — я посмотрел на насупленных одноклассников. — Невозможно за месяц из Славика в Мирона превратиться!
— Значит все это бесполезно? — тут же сделал выводы Филипп. — Можно спать по утрам?
— Невозможно, — согласился Роман, не обратив на слова толстячка никакого внимания. — для обычных людей. У Одаренных… есть свои пути.
— И какие же? — заинтересовался я, принимаясь за разминку.
— Самый простой посвятить один ранг укреплению тела. Его рано или поздно берут все Воины, иначе можно не справиться с нагрузкой.
Ну, я-то положим, получил первый ранг, а вот остальные…
— А ещё?
— Артефакты, — принялся перечислять Роман, — зелья, специи…
— Специи? — переспросил я, жестами приглашая одноклассников присоединятся к разминке.
— Травы всякие, орехи, зерна, — пояснил Роман. — Но не простые, а наполненные силой.
— Ого, — удивился я, — у вас даже такое есть?
— Многие роды и даже дворяне выживают благодаря культивации специй, — пожал плечами Роман. — Можно, конечно, самому выбрать стезю Алхимика, но мало кто хочет возиться с землёй.
— Ольга об этом не рассказывала, — удивился я.
— Ольга Ивановна много о чём умолчала, — хмыкнул Дубровский. — Она из вольных, поэтому, допускаю, что о многих вещах она даже не знает.
В этом мире я чувствую себя двоечником, попавшим в класс к гениям.
С одной стороны, всё чертовски интересно и вроде даже объясняют понятно, с другой — мои поиски походят на огромный клубок шерстяных ниток. Вроде тянешь и тянешь, а он всё разматывается и разматывается.
Сейчас вот, откуда-то всплыл Алхимик и ещё какие-то «многие вещи».
Всё это безумно интересно, но сейчас на первом месте стоит прокачка выносливости и силы.
— Ладно, — я сделал в памяти зарубку расспросить Дубровского насчет магии поподробней. — Что там со специями и зельями? Насколько это дорого?
— Зелья дорогие, — вздохнул Роман. — Специи подешевле, да я и сам могу часть из них найти.
— Но? — продолжил я, подспудно ожидая подвоха.
— Но это, опять же, не быстро и то, что я смогу сделать, максимум подстегнет развитие до второго ранга.
— Мда, — протянул я, заканчивая с разминкой и переходя к приседаниям. — Повторяй за мной! Уф! Предлагаю действовать так… Первое, работаем с нагрузками по моей программе… Второе, усиленно питаемся…, для чего нужно заслужить доверие и уважение Зинаиды Ивановны… Третье…
— А кто это? — простодушно поинтересовался Мирон, приседая вместе со мной и не забывая контролировать Славика с Филиппом.
— Повар наш, — переведя дух, ответил я, — после тренировки мы с тобой, кстати, идём ей помогать.
— А что…
— Позже, Мирон!
— Лады…
— Так вот… Уф! — подумать только, каких-то двадцать приседаний, а ноги уже дрожат. — Третье… Роман собирает травки и делает специи. Вам, главное, второй ранг взять.
— Вам? — тут же отреагировал Филипп. — А тебе?
— А я после дуэли взял, — отозвался я, — Ты Фил, приседай, приседай! Мирон, у нас нарисовался сачок…
— Эт мы щас поправим, — довольно усмехнулся здоровяк, примеряясь как бы половчее отвесить толстячку подзатыльник.
— Я приседаю! — тут же переобулся Филипп, косясь на здоровенную ладонь Мирона. — Приседаю!
— Вон, бери пример со Славика, — я показал на еле стоящего на ногах дрыща. — Уже сил нет, а он делает. Вот, что такое стальная сила воли!
Славик, который уже с трудом стоял на ногах, заметно приободрился и даже попытался выпятить колесом свою впалую грудь.
— Так вот, будет второй ранг, уже можно выходить на дуэли и, так сказать, естественным путем повышать его до третьего.
— Классрук сказал, что к концу года же! — возмутился Филипп.
— Нет у нас столько времени, Фил, — я наконец-то перестал приседать и дал мышцам передых. — Нам столько всего нужно успеть сделать…
— Что, например? — было видно, что толстячку понравилось, как я сократил его имя.
— Для начала заработать денег, — я принялся загибать пальцы. — На зелья и высококачественные специи. Вы как хотите, а я на развитии своего тела экономить не буду.
— Надо, — неохотно кивнул Роман, чьи ноги заметно подрагивали после приседаний. — Эх, говорил мне отец, что тело — это фундамент разума, но я его не слушал….
— Кстати, Роман, — при одноклассниках я решил называть Дубровского полным именем. — Когда будет встреча с родными, попроси для себя зелий. Чувствую, нам вскоре предстоит много всего интересного.
— Я хотел сам, — нахмурился было Роман, но я не дал ему договорить.
— Ты и так сам. А то, что род тебе поможет — так не для этого ли нужна семья? Помни, мы сейчас меняем деньги на время. И время однозначно ценнее.
— Хорошо, — подумав, кивнул гимназист. — Тогда попрошу отца и для вас достать зелий.
— Не стоит, — я покачал головой. — Это мы с тобой сейчас друзья, а для твоего отца мы будем инвестицией с непредсказуемым результатом. Для начала нам нужно показать, что мы и сами можем чего-то достичь.
— Но тогда и мне…
— А вот тебе не надо, — уверил я его. — У тебя тройка в Магии! Ты и так всю жизнь доказываешь, что достоин. Настал черед принять награду и развиваться дальше.
— Ты вроде младше нас, — с досадой произнёс Рома, — но какой-то не по-детски мудрый.
— Во-во, — поддакнул Филипп, — я тоже заметил.
— И я, — неуверенно кивнул Славик.
— Из учёных наверно, — пожал плечами Мирон, которого мало волновали высокие материи. — Ещё приседать-то будем?
— Будем, — кивнул я, чувствуя приятную боль в натруженных мышцах, — но завтра.
Пацаны тут же с облегчением выдохнули и заулыбались. Вот только я ещё не договорил.
— А сейчас отжимаемся! Три подхода по двадцать и в душ!
— А может… — начал было Филипп.
— Мирон!
— Всё-всё, отжимаюсь…
Видя, что ребята не спешат принимать упор лёжа, я показал им пример и еле-еле выдал двадцаточку.
— Уф! Давайте, ребят! Ещё пара дней и северян одной левой расшвыряем!
— Да я и сейчас любого из них, — возмутился здоровяк. — В бараний рог согну!