Во тьме
– Я понимаю, – весьма благосклонно кивнула Альда, озадачив его реакцией. – А что если этим будет заниматься женщина, но не жрица?
– Единственная «женщина, но не жрица» на Даркрасте – это ты, – иронично напомнил Сверр. – Уверена, что потянешь такую ношу? Мальчишек на этих скалах немало.
– Нет, одна – точно нет, – замотала головой сосредоточенная владычица. – А вот те, кого я уже поднатаскала, да с постоянной помощью – они точно смогут.
– Это сложно, – серьезно ответил правитель, догадавшись, о ком идет речь. – Ты хочешь отправить своих служанок? Бедняжки не справятся в одиночестве. Даже с твоей помощью, дело будет скрипеть и стопориться.
– А если они станут женами танеров? – ошарашила его жена.
Недоуменно взглянув на супругу, Сверр замолчал, обдумывая этот вариант.
– Они могли бы от имени танера и под его протекцией заниматься благотворительностью, связанной с детьми и стариками, – продолжила увещевать Альда. – Упростили бы коммуникацию с белыми башнями. Настоятельницы мне сообщили, что у них иногда возникают споры, которые решаются не самым быстрым образом. И потом – это серьезный способ поощрить твоих танеров, заодно снять с них часть обязанностей.
– Или усложнить жизнь, – вставил владыка, ярко представляя себе новые реалии.
– Я буду на связи с башнями и женами управляющих, – веско напомнила женщина, приподняв брови. – И смогу влиять на обе стороны.
– Зачем тебе это? – прямо спросил Сверр, желая такого же честного ответа.
– Когда танерам будет что терять, они маловероятно пойдут на бунт, – пожала плечами владычица. – Потеря привилегий – достаточно веский рычаг давления.
– Это не ответ, – возразил мужчина.
– Я хочу укрепить положение императорской семьи верными подданными, – отозвалась Альда, резко взглянув на него. – Они будут благодарны за Зерцало и капсулы, но надо думать о будущем. Правосудие и здоровье, равное для всех, – это хорошо, но танеры должны держаться еще на верности трону, а не просто долге и страхе. Сытый и довольный мужчина не пойдет плести заговоры, понимая, что может лишиться всего, что имеет, и вдобавок еще и головы.
– Именно сытые и довольные плетут заговоры, – хмыкнул Сверр. – Они хотят и дальше быть таковыми.
– Ну, для этого у нас есть ты – владыка, который узнает каждый секрет из глубин души, – насмешливо парировала супруга, когда он собрал заснувших щенков и отнес их на мягкую лежанку.
– И что ты будешь делать без своей свиты? – иронично уточнил он, вернувшись в постель.
– При мне останется пять служанок, – пожала плечами Альда, заставив его вспомнить о сделке.
Видимо она продумывала свою дальнейшую жизнь. Удалиться из дворца с пятью помощницами было легче, чем с целым выводком. Едва Сверр подумал об этом, как жена вновь удивила его.
– Скоро должны прибыть девушки из всех башен, – со вздохом продолжила владычица, не заметив его приподнятых бровей. – За восемнадцать-двадцать циклов они научатся всему необходимому, а главное – преданно служить мне. Позже каждая из них будет управлять белой башней.
– Хочешь сменить высших жриц? – догадался мужчина, улегшись на ложе.
– Они верно служили Кунне много времени, – кивнула Альда. – Я не хочу сомневаться в своих подданных. Супруги танеров будут присматривать за башнями извне, а башня – отчасти влиять на мирскую жизнь.
– А-а-а, – хмыкнул Сверр. – Система сдерживания и противовесов?
– Что-то вроде того, – пожала плечами владычица. – Там подрастут девочки из семей танеров и займут места высших жриц. Они вырастут при мне и выйдут замуж, за кого нам будет выгодно, а позже придет время учить новых управляющих башнями.
– Таким образом, ты будешь контролировать башни и семьи управляющих, – насмешливо предсказал правитель. – Вопрос: к чему мне давать тебе столько влияния?
– Потому что твой трон когда-нибудь займет наш сын, – веско произнесла Альда. – Ты делаешь эту империю процветающим государством, а я обеспечиваю верность правящей династии – так это работает. Каждый раз, когда ты покидаешь дом, тут что-то происходит. В прошлый раз – напали на твою супругу, а до этого – убили мать. Не слишком ли?
– Источник этих проблем казнен, и её прах растаял на поверхности, – нахмурившись, напомнил мужчина.
– А кто сказал, что этого не повторится? – хмыкнула Альда. – Если голая женщина в ошейнике смогла провернуть такое, скажи, на что способен танер, который сговорится с другими?
– Твоя конечная цель – укрепление власти императора? – с подозрением спросил Сверр, не имеющий возможности заглянуть в душу супруги.
– Безусловно, – серьезно кивнула владычица. – В свое время наш сын взойдет на трон, и даже тени заговоров на этих скалах быть не должно.
– Я хочу нерушимую клятву, что ты всегда будешь действовать в моих интересах, а позже – в пользу нового императора, – глубоко дыша, приказал правитель.
– Она у тебя есть, – коротко отозвалась Альда, кивнув.
– И, кстати, – тихо произнес владыка, приблизив лицо к жене. – Если ты планировала зачатие наследника в медкапсуле, то можешь забыть об этом.
– С чего такие мысли? – насмешливо уточнила супруга, чуть приподняв одну бровь, чем всегда заставляла Сверра улыбаться, ибо самые едкие фразы от неё летели именно с таким выражением личика.
– А как еще ты собираешься подарить мне сына? Кто-то явно пренебрегает своим долгом, – недовольно поджав губы, прокомментировал мужчина.
– Если ты не забыл, то на меня не так давно напали, а потом был проклятый ужин, который затянулся, так что я имею право хоть выдохнуть немного? – иронично высказалась Альда, заставив мужа помрачнеть еще больше.
– Я – не принц Фарогоса, – тихо напомнил он.
– Мне это хорошо известно, – хмыкнула владычица, отворачиваясь к супругу спиной. – Эриал никогда не врал.
– Когда это я тебе врал? – возмутился Сверр, выпрямившись на постели.
– В первый же час, – сонно зевая, напомнила засыпающая женщина. – Когда заявил, что жены снимают одежду со своих мужей. На Даркрасте нет женщин с таким статусом.
– Может я хотел основать новую традицию, – буркнул владыка, улегшись обратно на подушку.
Мысли крутились вокруг предложений супруги и всего их разговора. Капсулы, Зерцало и жены танеров, которые займутся благими делами для малышей и стариков, – это хорошие перемены для народа. Пришло время менять законы, которые были приемлемы для бывших заключенных, и Сверр активно внедрял правки, ослабляя жесткие рамки. Смерть была крайней мерой, и единственный, кто мог вынести подобный приговор – он сам. В остальном же провинившихся штрафовали или ссылали. Исключение – нападение на женщин и правителя. Слова о том, что в его отсутствие на Даркрасте творится хаос, ощутимо задели владыку, но возразить он не смог. Супруга умела бить прямо в цель и не стеснялась применять артиллерию в спорах с ним.