Сыщик поневоле
Я пожал плечами — с названиями цветов во всех реальностях свои заморочки, с серыми, так с серыми. В одном из биомиров умудрились дать названия трем тысячам оттенков основных цветов, причем большинство я даже различить не мог. Вроде бы одинаковые цвета, а называются по-разному. Там даже для белого цвета была чуть не сотня названий, никогда не мог понять, как они все это запоминают, да еще и отличать умудряются один от другого.
— Фабрика у него тогда была одна, — продолжал тем временем страж. — Выпускала стройматериалы и инструменты, тогда в Городке был строительный бум. Вот Флис пришел к нему, и заказал несколько метел, большие совки, ведра. Через пару дней заказ был готов, и Флис вышел на улицы. За это время он сделал себе приметный аватар: узкие глаза, просто щелочки, с густыми-густыми длинными ресницами, чтобы, как он говорил, глаза от пыли укрывать. Ну какая тут пыль, сам подумай! Это же игра, а не карьер! Ну он упрямый был дядька… Сначала просто мел улицы, потому его приметили, владельцы магазинов и частных домов начали зазывать к себе. И зарабатывать он начала не по-детски. Отгрохал себе дом, обзавелся прислугой. Кстати, это он и придумал открывать вакансии на уборку дома, сейчас этим уже несколько десятков игроков зарабатывают. Хозяевам нравится, когда чистоту в доме наводит уборщик, хотя где ты видел у нас тут грязь? Программой она не предусмотрена.
— А жаль, — фыркнул я. — Вернее, к счастью.
— Ага. К тому времени на стеле уже появился десяток портретов. Вот и он нанял скульптора и был запечатлен навеки.
— Врагов или почитателей у него не было?
— Насчет неприятелей не скажу, а поклонников было немало. Людям нравится, когда они чувствуют себя в привычной обстановке. Так вот дворник стал символом Городка.
— Здорово! А второй? Векерс?
— Отличный мужик был. Хакер от рождения. Взломом виртуозно занимался. Обогатился нешуточно, взломав Банк Городка. Потом перевел баллы в кары, и нанял управляющего, который открыл десятки новых виртуальных клубов, в основном в небольших поселениях. Ему люди были очень благодарны. Ну и игре прибыль, а то как же.
— Не сам открывал их, а поручил кому-то?
— Да. Потому что где-то через четверть года после взлома нашего Банка, он хакнул что-то там очень важное в реале и его поймали. Теперь отбывает пожизненную каторгу, работая на военных. Перед тем как его закрыли Векерс назначил этого управляющего капиталом. А наши жители скинулись на то, чтобы увековечить его на у подножия стелы. Сейчас охрана гораздо лучше выстроена, кстати, так просто не взломать. Сеть клубов отлавливает хороших хакеров и дает им работу по защите игры.
— И еще вопрос. О смене аватара. Ты уверен, что эти двое не могут быть одним человеком под разными личинами?
— Не могут. Векерс сейчас в других сферах занят. Да и Фелер тоже. У него тут года три была обширная сеть уборщиков и дворников разной квалификации. Надо понимать, что игра сама по себе активно изменяется, то что было вчера, сегодня уже другое. Ургонис наладил производство автомобилей, а потом и уборочных машин. Дворники исчезли как класс, да и уборщиков почти не осталось. Их сменили симпатичные уборщицы, вернее, в частных домах чаще они теперь называются хозяйками дома или устроительницами быта. Очень прибыльное занятие. Они могут выбирать предпочтительные виды секса и перечень обязательных домашних забот. Сам понимаешь, одному нужно, чтобы дама стряхивала пыль веничком, другому — чтобы еду готовила, третий любит, чтобы она мыла пол руками с высоко поднятой попкой… Это все указывается в вакансиях. Ну и женщины, которые владеют собственными домами, тоже не промах. Нанимают постоянных или приходящих слуг…
Страж порядка (какая ирония!) сально ухмыльнулся и у меня возникло подозрение, что время от времени он подрабатывает у такой вот хозяйки дома.
