Далеко от яблони. Родители и дети в поисках своего «я»

Вот, напротив, другой пациент, описывающий негативные и когнитивные симптомы: «Я все время теряю эмоциональный контакт со всем, в том числе и с собой. Остается только абстрактное знание того, что происходит вокруг меня и со мной. Даже саму болезнь, захватившую всю мою жизнь, я могу рассматривать только объективно. Я не могу представить себе ничего страшнее, чем одаренному культурному человеку переживать свою постепенную деградацию, полностью осознавая это все время. Но именно это происходит со мной» [809]. Нобелевский лауреат Эрик Кандель описал, как шизофрения отнимает у человека желание наслаждаться. «Представьте кого-то, кто отлично проводит время, когда идет ужинать, но при этом абсолютно ничего не испытывает» [810], – сказал он. Принцип удовольствия гласит, что мы всегда будем стремиться к удовольствию и избегать страданий, но для людей с шизофренией по крайней мере наполовину это не так.
Эмили Дикинсон описала такое погружение в психоз с ужасающей точностью [811]:
Мозг раскололся пополам,
А мысли – кто куда,
Я не смогла их удержать,
Такая вот беда.
Пыталась выстроить их в ряд,
Унять переполох,
Но разбежались, не достать, —
Как на полу горох [812].
Хотя для большинства людей шизофрения оказывается внезапным расколом, по всей видимости, она представляет собой нарушение развития, заложенное в мозге еще до рождения. При шизофрении идет нарастание дефекта, в отличие от аутизма, который хоть и устойчив, но, как правило, не усугубляется со временем. Существует редкая форма шизофрении, характерная для предподросткового и детского возраста. Обычное течение болезни, однако, включает пять прогнозируемых стадий [813]. Преморбид протекает бессимптомно до полового созревания, хотя недавние исследования указывают на задержки в ходьбе и речи, большую отстраненность в игре, плохую успеваемость в школе, социальную тревожность и плохую вербальную кратковременную память. Затем следует продромальная фаза, длящаяся в среднем четыре года, когда постепенно начинают проявляться продуктивные симптомы. В эту фазу подросток или молодой человек испытывает изменения в познавательной деятельности, восприятии, волевой сфере и двигательных функциях; в голове появляются странные мысли; он изо всех сил пытается понять, верны ли его убеждения, становится подозрительным и настороженным. Некоторые люди, заболевающие впоследствии, кажутся оторванными от реального мира еще в детстве и постепенно впадают в психоз. У большинства болезнь наступает внезапно, иногда после травматического события, а иногда без явного триггера, и тогда человек меняется до неузнаваемости. Это манифестация психотической фазы с галлюцинациями или причудливыми бредовыми убеждениями, в том числе бредом воздействия, ощущением вкладывания мыслей, передачи мыслей на расстоянии и отнятия мыслей. Обычно это начинается в возрасте от 15 до 30 лет и длится около двух лет.
Невозможно достоверно сказать, какие факторы развития вызывают психоз. Существуют три основные гипотезы. Во-первых, подростковые гормональные перестройки изменяют экспрессию генов в мозге [814]. Во-вторых, фактором может стать нарушение процесса миелинизации нервных волокон (образования белковых оболочек нейронов для повышения их функциональности) в подростковом возрасте [815]. В-третьих, гибель синапсов или другие поломки [816]. При правильном развитии мозга в младенчестве в клетках мозга происходят перестройки и формируются новые синаптические связи. Эти связи многочисленны; в подростковом возрасте устойчивыми нервными структурами становятся те нейронные цепи, которые активируются чаще других и оказываются полезными для конкретного человека. Нездоровый мозг может создать избыток или недостаток связей или некорректные связи.
С началом болезни изменения начинают прогрессировать, и в отсутствии эффективной лекарственной терапии состояние ухудшается. По мере повторения психотических эпизодов состояние мозга ухудшается, и примерно через пять лет может установиться хроническая и резидуальная фаза болезни. К этому времени в мозге происходит необратимое разрушение серого вещества. Продуктивные симптомы, как правило, исчезают, в то время как негативные становятся более выраженными. Пациенты остаются инвалидами и сохраняют остаточную симптоматику. Только половина начавших лечение на этом этапе демонстрируют хорошую реакцию на антипсихотические препараты, в отличие от более чем 80 % тех, кто начал лечение сразу [817].