Ученица черного мага

Постепенно толпа Умрановских родственников по мужской линии, стоявших в коридоре недалеко от двери кабинета главы клана Черных Нагов начала редеть. Зейраш смотрел на них, насмешливо кривя губы, и произносил мысленно:
«Давайте, валите отсюда, чем меньше вас будет, тем лучше».
Его все еще штормило после разговора с ДалгетХаном Умрановым. Не ожидал, что добьется своего так легко. Думал, что Наг упрется и откажет ему, не захочет породниться с ракшасом. И тогда ему придется забирать Машу силой. Он мог бы положить тут многих, но Зейраш понимал, что Маша не простит, это потом всегда будет стоять между ними. А она нужна была ему вся, маленькая мажорка, боящаяся пауков и грозы. Но ДалгетХан не отказал, и он был слегка пьян от своей победы и дезориентирован.
И да, протискиваться мимо будущих родственничков ему не хотелось. Потому Зейраш ждал, когда они разойдутся, чтобы беспрепятственно пройти.
Толпа постепенно редела, первыми ушли ребятки помоложе, потом ушел брат ДалгетХана Захри, и следом за ним Саха. Но перед тем как уйти, что-то шепнул на ухо Такару Ялабаеву и хлопнул его по плечу. Плевать было Зейрашу, зачем остался Янтарный и еще другой, кажется, его звали Инар. А вот то, что здесь остались асур и красавчик феникс, слегка бесило.
Особенно, когда эти четверо не спеша подошли к нему.
— С возвращением, — достаточно вежливо обратился к нему Такар.
— Спасибо, — проговорил Зейраш.
И уже хотел пройти мимо, как Инар (кажется, его так звали, этой Умрановской родни было столько, что Зейраш просто не запомнил всех) выдал:
— Добро пожаловать в наш клуб!
— Не понял, — Зейраш замер и нахмурился.
— В клуб Умрановских зятьев.
Трое засмеялись, асур, он был постарше, очень смуглый, его Зейраш видел впервые, сдержанно улыбнулся.
— Что здесь смешного? — спросил Зейраш.
А Инар протянул:
— Ну да, ты же еще не знаешь.
— Чего я не знаю? — Зейрашу это уже начало надоедать.
А тот хмыкнул:
— Такар, объясни ему.
— Видите ли, господин Архан, — проговорил Такар Ялабаев, подходя ближе, и как бы невзначай оглянулся на дверь кабинета, а потом обвел жестом остальных. — Мы все тут Умрановские зятья. А были женихами с солидным стажем.
Хотелось сказать: «А мне-то какое дело», но Зейраш слушал.
— Я ждал двадцать лет, — продолжал Янтарный. — Ты, Гадес? — обратился он к асуру постарше.
Гадес… Что-то это имя Зейрашу напоминало. Черт, он чуть не хлопнул себя по лбу. Смотрящий Северной Общины асуров! Сильнейший маг смерти. Хмммм.
— Двадцать лет, — кивнул Гадес и смежил веки.
Бредово звучало.
— Теперь ты, прекрасный принц, — со вкусом произнес Инар и перевел взгляд на красавца феникса, в котором явно прослеживалась кровь асуров.
 
Ширас. Да, видел Зейраш его жену тогда в клубе с асурами. Девчонка, затянутая в черную кожу. Уж ему с его смазливой внешностью явно ждать не пришлось.
 
А тот беззлобно фыркнул:
— Пошшел ты.
Потом сказал, вскинув бровь:
— Я дольше всех — двадцать пять. Сначала двадцать лет, но вот он, — и показал на Гадеса. — Увел мою невесту. А потом еще пять лет ждал, пока моя Амра вырастет.
— Ага, — радостно заржал Инар. — И все пять лет не менял носки!
— Вообще-то, большую часть из этих пяти лет я проторчал в цистерне с серной кислотой, — перебил его Ширас.
Зейрашу стало казаться, что они ему просто голову морочат.
— А ты? — обернулся он к Инару.
— А ему больше нас всех повезло, — лениво проговорил Ширас. — Всего пять лет с половиной.
— К чему вы мне все это говорите? — спросил Зейраш.
— Да так, господин Архан, — нейтрально проговорил Такар и потер нос. — Вам что сказал ДалгетХан?
Он невольно наморщился, вспоминая.
 
Даже если она согласится, тебе придется подождать, пока она закончит обучение.
 
Янтарный, видя, что он задумался, сочувственно хлопнул его по плечу:
— Крепись, брат.
Наконец все они разошлись, Зейраш остался в коридоре один. И как-то даже слегка тревожно стало после всего услышанного.
 
***
С террасы Машу сразу же увели, и она так и не узнала, что сделают с Зейрашем. А спрашивать не решалась, потому что мама Лера просто светилась от гнева. К тому же, туда набились все, и Маша готова была сгореть со стыда, оттого что она грязная и оборванная, да еще босиком.
А мама стремительно расхаживала по комнате, и вопросы вперемешку с угрозами «дикорастущему ректору» сыпались из нее, как из рога изобилия.
— Что он с тобой сделал?! Почему ты в таком виде?! Я убью его! А этому гаду пернатому все перья выщипаю! Он тебя трогал, этот тип?! Трогал, да, Маша?! Убью, гада!
— Он меня спас, мама! — не выдержала Маша наконец.
— От чего?! Только не говори мне…
— Там не такой мир, как наш! — Маша уже чуть не рыдала. — Там нет магии!
— Как это нет?!
— Вот так! Моя магия там не действовала, — взмахнула руками Маша. — Получалось только танцевать. И я смогла трансформироваться. И все!
Все молча на нее уставились.
— А Зейраш… господин Архан… Он ходил на охоту и построил шалаш, в котором мы спали! — выпалила она.
И только потом поняла что сказала.
— Так значит, шалаш?! — переспросила Валерия Умранова, темнея лицом. — В котором вы спали?! Да еще ты была вся в крови! Я убью его!
— Мама, прекрати! Он спас меня!
— От чего?!
И тут Маша заговорила быстро-быстро, захлебываясь, потому что слишком свежи были те ужасные воспоминания:
— Там не такой мир, как наш, у него грань подвижная, перемещается, ходит! А после грозы она разбухает! Как… Как губка! Или паутина. И все, что окажется рядом, затягивает в нее. Она… впитывает это и встраивает в свою структуру. Переваривает… Меня затянуло. И если бы он не разорвал грань, я не знаю… У этой паутины такие острые нити, и они стягивают сильно-сильно. У меня была рана не шее, я чуть не задохнулась.
Она еле выговорила это все и замерла, глядя на всех.
Несколько секунд висело молчание, потом мама Лера выругалась сквозь зубы на пернатого и сказала:
— Так! Подожди, все надо выяснить. Я сейчас иду к отцу!
Но не успела Валерия выйти из комнаты, как ДалгетХан Умранов сам явился к ним. Оглядел всех и произнес:
— Зейраш Архан просил у меня разрешения жениться на Маше.