"Фантастика 2023-93". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Лицо несчастного хозяина я тоже вижу отчетливо. Ждет не дождется, когда владетель местный нанесет поражение этой вшивой банде и освободит город от их присутствия.
Вот с него и начнем.
— Трактирщик! Выйди на улицу! — зову я его.
Мужик выбирается на свет божий, ожидая немедленной страшной смерти.
— Я — новый управляющий над вашим городом, Мастер Серый. Сразу скажу, что Орта Вильбурга нет в живых и сыновей его тоже нет, как и супруги орта. Прежних хозяев вообще нет и ваш город переходит под управление ордена Мастеров. Нужно собрать всех уважаемых жителей города, чтобы они знали, какая жизнь их ждет теперь. Твой трактир в самом центре, и он подходит для встречи. Есть у тебя кого послать за такими горожанами?
— Я бы с радостью, Ваша милость! Но, в трактире спят эти люди, — он робко показывает на лежащих по скамейкам крестьян.
— Не беда. Терек, давай собирай свое войско, снимай награбленное с подвод и грузи этих красавцев.
— Это наша добыча! Ничего мы снимать не будем! — поднимает градус предводитель крестьян.
— А это наш город! Если хотите убраться отсюда на своих двоих и с подводами, как наши союзники, придется награбленное оставить здесь, под навесом! — я показываю на пристройку к трактиру. Дождь пока перестал лить с неба, прекратился на какое-то время и можно снять плащ. Я натянул богатую кольчугу кого-то из дворян, забранную в донжоне, чтобы выглядеть посолиднее перед горожанами.
Терек со своими сообщниками и парой охраняющих подводы мужиков занимают позицию перед самими подводами и видно, что готовы за трофеи повоевать, похоже, что удачно пограбили городок, пока меня не оказалось рядом.
Но и я не собираюсь уступать им, это дело принципа — показать, что под моей властью даже союзникам нечего ловить здесь. Что никакого беспредела и грабежа я не допущу безжалостно твердой рукой. Спрыгиваю с лошади и подхожу к ним, за мной подтягиваются охранники и те, кто уже какое-то время с нами штурмует замки, бывшие еще недавно подчиненные Терека замирают в нерешительности. Как-то не готовы они так сразу же поднимать оружие против своих товарищей, и я их понимаю, да и не требуется мне ничье участие для внесения своей доминирующей точки зрения и почтительности к моему воинскому умению в упрямые крестьянские головы.
Обстановка накаляется, бунтовщики поднимают копья, показывая, что настроены решительно, мои натягивают арбалеты, но, я останавливаю их со словами:
— Это ни к чему, против наших трудовых братьев, которые запутались по своей жадности и выпили немного больше, чем стоило. Давайте, лучше я один покажу, чему учат в ордене Мастеров, и вы поймете, куда стоит стремиться.
Достаю медленно меч, делаю пару взмахов, как бы разминаясь и сразу же ускоряюсь, срубаю наконечники копий у Терека и его охранников одним за другим. Тех, кто пытается напасть на меня в ответ угощаю хорошими оплеухами, после которых строптивцы улетают в жидкую грязь под подводы.
Прошло двадцать секунд, воевать больше не с кем, и я показываю моим людям, чтобы свалили все добро с подвод под навес. Долго на это времени не требуется, подводы очищены, побитые мужики медленно поднимаются на ноги и больше сопротивляться не хотят.
— Давайте, забирайте своих и уезжайте из города. Если кто-то чего-то не понял, я могу добавить, — говорю я им и сразу же здоровенный мужик, косая сажень в плечах, один из охранников Терека, достает нож и говорит, что он не понял.
Ему я добавляю плашмя мечом по глупой голове, и теперь он не скоро придет в себя, больше желающих возражать моей воле не находится. Грузят и его, и своих мертвецки пьяных товарищей, смотрят волками, но, больше не спорят.
— Передай Орту Нибенгу, что я жду их здесь. Покажу, что удалось захватить и на что может рассчитывать армия наших союзников, — говорю я напоследок Тереку и вижу, как кривится его рожа.
— Ты морду то не криви, а то приеду к твоим начальникам и вздерну тебя прямо в лагере. А орту передай мои слова. Теперь — проваливайте!
