Рыжая

– Куда мы идем?– спросила я.
– К хранилищу. Оно выше на два уровня,– сухо ответил Тентар.
Мы продвигались медленно, туннель не был предназначен для свободной прогулки. Тентар остановился на минуту и каким-то датчиком проверил стену слева от нас.
– Уверен, что нужно идти в само хранилище?– осматривая потолок и стены, спросила я.
– Здесь ты ничего не сделаешь. Система охлаждения не пропустит в сеть станции. Нам нужно попасть в другое помещение.
Я терпеливо вздохнула.
– Не волнуйся, я доставлю тебя в нужное место,– снова в его голосе появились заботливые нотки.
«Не надо быть таким хорошим, Тентар,– с досадой подумала я.– Я даже думать о тебе не должна…»
Вскоре мы доползли до места, где туннель значительно сужался, и вокруг не было другого хода, кроме как назад. Невольно с губ сорвался тяжелый вздох.
– Я знаю, что ты ищешь,– неожиданно заговорил хомони.
Я молча отвела глаза на свой коммуникатор: связь с системой станции действительно не устанавливалась. Это начинало нервировать. Но заметила несколько пропущенных уведомлений от Рига.
«А этому что надо?»
– Ты поэтому зарабатываешь таким опасным способом, чтобы излечиться и вернуться?– продолжил он.
При свете экрана коммуникатора его взгляд показался сочувствующим. Я вспомнила нелепую ложь Дари и закатила глаза.
– И это повод быть таким бестактным?– хмыкнула я.
Он хмуро отвел взгляд, а на щеках заиграли желваки.
– О-о, только не говори, что ты военный и поэтому тебе можно,– вспылила я.
– Я и не думал…
– Еще как! Это ваш основной аргумент. Творите, что вздумается, а потом заявляете: я хранитель закона…
– Почему ты так предвзята?– резко повернулся он и задел меня плечом, и я, чтобы не упасть, уткнулась лбом в его широкую грудь.
Раздраженно оттолкнувшись руками, я вскинула на него глаза и прошипела ругательство на русском.
– Я заметил, твое отношение к моему народу. Ты вся будто каменеешь, когда смотришь на нас… И ты не кодекса боишься. Что не так?
– Может, это тайная ненависть?– сделала я страшные глаза, а когда Тентар смятенно поднял голову, то ядовито улыбнулась:– Не все ли равно? Хомони презирают людей, люди – вас. Полнейшая гармония!
Он мрачно свел брови, мазнул сожалеющим взглядом по моим губам и отвернулся.
– Ты сам-то не боишься, что нарушаешь несколько законов, не говоря уже о военном кодексе?– полюбопытствовала я.
– Я доверяю Дари,– сухо ответил тот.– Мне известно, что наше медицинское сообщество не будет делиться своими разработками с людьми, не пригодными к браку. Им нужен здоровый генетический материал. Я этого не одобряю.
Мне не понравилось, как это прозвучало. Я поморщила нос и насмешливо заметила:
– Так это жалость развращает добропорядочного хомони?
Он посерьезнел и проворчал:
– Хочешь быстрее закончить, двигайся живее!
– Куда?!
– Наверх!– кивнул он, и над нами тут же открылся люк.
Тентар поднялся первый, а затем протянул мне руку. Но я прекрасно обошлась без помощи: подтянулась, уперлась носками в стены и ловко проскользнула в отверстие. Едва я подтянула ноги, как люк тут же захлопнулся. Тентар лишь фыркнул что-то себе под нос на древнем и огляделся.
– Здесь подождем окончания рабочего дня.
Я взглянула на коммуникатор – это еще пять часов наедине с ним.
«Ну спасибо, Дари, удружила!»
– Не проще ли было попасть в инженерный отсек?
– Который выше еще на семь уровней, не соединен сетью с хранилищем и где каждые три минуты курсирует охрана?– снисходительным тоном выдал Тентар.
«Спасибо!– мысленно проворчала я.– Запомню на будущее».
Это помещение было намного свободнее туннеля, но замкнутое: два широких шага вперед, три шага в сторону, хоть высокое и кислорода хватало.
Я сняла шапочку и чуть расстегнула комбинезон на груди. Становилось душно. Тентар отошел к противоположной стене, тоже снял шапочку, сунул ее в карман и опустился на пол. Я снисходительно глянула на его вытянутые ноги: мне совсем не оставалось места. Но тот только уронил затылок на стену и прикрыл глаза.
Простояв несколько минут и разглядывая при свете коммуникатора абсолютно гладкие стены, я смиренно выдохнула и села в противоположном углу, подтянув колени к груди.
В полном молчании мы просидели пару часов. Тентар даже не шевельнулся, похоже, дремал. Я же не представляла, как выбраться из этой коробки и куда это приведет. Сообщения к Тадеско не доходили: связи не было.
Еще через час Тентар открыл глаза, включил коммуникатор и, сидя, стал осматривать стены. Его луч света был гораздо мощнее. Я разглядела тонкие швы, соединяющие металлические панели. Но там, где они были заметны, панели такие узкие, что даже мне не протиснуться.
Я вопросительно взглянула на Тентара. Тот поднялся и, двигаясь по периметру, внимательно изучил стены. А потом снова сел и задумчиво уставился на меня.
Он продолжал молчать. Не дразнил. Не ерничал. Но смотрел пристально, цепко, будто впитывал взглядом. Стиснув зубы, периодически бросая на хомони короткие взгляды, я терпеливо ждала.
«Каково это быть с ним? Красивый, сильный, спец в инженерии… Отзывчивый и гордый – это даже забавно… Не похож на обычного хомони… Дари очарована хомони… Анекс нарушает законы своей расы… Что происходит? Так много странных совпадений… Или это я привлекаю в свою жизнь одних негодяев? Впрочем, вряд ли негодяи ограничиваются хомони, люди – те еще жалкие твари, самоутверждающиеся за счет своих детей».
– Что-то ты на себя не похож,– не выдержала я.– Обычно такой болтун…
Он лишь сузил уголки глаз и иронично выгнул бровь.
– Неужели красотка Анекс прибрала к рукам?
– Ревнуешь?– невозмутимо парировал он.
Я не нашлась с ответом и только беззвучно рассмеялась. Но он не отвел взгляда и с загадочной полуулыбкой продолжал разглядывать меня.
– Достойных женщин не так уж и много. И Анекс одна из них,– ответил он, когда я успокоилась.
– Конечно! И она хомони!– вскинула вверх указательный палец я.
– Это не главное, зато она всегда оказывает самый горячий прием,– и я догадывалась, на что он намекает.
– Ты всегда требуешь к себе особого внимания?– с издевкой улыбнулась я.– В детстве недолюбили?
– У меня не было детства,– посерьезнел Тентар, и я даже отвлеклась от коммуникатора, чтобы убедиться, верно ли расслышала. Его взгляд был подтверждением.
– Не люблю жалостливые истории,– равнодушно пожала плечами я и поднялась, чтобы размять ноги. Но что-то в его взгляде зацепило.