Рыжее счастье
В итоге, когда в дверь раздаётся звонок, я успеваю нацепить на себя обычные серые шорты и белую футболку с идиотской надписью "мамина шалунишка". Ася посчитала это очень прикольным подарком мне на восьмое марта. Ну а я была просто вынуждена не согласиться.
Платонов молча проходит в квартиру, даже не дождавшись радушного приглашения хозяйки.
– Говорил ведь тебе – не валяйся ты в этом сугробе! Кухня где?, – Платонов проходит в указанном направлении, продолжая читать мне нотации, – но нет, нам же нужно было целоваться там три часа и отмораживать себе задницу!
– Платонов, ты совсем офигел?!
– А что Платонов? Это ты, Потёмкина, предпочла этот сугроб для выражения своей неземной любви ко мне, а я ведь планировал тёплую и уютную обстановку.
– Сейчас будет совершенно кровавое убийство, наглый ты сурикатище, – я двигаюсь в сторону парня, действительно желая огреть его чем-нибудь тяжёлым.
– Шучу, всё, я просто шучу, – этот идиот начинает смеяться и поднимает руки в знак капитуляции, – как себя чувствуешь, Алиса?
Внезапная смена настроения Димы выбивает почву из-под ног. В его глазах плещется беспокойство и он аккуратно переплетает наши руки.
– Уже лучше, – мой голос звучит слишком тихо.
Мы ещё никогда не пробовали общаться вот так….нормально? Все наши перепалки были щедро приправлены нескончаемым сарказмом парня и моим убийственным ядом.
Мне хочется кричать, чтобы он снова шутил и подкалывал меня, чтобы наше общение не меняло градус и направление. И в тоже время, мне до боли нужен его заботливый взгляд и нежные, почти невесомые прикосновения.
Я боюсь своих мыслей и желаний в отношении этого парня, ведь ему явно не нужны все эти заморочки. Это же Платонов, разве могу я надеяться на взаимность и серьёзность с его стороны? К тому же, мне самой ещё предстоит разобраться в этой ситуации.
Сейчас мне так не хватает моей тётушки и её поддержки. Рита бы быстро разложила всё по полочкам и уже через минуту я бы была самым счастливым человеком на земле. Но пора взрослеть и принимать решения самой.
Я нехотя отстраняюсь и вижу разочарование в глазах парня, поэтому спешу перевести тему в более привычное русло:
– Не боишься заразиться, Платонов? Смотри, я ведь не такая благородная, как ты. Не жди потом от меня бульончика в постель.
– Я уже понял, пчёлка, что ты обо мне не сильно заботишься, – Платонов говорит это в шутку, но грусть в его глазах буквально выворачивает душу наизнанку, – попрошу Арса затащить тебя ко мне в берлогу, а потом уже никогда не выпущу. По крайней мере, до полного выздоровления, – Дима подмигивает и задорно улыбается, а я буквально таю, как мороженое в самый жаркий летний день.
Под нашу привычную пикировку мы незаметно перемещаемся в кухню, где Платонов начинает распаковывать пакеты, на которые я обратила внимание только сейчас.
– Это что?, – с полнейшим удивлением таращусь на крепкие руки парня и не могу скрыть своего изумления.
– Заехал по пути к другу, не стоит так удивляться, пчёл. Вот если бы я сам приготовил, тогда другое дело. Хотя признаюсь честно – готовить я не умею.
– А друг у нас..?
– Шеф-повар, так что усаживай свою попку, ешь и быстро в постель. Будем тебя лечить.
Глаза мои уже готовы просто выскочить из орбит, но Платонов спешит привести меня в чувство:
– Потёмкина, я конечно рад, что ты разделяешь мои грандиозные планы в отношении твоего тела, но для начала нужно вылечиться. И когда я говорил, что будем лечить – я действительно именно это имел в виду.
Платонов продолжает веселиться и хозяйничать на моей кухне, заставляя меня возмущённо сопеть.
– Платонов, ты… ты!
– Да, да, Алиса, я такой. Давай уже лопай и будем пить лекарства, мамина ты шалунишка.
Я оддергиваю футболку и складываю руки на груди, пытаясь закрыть дибильную надпись. И как бы я не возмущалась выходками суриката, где-то глубоко внутри распускались тёплые чувства к этому парню.
После нашего странного обеда вдвоём меня снова начинает лихорадить. Озноб пробивает до самых костей и мне хочется просто лежать и тихонечко стонать в подушку. Платонов бережно перебирает мои волосы и шепчет какие-то приятные нежности. Чудится ли мне всё это или нет – я не знаю, да и вряд ли вспомню.
Звук дверного звонка набатом отдаётся в моей голове. Пол часа назад Платонов настоял на том, чтобы вызвать врача. Я сопротивлялась недолго, ибо состояние было и правда плачевное. Тем более парень сказал, что его двоюродный брат с радостью окажет нам такую услугу. Какой шикарный кладезь мне достался! Друг у него шеф-повар, брат людей лечит. Я уже боюсь даже представить остальное окружение Платонова. О нем, кстати, известно чрезвычайно мало. Разве что всем известные факты о кобелиной натуре и спортивном образе жизни. Дима никогда не спешил делиться с окружающими личной информацией. А мне странным образом хочется узнать парня поближе. Исключительно с точки зрения любопытства!
Брат у Платонова оказался несколько моложе, чем я себе представляла. Высокий брюнет с очаровательной улыбкой выглядел лет на 30-35 максимум, и с первых же секунд взбудоражил моё женское сердечко. И где их таких красавцев штампуют? Может у Платоновых ингредиент какой тайный есть? Иначе, как объяснить всё вот это вот скопление тестостерона в моей квартире?!
Глава 13– Итак, юная леди, на что жалобы? Предупреждаю сразу – на мелкого жаловаться бесполезно, он и нас всех достал. Поэтому мы только рады поскорее его сбагрить.
Андрей Платонов успевал и повеселить мой, пребывающий в бреду, мозг и одновременно ловко проводил осмотр.
Дима маячил за его спиной, лишь изредка закатывая глаза на слова старшего брата. Он то и дело пытался снова усесться возле моей кровати, но Андрей только сердито отсылал его подальше, дабы не мешался.
– Ну что могу сказать. По всем признакам обычное ОРВИ, в следствии переохлаждения организма или снижения иммунитета. Но анализы на всякий случай нужно сдать, Алиса, – Платонов-старший говорил еще что-то про лечение, рекомендации и прочее. Я уже мало что могла разобрать, потому-что наконец-то спокойно засыпала.
Пробуждение было достаточно бодрым и резким. Ровно до того момента, пока я не начала вспоминать последние события. Два представителя семьи Платоновых у меня в квартире, заботливые руки и неразборчивый шёпот Димы, мои просьбы оставить меня в покое и дать спокойно умереть. Боже, пожалуйста, пусть это всё окажется нелепым сном!
Я сидела зажмурившись, со скрещенными пальцами на руках и ногах. А что? Говорят весьма действенный способ!
За окном уже смеркалось, в клетке у окна мирно посапывал Алебастр, а привычные тени снова расползались по комнате. Очевидно я проспала весь день, но ни капли не жалела, ведь чувствовала себя сейчас относительно бодро. С лёгким головокружением и тяжёлой головой я всё-таки встаю с постели и аккуратно шагаю в сторону Алебастра. Глядя на питомца меня переполняют эмоции и я даю волю слезам. Я ведь совершенно про него забыла, а он тут один… Без еды, воды, ласки и внимания.