Цена мира. Родить от врага
С ширинкой пришлось повозиться. Мне не приходилось быть так близко к мужскому члену, тем более трогать его, поэтому я действовала максимально осторожно. Боялась, что могу как-то задеть мягкий бугор тугой молнией. Выдохнула только, когда она полностью разошлась, и мне оставалось вытащить мужскую плоть из черных боксеров.
Рука не слушалась, а пальцы онемели, когда я оттянула резинку белья. Разволновавшись до испарины на коже, я задержала дыхание и нырнула ладонью в открывшийся карман. Тыльной стороной ощутила жесткую поросль волос, затем горячий ствол члена, который крайне бережно обхватила пальцами.
Лицо вспыхнуло от дикого смущения.
Я не давала себе осознавать, просто действовала. Вытащила член Астахова наружу, старательно оттянув боксеры вниз до тяжелой мошонки. А потом зависла…
Мужская плоть лежала толстой змеей поверх брюк, демонстрируя полное равнодушие своего хозяина к моей персоне. Я могла себе представить снисходительный взгляд пленника в этот момент, но только не увидеть его. Ни за что бы не решилась сейчас посмотреть в глаза Астахову.
Облизнув пересохшие губы, я скованно обняла пальцами ствол члена. Ощутила, насколько он расслаблен и как реагирует на мои прикосновения, прежде чем принять решение. Нужно было стать еще смелее…
Прерывистый вдох зашел в легкие. Отстранившись от мужского паха, я поднялась с колен и неуверенно отступила от Астахова. Все-таки встретилась с его глазами, которые смотрели на меня так, будто я до сих пор стояла перед ним на коленях. И не в сексуальном смысле.
Как ни странно, это добавило решительности. Я вовсе не считала себя неотразимой, но и уродиной не была. А еще достаточно много успела прочесть о том, насколько реакции мужчины могут быть примитивны. Без исключения, если создать определенные условия.
Переместив взгляд в сторону, с чем ничего не могла поделать, я подняла руки и плавно спустила по плечам кружевные бретельки платья вместе с лямками лифчика. Без спешки вытащила сначала одну руку, затем вторую, полностью обнажая свою грудь уверенного второго размера.
Я чувствовала, как бесстыдно торчат мои соски, но всеми силами старалась не прикрываться, спуская верх платья до пояса. Поймав взгляд Астахова, я вся невольно подобралась – он смотрел прямо на мою грудь, которую захотелось спрятать просто неимоверно. Но мне и нужно было, чтобы он смотрел! Только не останавливайся, Эльза…
Будто невзначай зацепив пальцами юбку, я начала тянуть ее вверх. Потихоньку всю подобрала ткань до края, непрерывно поднимая по бедру до самых трусиков. Я нарочно сделала так, чтобы пленник увидел бежевую ткань моего нижнего белья. И чтобы проследил, как я зацепила резинку трусиков с обеих сторон и как слегка задержалась, когда начала спускать их вниз, немного обнажив для мужского взгляда гладкий лобок.
Стянув трусики по ногам, я неловко бросила их к кофте и, наконец, посмотрела на мужской член. Внутри пронеслось волнительное ликование. Что-то явно происходило – он все еще лежал, но стал больше!
Боясь упустить момент, я приблизилась к Астахову и вновь опустилась на колени. Едва коснулась его члена, как ощутила реакцию. Он слегка напрягся, а еще стал более упругим на ощупь – кровь от возбуждения неизбежно приливала. Машинально вскинув взгляд, я с удивлением обнаружила, что пленник не смотрит… Он принялся буравить пространство, ведь сейчас меня – полуобнаженную на коленях – было довольно сложно игнорировать.
Внутри вдруг пронеслось неприятное стягивающее чувство. Я вынуждена это делать, но и его… вынуждала! Откуда же эта жалость?! Он – враг! Скольких он уничтожил из моей семьи не моргнув и глазом? Скольких обвел вокруг пальца, унизил, ограбил?!
Нельзя быть такой слабой. Да и в конце концов… Ты рискуешь всем не ради мести, а ради шанса на мир! Если уж на то пошло, оказываешь услугу обеим семьям!
Я решила справиться с наплывшими переживаниями, всецело сосредоточившись на важном процессе. По-прежнему стоя на коленях, принялась ласкать рукой мужской орган, надеясь, что получится его достаточно возбудить и без визуального контакта Астахова. Я гладила ствол пальчиками, слегка сжимала уздечку, массировала головку, уделяла внимание мошонке. Чем больше и тверже становился член, тем быстрее таяло мое стеснение, а ласка становилась интенсивнее.
Не знаю, как я поняла, что все – достаточно. Возможно, что-то внутри подсказало, когда я увидела капельку на кончике раскрытой розовой головки, которая смотрела ровно вверх.
Неуверенно подняв глаза на Астахова, я на секунду оцепенела. Он смотрел на меня, слегка склонив голову на бок, и в его взгляде я четко разглядела что-то такое… Словно я ему уже не казалась такой безобидной и никчемной. И возможно, теперь он осознал всю серьезность ситуации.
Я, кажется, тоже только сейчас всецело осознала. Лишь напоминание о дяде и том, сколько человек рисковало ради моего безумного плана, не позволяло мне остановиться. Но в глаза пленника я больше не могла смотреть.
Упрямо уставившись себе под ноги, я поднялась с колен и сразу уверенно пошла мимо кровати прямиком к стильному белому трельяжу у стены. На нем я ответственно оставила тюбик со смазкой, которую выбрала в аптеке наугад еще несколько дней назад. Я не заблуждалась насчет того, что смогу хоть немного возбудиться и не собиралась превращать грядущий «процесс» в пытку. Ни для себя, ни для него.
Мельком оглянувшись на Астахова, я немного выдавила на пальцы прозрачной густой субстанции, приподняла юбку и стеснительно смазала свои половые губы, слегка заходя во влагалище. Глаза смотрели куда угодно, но только не в большое прямоугольное зеркало, которое отражало все мои действия и в котором я могла встретиться с глазами пленника. И так волнение зашкаливало…
Пульс начал барабанить по вискам еще до того, как я обернулась, оправив юбку и выдернув из коробки салфетку, которой вытерла пальцы. Я возвращалась к Астахову несмелым шагом – взгляд буквально приковало к его большому возбужденному члену, который торчал точно копье из штанов. Даже колени задрожали от паники, настолько его размер внушал.
Как мне удастся вместить его в себя? А двигаться как я смогу?..
Неосторожно закусив щеку, я замедлилась и невольно сжала бедра, чувствуя между ног неприятный холод из-за смазки. Затем буквально заставила себя идти к пленнику, чтобы не терять драгоценное время. По пути бегло осмотрела кресло – оно было достаточно широким, но Астахов занимал почти все сиденье из-за насильно разведенных ног. Придется постараться, чтобы найти удобное положение.
Я уже остановилась вплотную к бандиту и, настороженно поглядывая на него, попробовала упереться коленом справа от его бедра. К моему облегчению, обивка сбоку оказалась не слишком плотной и позволяла найти уверенную опору. Теперь осталось найти ее с другой стороны.
Стараясь не касаться Астахова, я взялась за спинку кресла, недалеко от его плеча, и плавно приподнялась, чтобы опереться на сиденье вторым коленом. Вышло не очень грациозно, но все же я оказалась лицом к лицу с пленником, ровно над его вздыбленным органом.