Апокалипсис

— Выйти на след? — переспросил я.
— Мы знаем точное местоположение обоих артефактов. Иначе бы не созвали это совещание, — ответил генерал, — мы можем снабдить вас точными координатами и описанием особенностей сооружений, в которых они находятся.
— Роскошно, — кивнул я, — буду очень признателен.
— Признательность тут ни при чем, — усмехнулся генерал, — мы ведь деловые люди, не так ли?
Я ответил на его пристальный взгляд молча, ожидая продолжения.
— Поправьте меня, если я где-то ошибаюсь, — сказал, наконец, генерал, — но эти два артефакта позволят вам собрать полную коллекцию тюрвингов. Означает ли это, что ваша организация… — он сделал паузу, усмехнулся, и продолжил: — то, что от неё осталось. Будет в состоянии завершить конфликт?
Я вздохнул. Положил руки на стол. После чего ответил:
— Мы знаем, что это позволит нам избежать считывания, — осторожно произнёс я, — даст ли это нам преимущество во внутреннем конфликте — я не знаю. Вы ведь обладаете информацией о главной угрозе нашему миру?
— Главная угроза — это люди, — немного резковато ответил Клемент Поликарпович, — и ничто не разубедит меня в этом.
— Я мог бы показать вам пару вещей, которые, вероятно, заставили бы вас поставить это утверждение под сомнение, — ответил я.
— С удовольствием посмотрю. Как только мы одержим победу в этой войне.
— Я сказал «мог бы», — возразил я, — это совсем не означает, что я готов реализовать это. Чего вы хотите, генерал?
Клемент Поликарпович оглядел подчинённых, все это время просидевших без единого движения, как живые статуи. Кажется, они даже не моргали.
— Ближайшая задача — получить преимущество, — ответил генерал, — дальнейшая — выиграть войну. Для этого нам нужно быть уверенными, что вы не решите переселиться, скажем, на другую планету, заполучив то, что вам нужно.
Я хотел ограничиться улыбкой, но не получилось; я рассмеялся.
— Я сказал что-то смешное? — по побелевшему лицу и сжатым скулам было видно, что генерал в бешенстве. Но мне было плевать.
— Да, генерал, — ответил я, — уж извините за прямоту. Просто вы такой серьёзный человек. Большая шишка. При вас подчинённые лишний раз бровью пошевелить боятся, — адмирал при этих словах скосил взгляд и поглядел на меня с интересом, — мне это напомнило старые бандитские фильмы.
— Да кто ты… — видимо, я перешёл грань — генерал сжал кулаки и поднялся со стола, но закончить фразу не успел: сработал сигнал интеркома на столе.
— Товарищ генерал-майор, она прибыла, — доложил адъютант по громкой связи.
Я в недоумении поднял бровь.
Генерал неожиданно успокоился и сел на место.
— Отлично, — ответил он, — проводи её.
Справа от меня распахнулись автоматические двери и в помещение вошла Катя.
— Привет! — она улыбнулась мне и помахала рукой, потом добавила, обращаясь к генералу: — рада познакомиться лично, Клемент Поликарпович.
— Проходите, присаживайтесь, — ответил генерал, — мы как раз обсуждали условия. Признаться, у нас едва не случилось недопонимания…
— Да, я спешила, как могла, — Катя подошла к столу и заняла кресло на противоположной стороне; на мой недоумённый взгляд она ответила улыбкой, и произнесла одними губами — но я, на пару мгновений включил режим, смог прочитать: «Ты бы не согласился. Извини».
— Отлично, — кивнул генерал, — вы официально будете назначены на должность советника и поставлены на довольствие.
— Спасибо!
— Как ты здесь оказалась? — спросил я, нащупав, на всякий случай, рукоятку тюрвинга перемещения в кобуре на поясе.
— Через тоннель, конечно, — Катя пожала плечами, — а в Кривандино меня встретил вертолёт.
— Зря, — сказал я.
— Я рад, что на вашей стороне есть разумные люди, — сказал генерал, — что ж. Учитывая, что мы договорились, я готов передать информацию.
Я посмотрел Кате в глаза. «Извини, — говорил её взгляд, — всё будет хорошо. Так надо».
— Хорошо, — кивнул я, — готов принять.
Клемент Поликарпович глянул на другого генерала и кивнул. Тот сделал какой-то сложный жест — и часть деревянной обшивки стены слева от меня отъехала в сторону, открывая большой экран. На нем появились цифры координат и схематическое изображение бункера, расположенного в северных предместьях Берлина и здания в традиционном стиле где-то на северной окраине Токио.
— Сколько вам нужно времени на изучение? — спросил генерал.
— Это не Киото, а Токио. Практикуете старые привычки? — сказал я и добавил: — Вы ведь знаете, что случилось с вашими людьми?
Генерал посмотрел на Катю. Но на провокацию не отреагировал.
— Я готов повторить их подвиг, если это будет необходимо, — пафосно ответил он.
Я усмехнулся. Значит, они всё ещё не докопались до правды о происхождении Братства. Меня это порадовало.
— Не думаю, генерал, — сказал я, — не думаю, что вы способны на то, что сделали они.
Генерал глянул на меня с лёгким недоумением; по крайней мере, он был достаточно умён, чтобы почувствовать скрытый смысл в моих словах. Что ж. Посмотрим, будет ли он достаточно усерден, чтобы докопаться до правды.
— Я увидел достаточно, — сказал я, после чего вошёл в режим снова и бросил беглый взгляд на экран.
До Токио мне, конечно, не удержаться в режиме — но схема была достаточно простой, чтобы не потерять нужные детали даже в обычном состоянии. А данные по Берлину я «сфотографировал» во всех деталях. Значит, туда и направлюсь в первую очередь. К счастью, шёл на встречу в полной экипировке. Предполагал, что, возможно, придётся отправиться немедленно. Так и получилось.
    
4
В прошлый раз меня поразило, насколько мирно выглядел Берлин во время страшной войны. Теперь меня поразило обратное: столица Германии тонула во мраке. В воздухе пахло гарью. Я сначала подумал, что город пострадал от погромов или других социальных катаклизмов. Но в режиме я быстро проанализировать распределение плотности воздуха, насколько позволял лунный свет, и пришел к выводу, что смог стоял от многочисленных печек в домах, которые, видимо, использовались для отопления: для европейского февраля погода стояла прохладная.
Впрочем, гулять по улицам сейчас времени не было — я уже начинал ощущать первые приступы голода.
Несмотря на ночное время и светомаскировку, сориентировался я довольно быстро: к счастью, ночь выдалась ясной.
Бункер был замаскирован по высшему разряду. Даже колонны вентиляционных шахт идеально копировали дуплистые деревья. Я обнаружил их только благодаря схеме, которую показал генерал.
Кое-как забравшись в огромное «дупло», я нащупал в боковом кармане негатор, вырубающий сложные технологические устройства, и активировал его. После чего полез дальше, в темноту, действуя согласно разработанному мной плану проникновения. В режиме это было не так уж сложно — но перед началом активной фазы я сделал перерыв в пол минуты, чтобы наскоро сжевать энергетический батончик.