На краю Вселенной

Представитель «Сайлакс Индастриз» вздрогнул, обмяк и начал заваливаться вбок. Его придержали, аккуратно придерживая за плечи.
Все произошло буквально за доли секунды. Хоп – и корп спит сном младенца, разве что тихо не всхлипывает.
– Отличная координация, – похвалил я.
Незнакомец скользнул вправо, плавным движением присаживаясь на третий стул.
– Спасибо.
Тонкие пальцы установили на стол черный ромбик размером с кулак. «Коммуникационной терминал-блокиратор», – подсказала частичка сознания.
Худой палец мазнул по верхней части ромба, раздался щелчок. Терминал раскрылся на манер бутона, каждый лепесток переливался насыщенным изумрудом, отсветы играли на гранях, формируя неясные отражения.
– Красиво, – признал я.
Незнакомец хмыкнул.
– Предосторожность, – пояснил он.
Защита от прослушки, – понял я еще одной частичкой разума.
– Кто вы такой? – я невозмутимо поднял бокал с витамизированной водой и сделал небольшой глоток.
Сидящий напротив мужик был лысым и болезненно худым.
– Не узнал? – лицо человека прорезала кривая усмешка.
Я прищурился, отмечая микродвижения на совершенно незнакомой физиономии. Что-то знакомое, какое-то ощущение дежавю.
– Ромеро?
Лысый коротко хохотнул. Вел он себя нервно и дергано. Заметив мой красноречивый взгляд, агент «Фармген» объяснил:
– Вторая загрузка за неделю. Нервная система не справляется.
Понятно. Поганец прыгнул через сотню световых лет, используя технологию переноса сознания. Выстрелил себе в голову в подземном бункере на Гелии-6, а очнулся уже на Аркадии. Плевое дело, всего-то нужно переместить точку привязки.
– Как ты нас нашел? – я сохранял хладнокровие.
– Помог анализ модели поведения. Твой психотип есть в полицейском досье. Там нашлось много любопытного.
Корп прищурился.
– Ты знаешь, что по всем признакам ты социопат? – с интересом спросил он.
Я помедлил, окинул его внимательным взглядом, фокусируясь на нервный тик под правым глазом собеседника, и ответил вопросом на вопрос:
– А ты?
Ромеро весело рассмеялся.
– Ты прав. Наверное, все, живущие нашей жизнью, немного социопаты. Склонность к насилию, высокий индекс агрессии, неприятие общепринятых норм морали. Классика.
Он расслабленно развалился на стуле, соседство обмякшего тела без сознания его не смущало.
Я молчал, оценивая ситуацию. Корабль продать успел – это плюс. Информацию с координатами базы «Фармген» – нет, это минус. Плохо, основным товаром выступала как раз она.
– Знаешь, откуда это у тебя? – Ромеро глядел, смежив веки, тонкие руки лежали скрещенными на груди.
Отвлекаясь от собственных размышлений, я огляделся, отмечая отсутствие реакции со стороны остальных посетителей на происходящее в закутке. Перегородка, обеспечивающая приватность, стала неплохой ширмой от лишних глаз.
– Что откуда? – только после того, как понял, что шум никто поднимать и не думает, я отреагировал на новый вопрос.
– Склонность к социопатии, – прозвучало в ответ.
Надо сказать, разговор все больше и больше удивлял. Куда-то мы не туда двигались.
– В смысле? – недоуменно нахмурился я.
– В прямом, – корп сохранял на лице безмятежность.
О чем это он?
– Ты ведь понимаешь, что в лаборатории я не рассказал и половины правды. А кое-где и откровенно приврал.
Об этом нетрудно догадаться. С такой профессией ему сам бог велел никогда не раскрывать полностью правды, перед кем бы то ни было. Тем более перед пленником.
Это только в дешевых кино злодеи выкладывают все, хвастаясь перед побежденным противником, а потом получают по рогам и подыхают, так и не выполнив свои планы. В реальности такие глупости не происходят.
Другой вопрос: не хочет ли собеседник совершить подобную глупость сейчас?
– К чему это все? – я сделал вид, что едва подавил зевок, глянул на вырубленного представителя «Сайлакс Индастриз» и добавил: – Чего ты хочешь?
Мое показное равнодушие не обмануло Ромеро.
– Провалы в памяти, непонятные обрывки воспоминаний, мешанина в разуме – хочешь узнать, откуда все это в твоей голове?
Стало понятно, что он все еще надеется поймать меня на крючок. Думал, что забуду обо всем и брошусь расспрашивать, готовый пообещать за ответы все что угодно.
Примитивный прием. И вполне действенный. Желание узнать о своем прошлом жгло ярким огнем. Приходилось прилагать усилия, чтобы не выдать себя.
– Считаешь меня дураком? – я вонзил в Ромеро холодный взгляд жадной до плоти рептилии.
Помогло, клон вздрогнул и даже чуть отодвинулся. Раздался притворный смех.
– Узнаю старого Уилара Ханта, – он наклонился обратно, худые пальцы сжались на крае столешницы, и яростно прошипел: – Но ведь это не ты! Ты вовсе не Уилар Хант!
Теперь уже вздрогнул я. Что за дичь он несет?!
– Что, уже не так смешно? – продолжал шипеть Ромеро. В этой своей оболочке он походил на ожившего мертвеца.
– Разве я смеялся? – холодно откликнулся я.
Внезапно корп отшатнулся назад, на худощавую физиономию наползла маска отрешенности.
Лицевые мускулы недавно разбуженного клона еще полностью не адаптировались, поэтому смена выражения выглядела слегка жутковато.
– Ты похож на урода, вставшего из могилы, – поделился я, брезгливо кривя губы.
Эскар усмехнулся.
– Небольшая плата за возможность мгновенно перемещаться между системами, – корп оскалился: – Ты не сможешь продать сведения о местонахождении базы «Фармген».
Худая рука легла на затылок представителя «Сайлакс Индастриз», сжалась в кулак, захватывая приличный кусок волос, и приподняла его.
– Уже не сможешь, – повторил Ромеро и отпустил руку, голова корпа с глухим стуком ударилась о поверхность стола. – Слишком поздно. Эвакуация уже началась. Они просто не успеют прилететь вовремя.
Дерьмо! Если правда, то дело паршиво. Я рассчитывал на эти деньги. Или блеф? И попытка выиграть время? Кстати, почему он его не убил, а только вырубил? Профессиональная вежливость одного корпа для другого? Гребаные ублюдки.
– Мне становится скучно, – я поболтал стакан с витамизированной водой, помедлил и сделал еще один неспешный глоток. – Говори, что хотел, или убирайся. У меня нет времени на весь этот маскарад.
Ромеро оскалился, бледная кожа натянулась, на миг возникло ощущение, что из-под нее проглянул череп.