Умри со мной
Он обходит кровать и ложится с другой стороны.
Тихо. Темно. Вздох Колдера. Матрас подо мной начинает проминаться, тепло за спиной становится ощутимей, а жилистые руки вдруг обвивают мою талию. Я инстинктивно задерживаю дыхание. Кажется, мы сейчас не в том состоянии, чтобы играть. Теперь нам не нужно исполнять роли жертвы и похитителя. Теперь я знаю, что Колдер не заинтересован уступать отцу и отдавать меня в его лапы. А я на своей территории рядом с двумя сильными ведьмами, чтобы бояться мальчика из Ордена. Зачем тогда он?..
– Расслабься уже наконец… – шёпот Колдера в дюймах от меня пугает мою кожу. Отлично, теперь помимо оцепенения у меня ещё и мурашки.
– Что? – пищу я.
– Ты словно комок из проводов под напряжением. Расслабь мышцы, прекрати думать и анализировать.
– С чего ты взя?…
– Да брось, Мэд, каждый раз, когда я касаюсь тебя, ты перестаёшь дышать. А твоя привычка всё анализировать читается на твоём лице.
– Ты не видишь сейчас моего лица, – бурчу я.
– Мне этого и не нужно, чтобы знать, о чём ты сейчас думаешь, – уверенно заявляет Колдер.
– И о чём же? – с вызовом, хоть и довольно слабым, спрашиваю я.
– Думаешь, зачем я это делаю. – Вдруг его рука поднимаются выше. – И вот это. – Она скользит вверх и сжимает мою грудь. – И вот это…
– Хватит! – Не выдерживаю я и отбрасываю его руку.
– Разве я не прав? – невозмутимо интересуется Колдер.
– Да, ты прав! – кричу я шёпотом и приподнимаюсь в кровати, чтобы видеть его. – Я совершенно не понимаю, зачем ты это делаешь!
– Не знаю, – вдруг честно отвечает Колдер и, поворачиваясь на спину, устремляет задумчивый взгляд в потолок. Такого ответа я не ожидала. – Мне нравится касаться тебя. Нравится обнимать.
Такого тем более.
– Ты осознаёшь, что сейчас говоришь? – осторожно уточняю я.
– Да. И я осознаю, в каком дерьме нахожусь.
– Ну, спасибо.
Я слышу слабый смешок.
– Я не о тебе. Я хотел бы встретить тебя при других обстоятельствах.
– Ну, да, и чтобы я не была ведьмой и твоим проклятьем.
– Меня не пугает проклятье. – Он делает паузу. – Мне нравится каждый шрам на твоём теле. Каждый синяк. Я пережил их все.
– Ты больной, если тебе это нравится, – фыркаю я.
– А тебе?
– А я не утверждала, что здорова.
– А я? – Колдер поворачивает голову в мою сторону. Полумесяц его улыбки освещает комнатную темноту.
Он ещё тот псих. И я рада, что он это признаёт. Мне не удаётся удержаться от ответной улыбки и не посмеяться над нашим нелепым разговором.
С этого момента реальность словно ускользает от меня. Серые тени сливаются в одно пятно, и остаётся лишь смех Колдера, который звучит где-то близко, но недосягаемо.
Я уже сплю?
– Ты понимаешь, что завтра может быть последний день нашей жизни? – спрашивает он в пустоту.
– Нет, – честно отвечаю я. Как бы я ни боялась завтрашнего дня, я не могу осознать близость своей смерти. Что это, отсутствие инстинкта самосохранения?
Судя по то тому, что я влюбилась в своего похитителя, да.– Иногда я и вовсе не чувствую, что живу.– К слову о жизни и смерти, что за история с предсказанием?
Я недовольно стону. Эта последнее, о чем бы мне хотелось говорить. Тем более с Колдером.
– Ты же всё слышал. – Я ещё надеюсь соскочить с этой темы.
– Не всё. И хотелось бы понимать целостную картину.
– Честно говоря, я сама не очень поняла… Все эти предсказания и их интерпретация такая скользкая вещь…
– Мэд. – Строгий голос вдруг перебивает меня. – Не пытайся юлить. Я слышал, что речь идёт о твоей любви ко мне, – самоуверенно заявляет Колдер. В его интонации весёлыми колокольчиками звенит издёвка.
– Ах ты, самоуверенный засранец, – возмущаюсь я.
– Да брось, я же тебе нравлюсь. – Он снова это делает. Бежит от серьёзных тем, боится показать свои чувства, боится быть уязвимым.
– А я тебе? – выпаливаю встречный вопрос. Хорошо, что в комнате темно, и Колдер не может разглядеть, как кровь мгновенно окрашивает мои щёки алым. На что я надеюсь? Что Колдер так быстро выйдет из своей скорлупы? Или я наивно полагаю, что он всерьёз признается мне в своих чувствах? А готова ли я снова быть отвергнутой?..
– Да.
– Ага, и ещё миллион девушек. – Я закатываю глаза, хоть этого и не видно. Признаюсь, на секунду я успела ему поверить. – Колдер, здесь речь идёт о сильных, серьёзных чувствах, о самопожертвовании. Не похоже, что это про нас, так что я не верю в это предсказание. Что-то здесь не сходится.
Мои слова растворяются в темноте и оставляют после себя тишину.
– Отлично, – вдруг произносит Колдер после небольшой паузы. Не знай я его так хорошо, я бы решила, что он обиделся. – Значит, ты не умрёшь.
Он отворачивается на другой бок, давая понять, что разговор окончен.
Почему-то мне не становится легче от его слов.
Не потому ли, что я влюбилась?
НЕ БОЙСЯ
33Я просыпаюсь от тяжести на груди и солнечного света, осторожно пробивающегося сквозь веки. Солнечного света? Не помню, когда последний раз солнечный свет пробивался сквозь пелену облаков, не говоря уже о веках. Тем более в конце октября. Мои глаза мгновенно распахиваются, и я в недоумении осматриваюсь вокруг. Только спустя несколько секунд я вспоминаю события вчерашнего дня и с облегчением выдыхаю. Не так уж легко привыкнуть просыпаться каждое утро в разных местах.
Я хочу потянуться и сбросить остатки сна, но мне мешает рука Колдера. Интересно, как вышло, что я оказалась в его объятиях? Ах, да, наверное, он снова решил во сне, что я Кэтрин.
При воспоминании о ней сердце завистливо скулит. Будет ли Колдер с ней, когда всё закончится? Поддерживает ли он каким-либо образом с ней связь сейчас?
Господи, мне кажется, я паранойю. Это в любом случае не моё дело. Меня должно больше волновать, как у неё дела и не подняла ли она панику из-за моего отсутствия.
Я аккуратно убираю с себя руку Колдера и пытаюсь встать, но медвежья хватка не даёт мне этого сделать.
– Не так быстро, – сонно бормочет парень.
– Колдер, это я, – недовольно бурчу я, всё ещё пытаясь освободиться из его рук.
– А это я, – отзывается он, не понимая, к чему моё пояснение. – Приятно познакомиться. А теперь перестань рыпаться и дай подремать ещё хотя бы пять минут. – Колдер прижимает меня к себе ещё сильней и утыкается носом в изгиб между шеей и плечом. Его щетина щекочет мою кожу, а приятное тепло щекочет низ живота.