Останься в моём сердце
— … а ты как думаешь? — спросил Леха, повернувшись ко мне. Две пары глаз выжидающе уставились на меня, резко выдирая из собственных мыслей.
Мозг лихорадочно соображал, пытаясь уловить хоть отголоски их разговора.
— Я … эээ… — но он ничего не нашел, и мне пришлось сдаться, — ладно, я задумалась и пропустила пару предложений.
Паша вклинился между нами, вызывая мое скрытое недовольство от разлуки с Лешей.
— Мы говорили о том, что хорошо бы на соревнования попасть по волейболу. Все-таки основной состав есть, и пофиг, что без запасных.
— Ааа … да, хорошо бы, — вздохнула я от облегчения, наконец-то поймав суть беседы.
— Кстати о волейболе, — Леша взглянул на часы, — пора бы выдвигаться.
— Да, конечно поехали, — отозвался друг, и мы поспешили к оставленной на парковке машине.
Глава 11В раздевалке снова натянула на себя светло-розовый спортивный костюм. Теперь я переодевалась уже в компании девочек, совершенно случайно слыша их сплетни.
— Ой, а вы видели пресс у Никифорова? — шептала одна, — я просто не могу оторваться от него, когда он играет.
— Ой, что ты в нем нашла. Совершенно обычный, — скорчила недовольную гримасу другая, — а вот у Леши … Интересно, у него есть девушка?
— Есть, — на удивление для всех и себя, совершенно спокойно выдала я им. Затем под слегка недовольные и оценивающие взгляды вышла из раздевалки, осознав, что не должна была влезать в чужой разговор.
Уж не думают ли они, что его девушка — я?
— Так ребятки, встаем в шеренгу, — скомандовал тренер, и, дождавшись пока мы выстроимся, добавил, — а теперь разминочная часть, встаем в пары со своим соседом. Отрабатывайте удары по мячу.
Я повернулась налево и встретилась взглядом с раздевалочной сплетницей.
А вот и партнер. Спасибо, о судьба.
Она молча и даже немного ожесточенно бросала мне мяч, будто собираясь попасть в лицо. Я стойко отбивала его, как могла конечно. При моих неудачных попытках она закатывала глаза и, как мученица, шла за отлетевшим мячом.
Затем тренер нас выстроил за линии, и мы прорабатывали подачи. У меня получалось так себе, поэтому он стоял рядом со мной и следил за руками, временами поправляя.
— Хорошо, Лиза, — Александра Викторович проследил за удачно пущенным за сетку мячом, — попробуешь поработать в команде. Сегодня поиграешь с ребятами одну игру.
— Но я не смогу …
— Не попробуешь — не узнаешь, — добродушно улыбнулся он, — к тому же многого не прошу, попытайся выстоять один тайм.
Я молча и неуверенно кивнула, краем глаза взглянув на Лешу. От того разило спокойствием и четким пониманием собственных действий. Мяч летел когда и куда нужно, и глаза внимательно следили за его полетом. Тут он резко посмотрел на меня, и я так же быстро отвернулась, скрывая улыбочку, которую никак не смогла убрать.
Закончилось тренировочное время, и мы снова были выстроены в ряд и разделены на группы. Я радовалась как ребенок, когда поняла что Леша в моей команде.
Мы выстроились по местам. Мне предстояло стоять под самой сеткой, что жутко устраивало, поскольку в меня не будут нестись мячи-убийцы, посланные чьей-то тяжелой рукой. Прямо передо мной была еще одна позиция и на ней стоял ОН.
О, мы еще и так близко.
Может мне случайно упасть на него, а?
Леша улыбнулся мне и снова посерьезнел, как только просвистел свиток тренера, извещающий о начале игры.
Начало было неуверенное. Игроки мягко подавали мячи, наши так же осторожно их отбивали. И мне не составляло труда перекидывать их через сетку, поданые на меня Лешей. Мне вдруг показалось, что мы с ним вдвоем отличная и слаженная команда. И можем вечно так играть. Но позиции сменили и он сдвинулся, а мне пришлось вылезти из самого укромного места на площадке. Теперь 60 % мячей должны лететь на линию, где стояла я.
Было тяжело, в мою сторону порой недовольно смотрели ребята из команды. Но мне хватало найти поддержку в глазах Леши, чтобы вновь и вновь стараться отбить этот назойливый мячик. Позиции сменили, и я уже стояла на подаче.
Один раз удачно, второй нет. Ну что ж, не все сразу.
И вот мы снова напротив друг друга, только теперь он под сеткой. Я стояла в самом центре и смотрела в его напряженные плечи и уверенно поднятую голову.
Миг, пропустила свисток тренера, и мяч полетел на огромной скорости прямо в лицо. Не успев сообразить, как подставить под него руки, я просто закрыла ими глаза в ожидании сильного удара.
Но его не произошло.
Услышала звук кроссовок и приоткрыла глаза. Мяч, который должен был мне отбить руки до красноты улетел на их сторону сетки. А от меня, опуская руки, отходил Леша.
— Будь внимательнее, Лиз, — довольно тихо произнес он, но я услышала.
Волна благодарности заполнила мое сердце, но сейчас было не то время, чтобы ей предаваться. Я еле отвела от него восторженный взгляд и все же отстояла это несчастный тайм.
Устало плюхнулась на скамейку рядом с тренером.
— Молодец, — произнес он, — только уж больно ты невнимательная. Сосредоточеннее надо быть на поле.
— Хорошо, Александр Викторович.
Все оставшееся время смотрела на игру Леши. Теперь понимаю фанаток, самозабвенно посещающих каждый его матч. Эту игру мышц не передать словами. На нем все смотрелось идеально, и капельки пота на лбу, и слегка задирающаяся футболка при высоких подачах, обнажающая торс.
Занятие закончилось, и мы разошлись по раздевалкам. Теперь уже некоторые девчонки смотрели на меня с нескрываемым раздражением. Молча переоделась и вышла оттуда.
Дождалась парней на входе в спортзал и пошла с ними к выходу из университета.
— Ребят, я убегу вперед, мне надо машину прогреть, — и Паша скрылся в полутемном лабиринте коридоров, оставив меня наедине с Лешей.
Я осторожно повернулась на него и встретилась с его взглядом, заставив рою мурашек пробежать по телу.
— Ты не расстраивайся из-за игры если что, — решил он меня подбодрить, — все так начинали.
— Все нормально, — уставилась перед собой на клетки пола, стараясь незаметно не наступать на швы, — кстати спасибо, что спас от удара.
Он пожал плечами.
— Это пустяки, такое сплошь и рядом в волейболе. Только и спасай новичков.
Я хотела ему сказать, что для меня это не пустяк и …
Надо ему признаться. Сейчас очень подходящий момент. Я должна это сделать сейчас, пока не дошли до машины Паши.
Мы уже выходили из здания.
— Леш, хотела тебе давно сказать …