Всегда в декабре
Он оперся о косяк и провел рукой по подбородку.
– Привет, – весело сказал он. Что бы ни испортило ему вчерашнее настроение, сейчас это было в прошлом. – Готова?
– Я, э-э… – Она потянулась к волосам, но, вспомнив о том, сколько времени потратила на то, чтобы привести голову в порядок, одернула себя. – Да, через минуту. Я не была уверена… – Она не договорила, но он понял ее.
– Что я приду? Я бы не бросил тебя одну, – сказал он, небрежно пожав плечами. – И потом, это же была моя идея.
– Верно, – сказала она, почему-то упорно думая о том, что стоит босая. – Я только захвачу туфли, дай мне секунду.
Он кивнул и зашел в квартиру, чтобы она могла закрыть дверь, потому что из коридора тянуло сквозняком. Ну и что, если он соврал про работу, думала она. Может, его уволили или еще что-нибудь, и он не хотел признаваться в этом в присутствии Хелен – тетушка не тот человек, перед которым хочется сразу открыться. Джози вернула на место ноутбук, схватила туфли на каблуках и, сев на кровать, надела их, после чего последний раз посмотрелась в зеркало, взяла сумку и направилась обратно в прихожую. Она не так-то много знает про него, но вот ведь впустила к себе домой! Она прикусила губу. Нет. Нельзя, чтобы Хелен лезла в ее жизнь, даже с добрыми намерениями.
Когда Джози появилась в прихожей, Макс отлепился от двери и выпрямился. Черт, наверное, надо было предложить ему сесть или еще что-нибудь. В качестве компенсации она одарила его сияющей улыбкой, чувствуя себя страшно неловко, цокая на каблуках, точно вдруг разучилась ходить. И он, судя по тому, как вцепился взглядом в ее туфли, а потом задержался на ее ногах, знал это.
Когда она подошла к нему, его глаза радостно искрились.
– У меня для тебя подарок. – Он достал из кармана коробочку и протянул ей. Она не торопилась брать, и тогда он слегка насупился.
Живот странно скрючило.
– Не стоило! – Она не знала, куда глядеть, потому что он смотрел на нее в упор.
– Бери, – чуть агрессивно произнес он и сунул коробочку ей в руки.
Она открыла ее, испытывая страшную неловкость и стараясь придать лицу подходящее выражение. Увидев то, что было внутри, она мгновение молча смотрела, как зачарованная, а потом принялась разглядывать внимательнее. Висячие сережки в виде больших звездочек, на которые она обратила внимание в «Фортнум». Джози покачала головой – она помнила сумму на ценнике.
– Я не… То есть они изумительные, но я не могу их принять, это слишком дорого.
Он пожал плечами и снова насупился.
– Ну, либо ты берешь их, либо мне придется проколоть себе уши – серьги возврату не подлежат. – Она прикусила губу. Макс вздохнул. – Не хочешь брать как подарок на Рождество, тогда считай, что это в знак благодарности. – Она встретилась с ним взглядом, и ощущение было такое, точно он играл с ней в «гляделки», бросал ей вызов. Но когда он заговорил, голос звучал мягко. – Если бы не ты, я бы эти несколько дней пропадал от хандры.
Она помедлила, а затем, побуждаемая его кивком, достала серьги из коробочки и вдела их в уши вместо пуссет. Потрогав одну, сказала:
– Спасибо. Они чудесные.
Он протянул руку и провел пальцем по мочке ее уха и вниз по сережке.
– Они не такие ослепительные, как ты, но, по крайней мере, симпатичные.
Еще мгновение он испытующе смотрел на нее, и хотя его прикосновение было легким, Джози покраснела. Она быстро опустила глаза, но когда он открыл перед ней дверь, потрогала то место, которого касались его пальцы, – кожа там горела.
До Баттерси они в два счета добрались на пригородном поезде, и прибыли на место вовремя, ровно в шесть. Вечер проходил в Центре искусств Баттерси – роскошном внушительном здании с миниатюрными башенками на крыше, которые придавали ему сходство с небольшим замком. По обе стороны от пилонов у входа стояли две рождественские елки, украшенные в серебряной и золотистой гамме, а прямо над арочным сводом висела гирлянда. Макс открыл перед Джози дверь, и она улыбнулась ему, стараясь контролировать спазмы в животе, которые за время поездки еще усилились.
Мужчина, одетый в элегантный черный костюм, улыбнулся им:
– На вечер «Павлина»? – Джози кивнула. – Пальто, пожалуйста, оставьте здесь, а после проходите в Большой зал. – И мужчина показал, куда следовать.
Джози огляделась, но никого из знакомых в холле не увидела. Надо было повременить – опоздать хотя бы минут на двадцать. Но Лора, по крайней мере, должна быть здесь. Они повесили пальто, и Джози, оставшись без верхней одежды, почувствовала, как по спине побежал холодок. Когда Макс коснулся ее голого плеча, ориентируя в нужном направлении, она вздрогнула, а он вскинул брови.
– Извини, – сказала она, пытаясь улыбнуться, хотя во рту пересохло. – Просто холодно.
По пути в Большой зал Джози взглянула на Макса, но его внимание было поглощено интерьером – он смотрел наверх и по сторонам, губы время от времени шевелились, точно он разговаривал сам с собой. Она поймала себя на том, что стискивает руки, держа их перед собой, и опустила их, усилием воли расслабив пальцы. Не следовало приводить сюда Макса. Теперь придется притворяться веселой и одновременно переживать о том, чем он занимается и нравится ли ему здесь.
Джози первой зашла в зал и следом за Максом невольно подняла глаза к потолку. Он был потрясающий – арочный свод в виде искусно сделанной решетки. Огромные окна, украшенные фонариками, и в каждом углу зала – по елке. Всюду были расставлены круглые столики, в противоположном конце зала виднелась импровизированная сцена, а вдоль одной из стен тянулся большой шведский стол. Здесь, слава богу, было оживленно. Джози медленно выдохнула, поняв, что они далеко не первые, что зал уже заполняется, люди стоят с бокалами или сидят за столиками небольшими компаниями, склонив друг к другу головы.
– Я слышал, что здесь была реконструкция, но бывать тут не приходилось, – пробормотал Макс, и Джози склонила голову набок, не совсем уверенная в том, что он обращается к ней, учитывая, что взгляд его блуждал по сторонам. – Очень впечатляет.
– Просекко? – Женщина в стильном черно-белом наряде подошла к ним с подносом, и Джози с благодарностью взяла бокал и сразу отпила из него.
Они прошли чуть дальше в зал – откуда-то тянуло теплом, Джози кожей ощущала его ласковое прикосновение. Звучала музыка, причем не традиционные рождественские мелодии, а что-то классическое, инструментальное – слышались голоса скрипок. Она обвела глазами зал, надеясь увидеть знакомых, кого-нибудь из компании, и поджала губы, заметив Джанис, чьи шикарные черные волосы были собраны в пучок – она сидела за столиком возле сцены.
Джози остановилась, а Макс еще раз повернулся, с восторгом обозревая помещение. Даже если вечер окажется полным фиаско, он, по крайней мере, насладится архитектурой. Поймав ее взгляд, он чуть виновато улыбнулся, а затем напряженно посмотрел куда-то поверх ее головы.