"Фантастика 2023-93". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Так что, класть все свою небольшую армию ради упрямых жителей не стану, если она не вырастет побольше.
В замке к нашему возвращению опускают ворота и поднимают решетку как раз, к моменту проезда по мосту.
Работа понемногу снова налаживается, я приказываю выпустить горничных из подземелья, оставив там только последнюю дворянскую семью и управляющего.
Квартирует он, кстати, в отдельном домике для прислуги самого высокого уровня в замке, стоит тоже и у него провести обыск, наверняка, пожилой мужчина накопил разного добра за долгую службу богатому хозяину.
Конфискация в пользу трудового народа — это наш метод борьбы со старой элитой и их прислужниками. Требуется только помнить, что они ничего не забудут и щадить никого нельзя изначально.
Возвращать его на прежний пост я не собираюсь. Не стану вообще никого оставлять из прежних слуг, приближенных к донжону, эти два грамотных паренька и одна девушка смогут со временем заменить нам всех прежних доверенных лиц.
Может, у них нет необходимого опыта, но и зависят они только от нас с Норлем своим будущим возвышением и судьбу должны связывать только с новой властью.
Вечером я общаюсь с молодыми переводчиками, пока мой приятель отправился к одной пышке, чтобы доказать ей свой интерес. Крупная такая женщина работает на общей кухне, Норль ее заприметил во время моей речи и теперь берет в оборот.
Это и хорошо, новые хозяева замка наглядно показывают, что не отрываются от простого народа и не только декларируют свою заботу о нем. Но и спят с этим самым народом непосредственным образом и по много раз за ночь.
У меня пока никого не присмотрено для постельных радостей, больше всего для такого дела пошла бы пленная дворянка, но, возвышать ее я не стану, найду себе тоже кого-то попроще и понятнее народу.
Еще придется занять тот маленький соседний замок, в котором не хватает взрослого и молодого ортов и двенадцати стражников. Кто там остался за хозяина, непонятно, в любом случае нашу узницу можно перевезти туда, потому что отпускать ее нельзя, а казнить вместе с детьми слишком жестоко.
На свободе она точно начнет поднимать против нас соседних феодалов, уверяя их, что она последняя законная хозяйка очень прибыльного владения. Ей есть что рассказать и пообещать небогатым ортам.
Молодежь понемногу разбирается с записями в книгах, но, говорит, что потребуется примерно неделя, чтобы свести дебет с кредитом.
— Ничего, разбирайтесь подробно и достоверно, спешки никакой нет. Дело для вас новое и я стану проходить его вместе с вами, просто будете мне еще преподавать местное письмо и алфавит для начала.
— Да, придется еще составить список всего народа, живущего в замке, и кто сколько получает на руки денег, — вспоминаю я про обещанную выдачу жалованья и обещанную премию для тех, кто захватывал замок.
Продуктов и всяких припасов в замке собрано на наше теперешнее населения не менее, чем на год автономной жизни. На наше войско в сто пятьдесят воинов и примерно восемьдесят человек из обслуги, живущих при замке и работающих за небольшую плату, ведь проживание и питание обеспечивается за счет хозяина.
Крестьянская армия встанет на зимние квартиры вокруг своих+ двух замков и всю зиму может простоять там. Особенно, если мы окажем им продовольственную помощь, а значит, начнем со временем собирать налоги с наших крестьян, которые и так собирать положено, чтобы не забывали, что хозяева у них все еще есть и они в силе.
Пока я вспоминаю, что забыл вчера раскидать полученные проценты к рейтингу за убитых мной лично двадцать с небольшим стражников и ортов, вхожу в меню, где вкладываю полученные девяносто шесть процентов в свое последнее свободное умение, теперь оно у меня четырнадцатого уровня и есть еще тридцать с лишним процентов в запасе.
У пожилого орта Вильбурга уровень оказался даже седьмой, видно, что он часто посещал в своей жизни Скалу и значит, активно сотрудничал со Стражами. У молодого орта всего третий уровень, так лет ему не более восемнадцати по внешнему виду было.