И киваю своим проверенным воинам: — Проводите до выезда из города и закрывайте ворота.
 
— Трактирщик, созывай народ с новой властью говорить. На тебе пять золотых на компенсацию убытков, — кладу я на стол монеты.
— Эх, ваша милость, тут гораздо дороже вышло, — плачет он.
— Понятно, что дороже. Только, и время сейчас военное, думать стоит не о прибылях, а о том, что жив остался. Оповестите жителей, что украденное добро осталось в твоем трактире, так они быстрее соберутся, — говорю я и приглашаю приехавших со мной крестьян зайти в трактир и переждать снова накрапывающий дождь.
Оставленный в трактире служка наливает всем по кружке пива, и я бросаю ему золотой за всех.
Ждать приходится примерно час, пока собралось человек двадцать горожан из тех, кто поважнее и перед ними я произнес речь о том, как они будут теперь жить:
— Оставлю вам двадцать моих воинов, будут меняться каждый день. Ворота с той стороны закрываем, ездить будете только через те, которые со стороны замка.
— Но, и сами думайте, как оборону держать, собирайте ополчение. Минимум сотню придется собрать, оружие я выдам в замке по спискам, будете свои дома тоже защищать.
Вижу по рожам, что недовольны богатые горожане такими раскладами и добавляю:
— Один замок вам защиту не обеспечит, самим придется себя защищать. На такой богатый город желающих много найдется напасть. И мародеры обычные, и крестьянские отряды, а после них и дворянские дружины не откажутся вас разграбить, как следует. Наберется народу с копьями стоять на стенах и ворота держать, тогда и нам проще будет из замка вам помощь присылать.
— А на что же мы платим налог высокий в замок? За такую защиту и платим! — говорит мне самый толстомордый горожанин и остальные его поддерживают.
— Ну, кому вы платили раньше, не справились с вашей защитой. Да и себя защитить не смогли, так что, все вопросы к ним. Как раз сейчас все тела собрали, из замка вывезли и под стеной хоронят, успеете еще их поспрашивать, как так вышло, — усмехаюсь я.
— Мы с вас еще ничего не собирали. Вот когда соберем, тогда и можете спросить. Да, и чтобы вам легче жилось в такое трудное время, обязательный налог понижаем. С одной четвертой до одной восьмой и торговать разрешаем крестьянам на городском рынке бесплатно, пусть продают свой урожай свободно. Сборщик мытный здесь?
Горожане оглядываются, потом отвечают, что его не видно. Но, новые вести о понижении налогов им явно нравятся.
— Непорядок. Кромес, бери с собой пару местных и сборщика ко мне, со всеми его записями мытными, — отправляю помощника с парой воинов на поиски нужного чиновника.
Сборщика приводят через десять минут, с парой талмудов под мышками.
Ему я так же поясняю, как мы теперь будем жить и вижу, что мужик очень расстроен тем, что не сможет прятать деньги в свой карман за мелкую торговлю.
— Время военное, не до сбора мелочевки, — а про себя понимаю, что придется поменять его в скором времени. Видно, что давно уже зажрался мужик, много себе любимому отчисляет слишком, заодно и дом его обыскать придется очень тщательно, там очень возможны всякие приятные для моего владетельного сердца сюрпризы.
Типа, огромной суммы в золоте, накопленной мытарем за долгие годы службы.
Около трактира толпятся местные, разбирая изъятые у них ценности, кто там что найдет, не так и важно, главное, что новый хозяин не закрыл глаза на грабеж своих подданных. Наказал обидчиков и вернул награбленное.
После этого мы уезжаем в замок, я, конечно, понимаю, что с одной поездки все как положено не заработает, но, в городке остается смена воинов, пусть и не двадцать человек, а всего десяток. Хватит, чтобы контролировать одни работающие ворота в светлое время суток и сообщить в замок, если появятся другие части крестьянского войска.
— Питаться и жить станете в трактире около входа, с хозяином я договорюсь, — говорю я им напоследок.
Отбиваться во время штурма Жомбурга — трудное дело и для сотни воинов из-за низкой стены и солидных размеров городка, если к нему подойдут крупные силы, так что, пусть и сами горожане задумаются, кто их будет защищать.