— В общем, понятно. Фелеру надоели его игрушки, метлу и совок забросил, а сам перешел в другую игру. Сейчас захватывает планеты и воюет с Галактическим злом, так что тоже не вариант. У него теперь другие амбиции.
— Понятно… Спасибо, очень выручил.
— Лады, бывай. Успехов тебе в отлове преступников!
Да, похоже, Флис и Кекерс были совершенно разными людьми, хотя их судьбы были чем-то похожи: пришли в Городок, приняли участие в игре и вышли из нее, оставив о себе память в виде фигурки на стеле. Или это происходит со всеми игроками? Надоели шахматы, перейду на покер? Нет, даже круче: надоели шахматы, пойду играть в футбол. Я хмыкнул про себя, но спрашивать стража уже не стал.
Когда страж ушел, я продолжил изучение фигурок и остановился на одной из них, изображавшей человека с поднятой вверх рукой и ладонью, обращенной ребром к зрителю. Интересно. Навел железку.
«Стерлет, придумал реку, разделившую Городок на административно-жилую и промышленную зоны».
Разделившую? Разрубившую? Что-то в этом есть… Возможно. Если я прав, то свою третью жертву, Шилу, он убил ребром ладони, перерубив жизнь, превратив ее в смерть. В этом случае был бы уместнее меч или топор, хотя… нет, это было бы слишком очевидно.
Поиски на четвертой и пятой точках оказались гораздо более сложными, ведь у меня не было никаких подсказок. Просмотрев по две дюжины картинок на той и другой точке, я понял, что лишь зря трачу время. Надо подумать.
Вернувшись за столик в кафе за площадью, вытащил блокнот и записал все, что успел узнать. Что-то цепляло сознание, но я никак не мог поймать блуждающую мысль. Не отдавая себе отчета, выписал три имени в столбик и поставил снизу два вопросительных знака:
ФелерКекерсСтерлет??
Предчувствие открытия накатило так, что я даже прикрыл глаза. Подсказка была тут, в именах. Очень разных, но… Открыв глаза, уставился на три имени.
Я не знал, что они могут означать на каком-нибудь далеком или забытом языке. В моей реальности и в большинстве других развитых цивилизаций единый язык постепенно формировался в интересах установления и поддержания торговых связей. Здесь, по-видимому, имели место аналогичные процессы, если уж игроки с разных континентов играли в одну и ту же игру, общаясь с друг другом безо всяких проблем. Но, может быть, кто-то еще помнил время, когда люди говорили на разных языках? Из техномиров я знал лишь планету Юнты с ее языковым разнообразием. Если здесь не слишком давно еще существовало многоязычие, то кто-то мог помнить один из мертвых языков брать из него игровые прозвища. Хорошо бы расспросить кого-нибудь об этом, но моя неосведомленность могла вызвать ненужные вопросы.
Думая об этом, я подспудно чувствовал, что где-то в моей логике зияет «дыра». Разум настаивал, что я прав, но затаившаяся и задавленная массой аргументов интуиция попискивала: «Не то, ищи другую версию, Джеса». Другую? Какую? За что уцепиться?
— Привет! Ты не меня ждешь?
Я поднял глаза от своих записей. Перед толиком стояла девушка. Короткая стрижка, черные глаза, возможно некоторый перебор с макияжем. Посмотрел на фигурку, и в голове что-то щелкнуло. Что-то неуловимо знакомое было в ее плечах, руках, даже в вырезе в верхней части ее рубища. Каждая из этих деталей уже встречалась мне по отдельности, когда я бродил по улицам Городка. Теперь я начал осознавать, как старожилы отличают если не новичков, то хотя бы тех, кто воспользовался стандартным конструктором для создания своего аватара.