* * *Орт Комменволь разместил свой штаб в первом замке, отправив теперь в свой оперативный тыл, во второй замок, всех раненых воинов, которые не померли во время отступления и есть надежда, что со временем в тепле и при нормальном питании они вернутся в строй.
Раненых сопровождает штат опытных медсестер и оставшихся жен, что облегчает содержание для самого войска.
Оставшихся воинов пересчитали и полученная цифра с одной стороны опечалила маршала своим малым числом по сравнению с лучшими временами. С другой стороны — весьма порадовала, осталась тысяча восемьсот проверенных бойцов, которым точно не куда бежать и которые пойдут с ним до конца.
Да и управлять, а главное, прокормить такое количество народа всю зиму вполне возможно на запасах замков, на запасах населения и собственных оставшихся продуктах.
Теперь маршала интересует, куда теперь делись представители таинственного ордена Мастеров и он собирается выйти с ними на связь. Ждет донесения от орта Нибенга, но, пока просто отдыхает в замке, ожидая окончания сезона дождей.
Глава 6
ЖИЗНЬ НАЛАЖИВАЕТСЯ!
Две недели шли непрекращающиеся дожди, все дороги размокли и кроме, как в Жомбург, я никуда не выезжал. Туда из замка ведет хорошо просыпанная камнями дорога и нет такой хляби непреодолимой. Приехал проверить несение службы крестьянами, послушать местных, есть ли какие жалобы и назначить нового сборщика мытных дел.
Оставленный старшим стражи сметливый мужик из крестьян порасспрашивал местных жителей и доложил мне на ухо, что старый мытарь живет слишком хорошо, купил несколько домов в городке и постоянно высказывается против новой власти. Обещает, что вернутся старые господа и всех развешают на городской стене вверх ногами.
Что же, он особо не скрывается и станет первым свидетельством, что у новой власти — руки длинные и крепкие, а память — хорошая. Да и без демонстрации того, что власть готова применять насилие, никто ее уважать не будет.
Пришлось проявить государственную суровость и явившись с парой десятков солдат, сначала арестовать недоброжелателя, обыскать его дом и потом еще все дома, на которые у него нашлись купчие в секретере. Дома я объявил собственностью трудового народа, а после того, как нашли тайник с пятью сотнями золотых далеров, приказал повесить мытаря на ратушной площади, поцепив ему на грудь дощечку с надписью «вор — враг трудового народа».
Будет и для остальных оппозиционеров сигнал, что даже просто болтать — опасно для здоровья, а не то, чтобы показывать открытое неповиновение новой власти.
Чертов мужик, как начал ругаться, когда нашли его тайник в полу, так и не замолчал, пока ему не вставили кляп в рот по моему приказу. Затем отвели на площадь и при небольшом стечении народа накинули петлю на шею, потом выбили у него из-под ног табуретку, на этом народная законность восторжествовала.
Видно, что приговор корыстному стяжателю ради трудового народа вызвал в этом самом народе одобрение, пусть и не демонстрируемое очень явно. Понятно, с таким родом деятельности казненного у него мало сторонников в городке.
Пообщавшись с народом, я назначил на работу мытарем нового горожанина и ему поручил собирать уменьшенный вдвое налог, после чего посетил городской рынок, где крестьяне активно торгуют тем, что смогли вырастить, радуясь пониженному налогу и отмене сбора на торговлю.
Представил торговому люду нового мытаря и послушал, на что народ жалуется, пообещав приструнить своих воинов, бывших крестьян, стоящих на воротах. Понемногу начинают борзеть и к рукам прилипает все больше крестьянского добра с проезжающих на рынок телег.
— Так, вы тут стоите не для того, чтобы проезжающих тружеников обижать. Ладно там, цапнуть брюкву-другую себе для супа или зерна горсть, еще раз услышу про поборы деньгами — повешу кого-то из вас рядом с мытарем. Для компании, с такой же табличкой на груди, — объявил свой страже, построив их перед собой.