Бояръ-Аниме. Одаренный: кадет

— Как только камень будет готов, — произнес Шмыгаль. — Нам нужно будет как-то попасть за стену.
Я кивнул. Я тоже это понимал. И эта часть плана была самой сложной из всего. Даже добыча «янтарного генезиса» покажется прогулкой по сравнению с тем, что нас ожидает.
— По моим наблюдениям и расчетам стена имеет границу от Кузнецкого моста до Спасского кольца.
— Такое большое?! — удивился я.
Я мог только представить, что творилось внутри этого кольца. Разъяренный Архитектор, вновь запертый в клетке, наверняка рвет сейчас и мечет. Поэтому все адепты секты сейчас суетятся, чтобы любым способом разрушить стену. И наверняка днем и ночью караулят палату Императора — создателя этой стены. Как говорится, кто создал ее — то легко может ее и разрушить.
— Да, — кивнул Шмыгаль. — И это по самым скромным подсчетам. Точнее можно будет сказать только после того, как изучить место ближе.
— Это будет сложно. Там сейчас наверняка сплошной кордон охраны, причем все — из свиты секты Распутина.
— От этого план проникновения внутрь зоны смерти будет еще трудней. А это только начало. Внутри тоже нужна поддержка — не с голыми же руками идти на Архитектора.
Мы погрузились в скорбное молчание. Ситуация была и в самом деле сложной.
— Прорваться сможем через заслон? — спросил я, прокручивая сразу несколько вариантов.
— Вряд ли, — покачал головой Шмыгаль. Там все наверняка будут до зубов вооружены. Там муха не проскочит. Хоть подкоп не делай!
— Подожди, — задумался я. — Подкоп — это долго. Есть третий путь.
— Какой?
— По воздуху!
— И как же ты попадешь по воздуху?
— Есть один вариант! — улыбнулся я. — Смит подсказала!
Шмыгаль вопросительно глянул на меня. Смит, услышав обрывки фраз, тоже обернулась. Спросила:
— Что ты имеешь ввиду? Я вроде ничего не говорила сейчас. Да и Дара наделить тебя крыльями у меня нет, или создать левитацию.
— Все гораздо проще! — улыбнулся я. — Дирижабль! Помните, как прошлый раз летали с вами?
— Помню! Как же такое вообще можно забыть? Аж вздрагиваю! Никогда больше не смогу залезть в корзину дирижабля.
— Вам и не нужно. А сам туда отправлюсь.
— На дирижабле? — настала пора удивляться Шмыгалю. — Ты сейчас это серьезно говоришь?
— Вполне. Тем более опыт уже был.
— Не спеши, — осадил меня Шмыгаль. — То, что ты будешь пролетать над стеной — идея вполне неплохая. Только вот беда — те же стрелки тебя успеют снять еще на подлете.
Смит аж вздрогнула — память о нашем полете была еще свежа.
— Дирижабль довольно большой объект. Там особого ума не надо в него попасть. А с учетом того, что стрелков будет не один не два, а целая армия, из тебя сделают решето в течение десяти секунд.
Шмыгаль, как это ни печально, но был прав. Правда сам же и подсказал мне еще одну идею, как избежать проблемы.
— Вот если бы ты был невидимым…
— Постойте! Невидимым?
— Ну да.
— Так есть же решение этого! Призрак!
— Кто? Призрак? — не понял Шмыгаль.
— Один из кадет. Тот, кто в женский корпус пробрался, — улыбнулся я.
— Это?! — грозно произнес Шмыгаль. — Я ему уши надиру! Поймал бы с поличным — в ту же секунду вылетел бы из корпуса, а так… постой. Ты хочешь, чтобы Призрак спрятал дирижабль?!
— Именно так!
— Идея безумная. Но она мне нравится.
— Только вот сможет ли он взять такой большой объект? — начал сомневаться я. — Да и опасно это тянуть его в зону смерти. Не хотелось бы рисковать людьми.
— Артем, прежде всего, кадет. Да не какой-нибудь, а воспитанный мной! — с гордостью произнес Шмыгаль. — А значит, для него не ведом страх. А вот слова отвага и честь не последние и имеют вес. А когда на кону спокойствие Родины, он, я в этом уверен, ни секунды не будет сомневаться. К тому же ты же не будешь его в самое пекло отправлять. Его роль — это замаскировать дирижабль. Призрак — ну и прозвище ты ему дал! В самое «яблочко»!
Эти доводы окончательно убедили меня обратиться к Призраку.
Но позвонить я ему не успел. Леденящим душу шепотом Смит вдруг произнесла:
— Готово! Артефакт можно использовать по назначению!
 
* * *
Чтобы найти дирижабль пришлось использовать все свое красноречие и несколько сотен золотых монет. Мы позвонили владельцу дирижабля, которого Смит знала лично и долго его упрашивали дать его нам. Хозяин летательного средства, едва поняв, кто мы такие, наотрез отказался — он тоже помнил, что совсем недавно произошло с нами. К тому же нового пилота у него не было.
— Ничего страшного, — подключилась Смит, используя все свое красноречие. — Нам и не нужен пилот. Мы хотим устроить на школьном дворе показательную выставку летательных средств былых времен. Так что не переживайте, все будет хорошо. К тому же мы вам вполне прилично заплатим.
— Ну хорошо, — наконец сдался хозяин. — Когда нужен будет аппарат?
— Прямо сейчас.
— Сейчас?!
— Ну да. Пока приготовим, пока помоем, пока натрем все хромированные детали — время пройдет. А нам спешить надо.
— А меня пригласите на выставку? — пробубнил хозяин.
— Обязательно. И даже дадим слово. Хотите выступить с речью?
— Я? — хозяин растерялся. — Ну, я говорить конечно не умею, но кое-что о истории дирижаблестроения рассказал бы конечно.
— Ну вот и отлично! Договорились?
— Договорились! — воодушевленно ответил тот. — Так, присылайте людей, забирайте аппарат, а я пока пойду речь писать. Сколько у меня будет минут?
— А сколько вам надо?
— Тридцать. Нет, сорок. А час можно?
— Можно. Так мы приедем прямо сейчас?
— Конечно, приезжайте. Ну все, прощайте, некогда мне тут с вами болтать, мне речь готовить надо.
И не дождавшись ответа, положил трубку.
Дело было сделано.
С Призраком я созвонился сразу же после этого звонка. По телефону подробности не сообщил, но попросил встретиться через полчаса в какой-нибудь кафешке. Тот согласился, хоть и без энтузиазма.
Отправив Шмыгаля за дирижаблем (я не понятия не имел, как он его доставит, но зауряд-поручик сказал, что справится), а сам отправился на встречу с Призраком.
Кафешка, в которой мой друг назначит встречу, оказалась достаточно далеко от родового гнезда, где-то на окраине города, в рабочих его районах. Улочки здесь были узкие, тесные. Дома низкие, угрюмые, серые. Народ, снующий по делам, одет скромно, все из рабочих — мастера, наладчики, станочники, механики.