Двуликие. Клетка для наследника

Принц мрачно смотрел на Триш, а я тщетно пыталась переварить тот факт, что это, по-видимому, её брат… Значит, у Повелителя были ещё дети? И раз он говорит про себя «наследник», получается, что он не бастард, в отличие от Триш.
— Когда-нибудь я убью тебя, — сказал он с холодной яростью. Она усмехнулась, отошла к кошке и принялась разрезать верёвки, которыми были привязаны к столу её лапки.
— Кишка тонка, — ответила равнодушно, взяла несчастное животное на руки, погладила по шерсти — и кошка сразу обмякла. Интересно, она выжила?.. — И запомни, что я тебе говорила, эльфёныш. Я не шутила. Наука и живодёрство несовместимы.
Подхватив кошку поудобнее, Триш вышла из лаборатории, провожаемая на редкость злобным взглядом.
Пересекла коридор, пробежала по лестнице три пролёта вверх, а потом вновь — коридор, ещё один, и ещё лестница… И большая дверь со стражниками перед ней.
Кивнув им, Триш распахнула створки чуть ли не ногой, вломившись в чьи-то покои с диким грохотом, протопала через гостиную в спальню и положила раненую кошку прямо на постель с громким заявлением:
— Лечи!
Под одеялом что-то зашевелилось. А потом из-под него вылез сонный Риланд, Повелитель тёмных эльфов и отец Триш.
— Что? — переспросил, зевая и откидывая со лба прядь серебряных волос. К моему удивлению, он не возмутился и не стал орать на сумасшедшую дочурку, словно привык к подобным выходкам.
— Не «что», а «кого»! Вот! — Триш показала на кошку, и Повелитель наконец обратил внимание на бедное животное.
С него разом слетел весь сон.
— Что за…
— Понятия не имею! Какой-то гад! Назвался наследником! — К моему удивлению, Триш вдруг всхлипнула и разрыдалась. — Ты же обещал, что в твоём замке я ничего такого не почувствую! Эмирин сказала, это из-за переходного возраста, обострение дара, я чувствую боль животных… Ты же обещал, что у тебя в замке я буду в безопасности!!! Но он меня чуть не убил вместе с этой несчастной кошкой!!!
Риланд приподнялся на постели, обнял Триш и погладил её по голове. Значит, Норд говорил правду, и Повелитель со своей дочерью неплохо общались? Пришла же она к нему с кошкой…
— Ну прости, Риш. Я же не знал, что Эдриан решит в очередной раз проверить какую-то безумную идею.
— Эдриан?
— Да. Мой сын.
Она едва заметно усмехнулась.
— Интересно, почему у тебя все дети такие… ужасные?
— Может быть, потому что я сам такой же? Сейчас, конечно, получше, но в вашем возрасте… Я тоже мучил кошек.
Триш насупилась, и Риланд рассмеялся. Щёлкнул её по носу и сказал:
— Не дуйся. Иногда, чтобы мозги встали на место, нужно время. Мне их на место здорово поставила Эмирин. Правда, тогда её звали иначе… Но это не важно. У Эдриана такой вот Эмирин пока не появилось, так что не суди его строго. А кошку мы с тобой вылечим. Как новенькая будет. Только куда её потом?
Триш на секунду задумалась.
— А давай её Велу подарим? У него скоро день рождения. Я ему амулет один сделала, а ты вот кошку подаришь…
— Думаешь, он будет рад? — Повелитель иронично изогнул бровь.
— Конечно, — кивнула Риш. — Вел любит животных.
— Особенно волков…
Она будто бы заморозилась.
— Прости, — быстро сказал Риланд, заметив, что дочь отворачивается от него. А я тщетно пыталась понять, за что он извиняется. Но так и не поняла.
— Это пройдёт, — прошептала Триш, сжимая кулаки. — Пройдёт со временем. Он это перерастёт… Так говорит Ри, и я ей верю.
Девочка стояла к Повелителю спиной и не могла видеть его лица. Зато я — могла. И он смотрел на дочь с таким сочувствием, будто понимал что-то, чего не понимала она, но не хотел ей говорить.
— Я в любом случае буду его любить. Всегда буду! — крикнула вдруг Триш и… сон растаял.
 
 
51
 
***
 
Эмирин Аррано
 
Когда все ушли — и Коул с Шайной, и Дрейк, и дознаватели, — она села в кресло перед принцессой и спокойно спросила, глядя ей в глаза:
— Зачем ты это сделала, Нита?
Девушка вздрогнула и посмотрела на Эмирин. Сначала — неуверенно, а потом — с вызовом.
— Сделала что?
— Это ведь ты наложила проклятье на Хору. Ты, Нита. Зачем?
Принцесса шмыгнула носом, словно маленькая девочка.
— С чего ты взяла?
— Всё просто. Академия, знаешь ли, реагирует не столько на магию, сколько на агрессивный импульс. Но об этом редко задумываются. Если кто-то из студентов попытается в коридоре залечить себе царапину на пальце, эта магия не заблокируется. А вот если вы попытаетесь эти самые раны себе нанести…
Но удар Хоры заблокирован не был. И метку проклятья поставили в академии, девочка сегодня в город не ходила. Собиралась, но в итоге не пошла. Вариант тут в таком случае остаётся один…
Эмирин на миг замолчала, и Данита не выдержала — отвела взгляд.
— Агрессии не было. Поэтому академия и не заблокировала метку, поэтому не отвела от тебя удар. Ты приказала Хоре ударить саму себя, приказала без агрессии. Академия хоть и обладает подобием разума, всё же такие тонкости различать ей не под силу. Нет опасности — и ладно. Так зачем, Нита?
Девушка вскочила с кресла и начала ходить по кабинету ректора порывистым, нервным шагом.
— Обидно! — она не сказала, а выплюнула это слово. — Однажды просыпаюсь — Дамира нет, и дядя заявляет, что я отправляюсь сюда, а про брата ничего не говорит. Он здесь, я знаю! Чувствую! Но почему, почему вы ничего не объясняете мне?! Разве я ребёнок?!
— Данита…
— Нет! — закричала она, останавливаясь и сжимая кулаки. Всхлипнула и вытерла сбежавшую по щеке слезу ладонью. — Я такая же взрослая, как Дамир! Я его сестра! Я принцесса!!! Почему вы не доверяете мне?! Разве я не заслуживаю доверия?!
— Заслуживаешь. Послушай…
— А ты-ы-ы… ты вообще! Молчи! Я не знаю, что ты сделала, но не зря дядя двадцать лет не хотел тебя видеть! Только он… — Данита вдруг расхохоталась. — Он всегда выбирал себе любовниц, похожих на тебя. Золотые волосы, голубые глаза… И трахал их у себя в спальне, как собачек, сзади!
Эмирин почувствовала, что теряет самообладание. Как же хотелось встать и хорошенько шлепнуть этого зарвавшегося волчонка.