Рыжая

– Даже если и осталось, рисковать нельзя. Нужно срочно определить объем ущерба и решить проблему с питанием.
– В трех днях пути планета Ло́ян, там можно остановиться на ремонт и закупить продукты,– заметил Данир.
– Или заказать, и флот доставит… Возможно, возьмет нас на борт для ремонта,– предложил Атамус.
– Каллиста, свяжись с научным советом, доложи ситуацию, затем запроси помощь у военного флота,– велел Пол.– Данир и Ружена, определите степень поломки и сообщите Каллисте. Атамус, проверь остальные системы.
Я стояла у стены и все терла нижнюю губу, которую еще пекло.
– Больно?– взволнованно спросил Пол и коснулся моего подбородка. Я кивнула.– Пойдем в медотсек, нужно исключить ожог слизистой. Каллиста, тебе нужна помощь?
Та отрицательно мотнула головой и побежала в командный отсек.
Пока Пол осматривал меня, по громкой связи услышала все новости от команды. Утечка газа, отвечающего за систему гравитации, была серьезной. Он разъел не только продуктовый блок, но и повлиял на замыкание электроники в полу инженерного отсека второго уровня станции. Последствия могут быть тяжелые, если вовремя не встать на ремонт.
Каллиста сообщила, что не может связаться с альянсом, вероятно, из-за этого замыкания. Я надеялась, что проблему решат быстро, иначе не смогу связаться с Тадеско. И решение нашлось.
Когда перекрыли вентиляцию и заблокировали место утечки газа, всех пригласили в спортивный зал.
– Мы не можем ждать,– заявил Пол.– Пока ничего другого не нарушилось в системах станции, я принимаю решение встать на ремонт на Ло́яне. Планета не враждебная альянсу, думаю, примет научную станцию. Каллиста, у нас есть хоть какая-то возможность связаться с ней?
– Пока никакой. Подойдем ближе, на низкочастотном канале можно послать сигнал.
– Атамус, курс на Лоян. Снять щиты, пусть их системы безопасности просканируют станцию без препятствий. Ружена, проверь еще раз все системы. Затем все возвращаемся к работе. Ничего страшного не происходит. Все поправимо. Каллиста, следи за возможностью связаться с Лояном.
Я напряженно выдохнула, надеясь, что последствия моего решения сполна оправдаются, переглянулась с Полом и вернулась в лабораторию. Теперь можно было спокойно поэкспериментировать с блокаторами и активаторами ПИ-7.
Я полностью переключилась на цель и выполнила рекордный для себя объем работы. К вечеру, когда хотелось есть, а в голове начали появляться тревожные мысли, как все сложится на Лояне, решила, что мне нужна разрядка.
* * *
Едва завидев Пола, такого домашнего: босого, в свободных брюках, без майки – я набросилась на него сразу, как только переступила порог каюты. Но он не был груб, отстраняя меня за плечи, старался не обидеть. А я ничего не хотела слышать и понимать. Он нужен мне сейчас!
– Саша… Мы не можем… здесь,– нехотя уворачиваясь от моих поцелуев,– прошептал Пол.
– Мы можем…– наступала на носочках я, целуя и подталкивая Пола к постели.– У нас поломка, Адамиди решали вопрос о перераспределении мощностей. В каютах система слежения отключена…
Пол больше не думал, потому что доверял и безумно скучал.
– Отключи громкую связь,– прошептала ему в шею, когда его руки забрались под мою майку.
Не отрываясь от моих губ, он дотянулся до интерактивного стола и отключил все: связь, оповещения, яркий свет…
– Ты меня с ума сводишь!– падая со мной на кровать, застонал он, когда я укусила его за ухо.
– Замолчи…
Я закрыла его рот ладонью и расстегнула ширинку свободных брюк. Он ахнул и выгнулся навстречу, когда я обхватила его горячий напряженный член и подвигала вверх-вниз рукой. Затем крепко схватил меня и перекатился, а нависнув надо мной на одной руке, второй быстро снял лишнюю одежду.
Наше дыхание перемешалось… Его шепот, признания в любви… Мои стоны и мольбы войти в меня и сделать это быстро и жестко…
Я хотела чувствовать его внутри себя, ощущать, как наполняюсь чем-то несравненно прекрасным и ярким… Внутри плавилось от его ласк. А от вида упругого тела и терпкого мужского аромата охватило настолько сильное возбуждение, что сама не знаю, что вытворяла. Будто меня кто-то учил таким порочным ласкам, таким странным и сжигающим всякие границы, что Пол иногда замирал от того, что я делала ртом или руками… А мне было так хорошо, я забывалась в сплетении наших разгоряченных тел и освобождалась от груза нерешенных вопросов… Никакая медитация не заменит такое освобождение от напряжения!..
Это сумасшествие продолжалось почти всю ночь с небольшими перерывами… Мы были голодны, обессилены, но счастливы…
После очередного душа мы лежали в полной тишине утомленные, расслабленные, и я ощущала, что все так, как и должно быть сейчас: я здесь, и Пол рядом. Его горячая ладонь медленно скользила вдоль позвоночника, а я разглядывала его умиротворенное лицо и млела от нежной ласки.
– Откуда этот шрам?– целуя тонкую светлую полоску на плече, спросил он.
Мое тело не сохраняло шрамы, все больше душа, но этот был свежим. Не хотелось вспоминать о мрачном, но и лгать тоже. И я почти не обманула, вспомнив случай, когда сделала это сама.
– Напоролась на дерево в парке…
– Не помню у тебя его в колледже.
– Ты не можешь этого помнить,– улыбнулась я.
– Твое тело – до мельчайших подробностей,– прошептал он в шею.
– Уникальный мужчина!– поднялась я и жадно поцеловала его.
Я благодарила тьму, что она отобрала у меня память на тот короткий час в апартаментах хомони… Возможно, если бы я помнила все, то не смогла бы подпустить к себе ни одного мужчину. Но Пол заговорил о том, о чем я надеялась не вспомнить.
– Саша… У тебя был кто-то до меня?
Я посерьезнела и прищурилась. И все, что случилось между мной и ним, вдруг как-то присыпало горьким осадком прошлого. Я опустила голову на подушку и глухо произнесла:
– Ты поверил словам моего брата?
Стало заметно, что ему самому неприятна эта тема, но ведь он как-то понял, что я не невинная девочка. И даже если это так, Пол продолжал просто смотреть на меня, и в его взгляде не было осуждения. Но меня это не устраивало.
– Нет. Это не правда. У меня была травма в детстве. Тогда же, когда сломала нос. И медобследование это подтвердило… Поэтому меня никто не выбрал на торгах, наверное…
– Это он?– нежно проводя пальцем по моей переносице, прошептал Пол.
– Нет, что ты… Он никогда меня не обижал… Болтает много, когда сердится, и только…
– Я так не думаю…
– Ты слишком много думаешь,– ловко поднялась я и накрыла его губы своими.
– Ты очень скрытная… Никогда не рассказывала о себе и своей семье. Я тебя почти не знаю…