Во тьме

– Они здесь, – коротко отозвался ранее молчавший Хоррес, указав на три небольших пластиковых ящика. – Тела эксгумировали из усыпальницы несколько часов назад.
Открыв все три ящика, присутствовавшие ужаснулись, рассматривая изуродованные тельца малышей. Первое сморщенное нечто уже успело истлеть, но отдельные части скелета ярко демонстрировали деформацию и некоторую трансформацию. Конечностей было больше, чем у гуманоидов, а лицо искажено до безобразия. Второй наследник короля Гелиоса имел уже более оформленное тело, но череп нес в себе признаки смешения генов, а короткие конечности скорее представляли собой паучьи лапки, а не привычные руки и ноги. Рожденный сегодня королевой плод был совершенно иным. Полностью сформированный скелет и человеческое тело и лицо. Плоть местами покрывал хитиновый слой, но если бы ребенок выжил, то капсула, несомненно, исправила бы эти недочеты, как делала подобное с его отцом.
Сверр уже примерно представлял, что увидит, но все же вздрогнул, заглядывая в контейнеры. Едва Альда захотела приблизиться, император подал ей знак оставаться на месте. Подобное зрелище не для беременной женщины, да к тому же родной тетки усопших. Зато мысли раваканца метались в голове, мешая собственным рассуждениям. Поморщившись, мужчина чуть отошел от капитана и медленно приблизился к жене.
– Как себя чувствуешь? – негромко поинтересовался Сверр. – Я думал, ты еще спишь.
– Устала сидеть в каюте, – печально вздохнув, отозвалась императрица. – Всё так ужасно?
Вместо ответа, он лишь коротко кивнул. Врать жене смысла не было, но все же оградить от неприятных видов стоило.
– Я не хочу, чтобы ты лишний раз волновалась, – чуть склонив голову набок, произнес Сверр. – Что бы ни произошло, обещай, что сохранишь спокойствие.
– После того, что я пережила вчера, мало что может заставить меня поколебаться, – мрачно отозвалась Альда, вновь взглянув на обнаженное тело короля. – Эта тварь истязала мою сестру, чуть не убила тебя и уже тянула руки ко мне. Что может быть хуже?
Чтобы успокоить её, император коснулся живота супруги и раскрытой пятерней погладил будущего наследника.
– О том и речь. Сейчас надо проявить деликатность и терпение, – пробормотал Сверр. – Я хочу, чтобы ты хранила молчание и не вмешивалась в разговор.
– Постараюсь, – сдалась гордая правительница Даркраста.
– Где тело королевы? – поинтересовался эфир за их спинами.
– Зачем вам оно? – строго спросила Альда, чем заслужила снисходительный взгляд мужа. – Его готовят к кремации.
– Я хочу взглянуть, – бескомпромиссно произнес Каладрион. – Будьте добры приостановить погребение и предоставить доступ к останкам.
– Мы хотели бы захоронить их на Даркрасте, – настоятельно высказался император. – Это важно для моей супруги.
– Что ж, – с легким оттенком недовольства отозвался эфир. – Постараюсь удовлетворить просьбу, но тела королевской династии Гелиоса должны быть отправлены на Цератон для детального изучения.
– Будем благодарны за понимание, – сдержанно ответил Сверр.
– Как вы намерены поступить с Гелиосом? – вдруг раздался голос, принадлежащий еще одному эфиру, с которым ранее никто не был знаком.
Высокий и стройный, с высокомерным выражением лица, эспер не удосужился представиться, явно считая это лишним.
– Пока я велел своим людям разузнать, с чем вообще имею дело, – пожал плечами император, поворачиваясь лицом к двум эфирам. – И то, что они уже узнали, не слишком меня обрадовало. Гелиос не имеет особых ресурсов, кроме гравитационных камней, используемых для выращивания харагрутоса. Население при этом голодает и страдает от суровых законов, находясь в длительном противостоянии с властью. Медицина отсутствует, армия – наемники, уже желающие покинуть планету. Гелиос находится слишком далеко от нашего сектора, чтобы включить его в состав империи и обеспечить безопасность подданным. Так что я еще в поисках оптимального решения и готов выслушать любое разумное предложение, которое позволит урегулировать эту ситуацию, не нанося урон Даркрасту.
– Уничтожить проклятую планету, раз нет возможности управлять ею, – мрачно бросила Альда, отходя в сторону и поворачиваясь к присутствующим спиной.
– Кодекс Эфиров запрещает геноцид видов, – холодно и строго возразил Каладрион.
– Я этого и не предлагала, – язвительно парировала императрица, не замечая напряжения в воздухе.
Сверр зорко следил за малейшими реакциями непрошеных гостей, пока в голове капитана метались мысли о скорой смерти. Эфиры славились тем, что могли расправиться с любым за малейшее неповиновение. То ли супруга была не в курсе последнего, то ли решила вновь рискнуть их жизнями.
– Поясните, – сощурившись, произнес безымянный эспер.
– Гелиосийцы будут переселены на Даркраст, – спокойно встрял император, раздумывая над сложившейся ситуацией и ища выходы из неё. – Вы обладаете оружием, способным разрушить планету. Цена за добытое сырье в этом случае будет… приемлемой, в силу обстоятельств.
– Что помешает нам и так забрать все камни? – насмешливо спросил Каладрион.
– Закон, – мрачно ответил Сверр. – Который тысячи циклов соблюдается неукоснительно. Гелиос принадлежит мне, и только я вправе решать судьбу планеты. К тому же, если вы против, то другой покупатель – не проблема.
– Вы хоть понимаете, кому и что говорите? – вкрадчиво уточнил неизвестный эфир, заметно повеселев.
– Если мне не изменяет память, то я общаюсь со своим партнером по расширению сделки на поставку гравитационных камней, так необходимых Цератону, – спокойно произнес император, услышав вдруг слова жены в голове «мы все умрем».
«Об этом надо было волноваться раньше» – иронично подумал Сверр, продолжая следить за переглядыванием эсперов.
– А если мы откажемся – вы продадите сырье Кохиласам? – все еще сохраняя веселое выражение лица, уточнил безымянный гость.
– Буду вынужден, – пожал плечами наследник королевы Сэрны. – Камни в любом случае найдут своего покупателя, но я бы хотел, чтобы они пошли на благое дело.
Пока древние раздумывали над его предложением, Альда отошла в сторону. Хмуро глядя в иллюминатор, она обхватила себя, как вдруг рядом с супругой появился третий эфир. Или скорее появилась, ибо впервые за всю жизнь Сверр видел женского представителя этой расы. Заметив гостью, императрица не вздрогнула, лишь удивилась внезапности появления. Изящная и почти божественная красота эфира дополнялась длинными белыми волосами и струящимся платьем в пол.
– Вы носите дитя, – задумчиво произнесла женщина.
– Да, – кивнула правительница Даркраста, а теперь и Гелиоса.
– Каково это? – спросила эфир, немного склонив голову набок.
– Тревожно, – печально отозвалась Альда, коснувшись своего живота.
– Мы вас так взволновали? – спокойно уточнила гостья.