Серебро ночи. Примум. Книга 2

– Сними с нее свой камень! – сердито попросил Ферруна. – Он ее убивает!
Сняв амулет, сияющий синеватыми огоньками, Феррун посмотрел на него и сказал:
– Серебро ночи здесь ни при чем. Она сама отдала слишком много сил, уж очень большая была толпа. Не думаю, чтоб с ней случилось что-то плохое.
Он положил руку ей на лоб, желая помочь, и прислушался. Потом вздохнул и пробормотал с досадой:
– Да, кровь не лечит кровь. Ничем помочь я ей не могу.
Альберт обреченно топтался рядом, в ужасе глядя на все больше бледнеющую спасительницу. Как ей помочь, он не знал и только приказал немедленно позвать целителя.
Убежавшая герцогиня вернулась с фиалом темного стекла, полного какой-то вонючей смесью, и поднесла его к носу Амирель. Та вдохнула, закашлялась и очнулась. Сильвер с горечью провел пальцами по ее вмиг запавшей щеке.
– У вас черные тени под глазами, – с ужасом вскрикнула Анисия, глядя на девушку. – И вы выглядите как восставший покойник!
Амирель села, обессиленно прислонившись к спинке дивана.
– Их было слишком много, – признала она, задыхаясь. – Такое напряжение мне не по силам.
– Да, с парой тысяч ты еще справляешься, но число поболее тебя убивает, – с досадой признал Феррун. – К южакам тебя выпускать нельзя.
– Боюсь, на них мое внушение и не подействует, – Амирель приложила тонкую руку ко лбу и энергично растерла кожу, чтоб прояснить гудевшую от напряжения голову. – Их шаманы наверняка умеют предотвращать что-либо подобное. Да и сами владеют даром внушения.
– Это так, – подтвердил Сильвер. – Иначе отчего даже воинственные и осторожные имгардцы попадаются на удочку этим сладкоголосым типам? Ведь ясно, что те лгут, причем нагло, но тем не менее все, кто с ними говорил, им верят.
Вошедший целитель подал Амирель фиал с густым душистым настоем. Понюхав его и даже лизнув, она медленно, маленькими глотками выпила все, вернула фиал и искренне поблагодарила сочувственно глядевшего на нее мужчину:
– Спасибо, мне стало гораздо легче.
– Рад был помочь! – он поклонился и ушел, оставив их заканчивать важный разговор.
– Но где и когда Борен встречался с этим жутким ханом? – герцогиня восторженно смотрела на спасшую их девушку, не забывая, однако, о государственных делах. – Я об этом ничего не слышала, хотя надо признать, о его темных делишках я мало что знаю, от меня все старательно скрывалось.
– Я благодарю вас, прекрасная Амирель, за наше спасение, – сверкая глазами, с искренним чувством сказал король, охваченный восторгом от нахлынувшего чувства облегчения, – если б не вы, нас ждала бы весьма печальная участь.
– А вы знаете, что не только те, кто был на площади, давали эту клятву? – Огилви смотрел на Амирель не столько с благоговением, сколько с опаской. – Все, кто был во дворце и даже не мог ничего слышать, все встали на колени и поклялись в верности нашему королю.
– Это так бывает всегда, внушение идет не словами, а образами, – Феррун небрежно поигрывал брошенным в него Бореном кинжалом и неожиданно добавил: – Но у меня осталось очень мало стрел.
– Я не знала, что на тебе кольчуга, – Амирель вспомнила, как от Ферруна отлетел этот самый кинжал. – Ты надел ее специально, зная, что амулет придется отдать мне?
– А я о своей кольчуге никому и не докладываю, – с задранным носом пояснил тот. – Не думаешь же ты, что от меня отскакивают вражеские кинжалы и стрелы просто потому, что я сделан из железа?
– От тебя всего можно ожидать, – полусерьезно-полушутливо заметил Сильвер. – Но что ты теперь собираешься предпринять? Поедем обратно в Терминус?
– Уже темнеет, – беспокойно заметил Альберт, которому вовсе не хотелось так сразу расставаться с Амирель. – Вам стоит отдохнуть с удобствами здесь, вы же наверняка утомились за столько дней в дороге, да и обратный путь вам предстоит неблизкий, а уж завтра решите, что делать и вам, да и нам.
– Пожалуй, это верное решение, – поддержала его герцогиня. – Теперь, когда осада снята, мы сможем хотя бы накормить вас как положено.
Амирель с Сильвером посмотрели на Ферруна, ожидая его решения.
– Хорошо, – согласился он, – останемся до завтра. Но скажите мне, – требовательно обратился он к фарминцам, – где была столица Луринии?
Те удивленно переглянулись.
– Луриния? – герцогиня высоко вздернула светлые брови. – А что это такое?
– Я тоже ничего об этом не слышал, – одновременно заверили король и его главнокомандующий.
Феррун разочарованно застонал.
– Это королевство, которое разделили между собой Терминус и Фарминия. Я пытаюсь выяснить, где была его столица и стоял королевский дворец.
Король неуверенно предложил:
– Можно позвать нашего знатока истории графа Форта, он как раз здесь.
Слуга убежал и вернулся минут через пять с недовольным такой поспешностью стариком.
– Извините, что мы вас потревожили, граф, – с пиететом обратился к нему король, но нам нужно знать, где находилась столица Луринии?
К удовольствию Ферруна, старику не пришлось объяснять, что это такое.
– Этого теперь никто не знает. Предполагается, что она располагалась возле границы с Терминусом, но где точно, в истории не сохранилось. Уж слишком давно это было, или, возможно, это было скрыто нарочно, но с какой целью, непонятно. Что-то еще? – он укоризненно взглянул на своего короля и тот поспешил его заверить, что на этом все.
Старик едва поклонился, развернулся и ушел, а Феррун с досадой произнес:
– Ну вот, зря я сюда ехал! Как теперь выяснить, где была эта самая столица? Ну да ладно, мне нужно собрать свои стрелы. Да и коней я приведу.
Не дожидаясь ответа, он выскочил на балкон и легко спрыгнул вниз. Герцогиня с королем дружно ахнули и кинулись к перилам, боясь за него. И увидели, как он безжалостно вырывает из трупов свои стрелы.
Анисия пошатнулась и закрыла глаза руками.
– Какое варварство! – прошептала она и чуть слышно всхлипнула. Тут же извинилась: – Простите меня, я такая неблагодарная!
– Феррун в каком-то отношении настоящий дикарь, вы правы, – сокрушенно вздохнула Амирель. – Но он великий воин и не нам его судить.
– У него удивительные стрелы, других таких нет, – вступился за спутника Сильвер. – Я на его месте сделал бы тоже самое.
– Да, стрел мало, а людишек, с которыми приходится воевать, много, – рассудительно заметил Огилви. – Он все делает правильно, я тоже так считаю.
Герцогиня обменялась с Амирель понимающими взглядами и одновременно осуждающе выдохнули:
– Мужчины!
В комнату заглянула женщина в белом колпаке и заляпанном разноцветными пятнами фартуке.