Моя прекрасная преподавательница, или беременна от студента

Вяземцев аж вздрогнул! Мать твою! Ее ведь тоже звали Алина. Алинка! Вспомнились смешные хвостики с бантиками, веселые карие глаза и милая улыбка.
— А вот сейчас… — продолжила Марьяна Федоровна.
— Я выгляжу таким же придурком? — усмехнулся Кат.
— Мужчиной, который нашел свою женщину…
— Надеюсь, и она меня выберет…
— А, что, есть сомнения? — Марьяна Федоровна очень удивилась. — Ты умный, красивый, богатый… Чего ей еще надо?
— Она хочет мне доверять…
— Мм… — Марьяна отпила еще кофе и сделала вывод: — Значит, это достойная женщина. Не твоя Катька «раздвинь ноги пошире».
Кат усмехнулся. Так называла всех его временных пассий Марьяна.
— Да. Она очень серьезная. Правильная. Даже слишком. И у нее сын.
— Сколько ему?
— Вроде шесть лет.
— В таком случае, первый мой совет — подружись с мальчиком. Ты можешь носить женщину на руках, выполнять все ее желания еще до того, как та их высказала… Но если не нравишься ее ребенку — у вас так ничего и не выйдет.
— Все так серьезно? — заволновался Кат.
— Да. Для правильной женщины — да. Это тебе не те финтифлюшки, которых ты соблазнял на светских раутах. Все эти «раздвинь ноги пошире». Настоящая женщина обожает своих детей. И дети всегда победят, если встанет выбор между ними и мужчиной…
— Тогда… Может, что присоветуешь?
 
Глава 8
Алина
Несколько дней прошли вполне буднично. Консультации, досдачи и прочая суета перед экзаменами. Преподаватели грудью вставали за свои принципы, у кого они еще оставались. Студенты шли напролом, как камикадзе, готовые на все, чтобы сдать и получить допуск… На все, кроме того, чтобы нормально позаниматься. Ведь есть столько более важных дел… Компьютерные игры, встречи с друзьями, вечеринки, наконец! Как тут успеть?
Как всегда, преподаватели пополняли свои копилки студенческих перлов, достойных запечатления в камне.
— В дырочном полупроводнике есть дырки, а в электронном — электроны. Они проводят ток.
— И куда же дырки проводят ток?
— В розетку.
— Хотя бы сумку-то помогают донести? Тяжело, наверное.
— Резонанс — это явление совпадения чистоты и скорости…
— Это вы про качественную уборку?
— Безразличное равновесие — это когда невозможно вывести систему из себя…
— Видимо, эта система выпила хорошее успокоительное. Какое, не подскажете? Мне бы сейчас не помешало.
Без чувства юмора в вузе делать нечего. Особенно преподавателям. Тут либо смеяться, либо плакать. А плакать над результатами собственного труда следует только повару, который шинкует лук…
Каждый вечер мне домой приносили новый фруктовый букет, который мы с Тошкой и Фирдаус Шамсутдиновной моментально съедали.
В каждом букете находилась открытка с одними и теми же словами «Чтобы ты пока меня не забыла и ждала нашей встречи с таким же нетерпением, как и я».
В день нашего с Катом свидания, я не знала, что бы надеть. Перемерила все в гардеробе и оказалось, что большинство нарядов морально устарели. Некоторые стали велики, а другие просто вышли из моды.
В общем, я плюнула на все и надела розовое платье по фигуре.
Тошка посмотрел, показал большой палец и оценил:
— Мама, ты самая красивая!
Я улыбнулась. Что ж… Если даже с Катом ничего не получится, у меня всегда есть мужчина, который не предаст и не разочарует. Мой замечательный сынуля.
Шофер приехал за нами ровно в двенадцать часов дня на шикарном черном джипе.
Фирдаус Шамсутдиновна помогла Тошке пристегнутся на бустере, и мы понеслись в неизвестность…
Пока машина оставляла позади снежные пустыни полей и деревья, укутанные в белые шубы, я постепенно понимала — куда мы едем. В элитный поселок, куда не всем есть дорога.
Здесь селились многие городские шишки.
Огромные территории, с ледяными скульптурами, фонтанами, мраморными вазами для летних клумб, окружали гигантские постройки. С башенками, витражами, куполами, пристройками. Похожие на дома английских аристократов века восемнадцатого, готические замки и дворцы в стиле барокко. Отстраивались тут, кто во что горазд.
Дом, куда мы держали путь, впечатлил меня и даже порадовал.
Выстроенный в спокойном, классическом стиле, с башенками и витражными окнами в них, он не казался аляповатым или слишком уж вычурным.
Просто красивым, богатым и эффектным.
Тошка подскочил на кресле и выразил наше общее мнение:
— Кру-уто!
Нас впустили на территорию с будки охраны, где томились два бугая с квадратными челюстями.
Машина быстро прошуршала по мощеной дорожке, вычищенной так, словно и снегопадов-то в городе не было.
Мы поднялись по высокому крыльцу, с полукругом синего стекла над лестницей и вошли внутрь.
Кат уже ждал у дверей, словно дежурил тут с самого начала.
И первое, на что я обратила внимание — его одежда.
Черт меня побери, если это был не костюм Вархара Изилади из романа Ясмины Сапфир «Убить нельзя научить». Именно так варвар, скандр и маг, управляющий светом, явился на бал в «Академии Войны и мира».
Узкая футболка в сеточку демонстрировала внушительные мускулы Ката. Я аж загляделась. Свободные брюки не скрывали красивые ягодицы.
— Моя женщина-преподавательница! — воскликнул в стиле Вархара Кат.
— Меня что унесло порталом на перекрестье миров, где расположены магические Академии? — усмехнулась я.
— Да! Дверь дома — портал! — радостно сообщил Кат и… нас окружили вполне узнаваемые по роману персонажи.
Высокие жилистые ребята и девушки в белых робах и свободных брюках с лицами, раскрашенными под древесную кору. Очень даже натурально. Я поняла — они изображали расу людей-деревьев — таллинов. Другие носили узкие темные водолазки и брюки, что девушки, что парни. У парней при этом были пышные бакенбарды и волосы практически стояли дыбом. Ага… люди-львы, истлы. В футболках, которые едва не лопались на мускулистых торсах, мешковатых брюках или шотландских юбках ходили самые крепкие и брутальные аниматоры. Обязательно с косами. Так, скандры — в брюках, мрагулы — в юбках.
Леплеров — еще одну фантастическую расу изображали крепкие и самые низкорослые ребята в таких нарядах, словно пытались изобразить светомузыку в движении. Все на них сверкало и бликовало.
Тошка захихикал и Кат подал ему руку.
— Рад представиться. Я кавалер вашей мамы, молодой человек. И предлагаю вам пока насладиться весельем в детской комнате.